Накопили мусора на века. Ставрополье - в лидерах страны по числу свалок
Минприроды России опасается, что 22 региона страны сорвут сроки рекультивации свалок. Ранее оно собрало информацию об «объектах накопленного вреда природе», в которые входят также хвостохранилища, затонувшие корабли и т.д., чтобы помочь с их ликвидацией. Больше всего свалок указали ставропольские власти - около 260. Почему за 3,5 года «мусорной» реформы их не убрали и чем они опасны, выяснял «АиФ-СК».
Вредят воде и почве
По данным краевого минприроды, всего на Ставрополье 269 полигонов и свалок. 10 из них включены в Государственный реестр объектов размещения отходов. Остальные рано или поздно должны исчезнуть с карты края. 209 закрыты и ждут рекультивации, а 50 всё ещё действуют.
С 2018 года, когда началась «мусорная» реформа, рекультивацию прошли только две свалки - в Светлограде и Кисловодске. До 2024 года должны исчезнуть ещё четыре - в Железноводске, Пятигорске, Лермонтове и Нефтекумске.
В Железноводске свалка раскинулась менее чем в километре от крайних домов, у подножия горы Развалка, в охранной зоне Железноводского месторождения минеральных вод. Мусор там копился с 1907 по 2004 год, и сейчас его объём превышает 225 тысяч кубов. В черте Пятигорска полигон на 14 гектарах работал до 1999 года и накопил около 300 тыс. куб. м бытовых и производственных отходов. Он тоже оказывает негативное влияние на курорт.
В Лермонтове полигон закрыли только в прошлом, 2020 году. На участке в 5 гектаров сложено 387 тыс. тонн отходов III-V классов опасности. Ну а городская свалка в Нефтекумске, расположенная на четырёх гектарах, - это ещё 165 тыс. куб. метров мусора.
На ликвидацию каждой из них бюджет потратит около 50 миллионов рублей. Средства выделяет федеральный центр по проекту «Чистая страна» нацпроекта «Экология». У региона денег на ускорение этой работы нет.
«При таких темпах понадобится 130 лет, чтобы свалки в крае были ликвидированы», - подсчитал эксперт регионального отделения Общероссийского народного фронта Алексей Гридчин.
Что уходит мимо полигонов?
Дело не только в деньгах, но и в несознательности жителей. Ведь помимо официально зафиксированных свалок по всему краю полно навалов мусора вдоль дорог, в лесополосах и оврагах. Кто-то один бросает пакет или бутылку, а через некоторое время там уже гора. Хуже всего, когда туда же начинают свозить мусор грузовиками. А это, по мнению Алексея Гридина, происходит потому, что региональные операторы (а их в крае всего четыре) обязаны вывозить только твёрдые коммунальные отходы. Все остальные - строительные, сельскохозяйственные, производственные, медицинские - эти же регоператоры утилизируют за дополнительную плату. Кто же захочет им платить, когда можно в два раза дешевле нанять КамАЗ, который свалит строительный мусор в лесополосу? Какая ферма будет нанимать регоператора, чтобы вывезти навоз?
«Мы в Кочубеевском районе, на поле у села Балахоновского, в 2019 году обнаружили около 8 тыс. кубометров птичьего помёта, хотя его следовало утилизировать. Если его просто выбросить на землю, аммиак уничтожит плодородный слой, и там ничего долго расти не будет», - напоминает эксперт.
По закону регоператор, который в зоне своей ответственности заметил стихийную свалку, должен вынести предписание собственнику земли, чтобы тот устранил нарушение. Собственник, как правило, - муниципалитет. У него нет лицензии на обращение с отходами, и он должен нанять того же регоператора. Но в бюджете средств на это обычно нет, и мусор остаётся на месте. Тогда оператор должен сам вывезти отходы и предъявить счёт администрации.
«Но компания понимает, что в бюджете денег нет и никто ей не заплатит. Работать бесплатно - никакого интереса. Поэтому на деле никто ликвидацией навалов не занимается», - констатирует Алексей Гридчин.
По его словам, есть свалки и на частных территориях, убрать их тоже проблематично. Например, в Пятигорске лежит гора строительного и коммунального мусора на территории бывшей кондитерской фабрики. Хозяина участка найти не могут, а администрация не имеет права туда заходить, потому что участок под арестом за долги. В Предгорном районе много лет свалка существует на землях сельхозназначения. Его собственник год назад заявил общественникам, что делает благое дело - помогает людям избавляться от мусора. На прошлой неделе власти Предгорного округа провели экологический рейд и убедились: за год нелегальный полигон никуда не делся. Материалы проверки направлены в Росприроднадзор.
Много мусора валяется вдоль федеральной трассы между Невинномысском и Минводами. Когда-то там пытались установить контейнер на обочине, но его украли.
Совершенно не учтены «мусорной» реформой жидкие коммунальные отходы. В сёлах, на окраинах городов, в дачных товариществах канализационные стоки сливаются в выгребные ямы, которые выкачивают водовозы и вывозят в овраги и лесополосы.
Должно быть выгодно для всех
Правительство России поставило задачу к 2024 году перерабатывать не менее 80% всех отходов. Тогда они перестанут накапливаться в геометрической прогрессии. Но пока, по словам эксперта ОНФ, большую часть собранного мусора регоператоры Ставрополья брикетируют до лучших времён, когда у них появится достаточно мощностей для сортировки. Существующие сортировочные комплексы используют ручной труд. Есть техника, которая разрывает пакеты с отходами, распределяет их на ленте конвейера, но дальше всё зависит от рабочего, который вытаскивает из мусора вторсырьё - металл, бумагу, стекло, текстиль, пластик.
Количество контейнеров для раздельного сбора мусора растёт. По данным минЖКХ, их уже около тысячи, но этого мало, да и люди часто бросают в них всё подряд.
Пластиковые бутылки на полигоне возле хутора Нижнерусского измельчаются в крошку, которая идёт на изготовление вёдер, тазов, а с недавнего времени ещё и на уличную мебель - скамейки, заборы, навесы. На Кавминводах регоператор обзавёлся немецкой дробилкой крупногабаритного мусора. Она позволяет измельчать строительные и древесные отходы, которые потом можно снова использовать при строительстве домов и дорог. Там же появилась техника для отжима жидкой органики и отсева мелкой песчано-полимерной смеси.
И всё же, по мнению Алексея Гридчина, внедрение новых технологий переработки происходило бы быстрее, если бы вторсырьё было основным источником доходов компаний по вывозу и утилизации мусора.
«За рубежом во многих странах сборщики вторстырья бьются за клиентов, платят за то, чтобы именно им сгружали отходы, потому что из них они извлекают прибыль, - рассказал общественник. - А зачем нашим регоператорам стараться? К тому же они имеют сверхприбыли за счёт того, что не весь объём отходов, которые они перевозят, отображается официально. В территориальной схеме обращения с ТКО физические лица все учтены, а юридические не все. Мы в ОНФ предлагали изменить схему, построить систему отчётности регоператоров, сколько всё-таки мусора они вывозят, сколько мощностей остаётся для приёма нового мусора, но к нам не прислушались».
Ещё одна проблема, которая тормозит реформу, по мнению активиста, - зарегулированность сферы сбора и переработки специфических отходов. Например, для хранения батареек дома никакие лицензии не нужны, но получить разрешение на их сбор и перевозку очень сложно из-за повышенных требований к месту складирования и транспорту. А завод, который их перерабатывает, - один на всю страну, и тот в Челябинске. Вот и получается, что обывателю проще выкинуть батарейку в мусорку, чем отыскать место приёма таких токсичных отходов.
«Нужно системно менять подход к утилизации мусора, - уверен Алексей Гридчин. - Надо сделать так, чтобы это было выгодно всем, ведь люди, которые зашли на рынок обращения с отходами, сделали это не ради экологии, а ради зарабатывания денег.
На уровне правительства уже поняли, что мусорная реформа не дала ожидаемых результатов, поэтому сейчас пытаются создать Российского экологического оператора, который будет системно оценивать проблемы и пытаться на федеральном уровне их решить».
Комментарий
И. о. завкафедрой экологии и природопользования СКФУ Константин Харин:
«Вред от свалки зависит от её фракционного состава. Стоки с неё могут загрязнять продуктами разложения и токсичными элементами атмосферу, почву, водоёмы и подземные воды. Строительный мусор считается не токсичным, но он занимает огромные площади на сельскохозяйственных землях, то есть эта территория используется не по назначению. Пластик плохо разлагается и даёт большой накопительный эффект. В свалках бытовых отходов идёт гниение, могут заводиться паразиты, а птицы и собаки, которые там обитают, могут выступать разносчиками инфекций. Если же в бытовые отходы попадают, например, батарейки или ртутные лампы, это приводит к загрязнению почвы тяжёлыми металлами. Сельскохозяйственные отходы, навоз, в небольших количествах могут быть удобрением, но если их много, требуется правильная утилизация.
Самый большой ущерб природе наносят именно стихийные свалки, так как в них не предусмотрена изоляция отходов. На легальных полигонах используются плёнки и сетки. Слои отходов пересыпаются грунтом. Создаются дренажные канавы, чтобы направлять стоки на очистку. Из глубины гниющей массы выводятся трубки, по которым образующийся там газ метан выходит на поверхность, не приводя к возгоранию мусора. А когда такой полигон заполняется, его рекультивируют: сортируют и вывозят опасные элементы, закрывают изолирующим слоем и засыпают землёй. Сверху высаживают растения, и лет через пять там можно разбить парк».