Положенное — взять! Как находили самые крупные и богатые клады России
35 лет назад, 17 мая 1988 года, было перевёрнуто представление о древней Москве как о захолустном городишке, затерянном в глухих лесах на окраине Владимиро-Суздальского княжества. Представление это было перевёрнуто в самом центре Москвы — в тот день военные строители, производившие земляные работы близ 14-го корпуса Кремля, обнаружили то, что тут же было названо Большим Кремлёвским кладом.
Эта находка по праву входит в тройку самых крупных, богатых и статусных кладов, найденных на территории России. Другое дело, что статус клада не всегда определяется количеством единиц или общим весом найденного. Иногда сокровища выглядят весьма скромно и непрезентабельно, что может привести к печальным курьёзам.
Большой Московский клад
То, что его обнаружили в 1988 году, — большое везение. Дело в том, что на Ивановской площади Кремля строили постоянно и много — здесь располагались Чудов и Вознесенский монастыри, основанные в XIV столетии, конюшенный двор и сменивший его Малый Николаевский дворец, а в 1932-1934 гг. было выстроено здание 1-й Советской объединённой школы РККА, впоследствии оно получило скромное название 14-й корпус Кремля. Фундамент этой постройки лишь чудом не задел клад — от сокровищ его отделяло несколько сантиметров. Впрочем, если бы клад обнаружили тогда, он всё-таки попал бы в музей. А вот что стало бы с ним в прежние времена, можно только гадать. Если бы эти вещи нашли, например, в XIV столетии, их бы, скорее всего, присоединили к казне московских князей, и в лучшем случае они разошлись бы по рукам в качестве приданого или подарков важным людям.
Но нам повезло. Более 300 предметов лежали в земле 750 лет и четыре месяца без трёх дней. Учёные считают, что закопан клад был в те самые пять дней, когда Батый осаждал Москву — с 20 по 25 января 1238 года. Судя по всему, приказ о сокрытии ценностей исходил от самого князя Владимира Юрьевича, который руководил обороной города, — предметы, уложенные в деревянный сундук, были не по карману даже боярам. Височные кольца, бусы, браслеты, колты и рясны (подвесные украшения к женским головным уборам), бармы и перстни — все эти изделия древнерусских, скандинавских и восточных ювелиров поражают изяществом и богатством выделки. Есть в кладе и «наличность» тех времён — серебряные гривны; есть и парадный кинжал с рукоятью из редкостного материала — моржового клыка с серебряными узорчатыми накладками. Но больше всего поражает небольшая ложечка. Рукоять у неё медная, а вот сама она сделана из раковины моллюска, который водится в Индийском океане. Судя по затемнению на дне ложечки, её могли использовать для приготовления косметических средств. Богатство и разнообразие клада говорит о том, что уже тогда Москва была одним из важных центров Руси.
Старорязанский клад
При похожих обстоятельствах был закопан и знаменитый клад Старой Рязани, хранящийся сейчас в Оружейной палате Московского Кремля. Вот как рассказывает о событиях 1237 года «Повесть о разорении Рязани Батыем»: «И весь град пожгоша, и все узорочие нарочитое, богатство резанское поимаша». На самом деле пропало не всё «узорочие и богатство». Очень многое было спрятано во время осады города. На территории Старой Рязани найдено 17 кладов. И самый богатый обнаружили в 1822 году.
Крестьянин Устин Ефимов «в шестой день июня» был отправлен исполнять одну из самых тяжких и неприятных земских повинностей — дорожную. Поскольку одному ему было несподручно, он привлёк к этому делу своего сына. И чуть ли не сразу, на глубине менее аршина, то есть 50-60 см, из-под заступа Устина Ефимова посыпались золотые предметы, украшенные жемчугом: «Сын же его, Моисей, подстрекаемый счастьем отца, пустился вслед за ним искать на том же месте остатков сего клада. Труды его не были тщетны, он открыл ещё несколько подобных убранств...» В итоге они обнаружили «полуистлевшую кожаную кису», то есть суму, набитую золотыми украшениями. Что было бы с кладом дальше — бог весть, поскольку крестьяне Ефимовы припрятали свою находку в сарае, намереваясь, по всей видимости, распорядиться ею как-нибудь потом и потихонечку.
Но нам снова крупно повезло. За отцом и сыном, как впоследствии выяснилось, следил крестьянин Яков Петров, который, покопавшись ночью в том же месте, нашёл ещё несколько золотых медальонов. Петров был попроще умом и одну из «блях» попытался тут же сбыть в трактире. Его моментально сдали властям, а он столь же стремительно «слил» своих односельчан. Те были благоразумны и отпираться не стали, так что всей компании оформили «добровольную сдачу» сокровищ общим весом в 5 фунтов 95 золотников, то есть около 2,7 кг. А это и впрямь были сокровища. Яшмовые кресты в золотой оправе, серьги, перстни, зарукавья и, наконец, тринадцать золотых медальонов с драгоценными камнями, жемчугом и финифтяной росписью. Всё это, по мнению академика Алексея Оленина, историка и президента Императорской академии художеств, «представляло предметы великокняжеского достоинства». Находка заинтересовала императора Александра I — по его личному распоряжению отцу и сыну Ефимовым было выдано вознаграждение в 9 тыс. рублей серебром, а Якову Петрову — 1 тыс. Истинно царский дар — вряд ли они могли бы выручить такое состояние, продавая клад по частям и втихаря.
Великие потери Великих Лук
Что происходит, когда власть обращает внимание на найденные клады слишком поздно, показывает эпизод из истории города Великие Луки. В 1802 году во время работ на берегу реки Ловать из-под земли вывалился котёл. И покатился к реке, рассыпая серебряные монеты. Какая-то часть клада утонула. Но даже то, что удалось собрать на берегу, впечатляет — 9 пудов! Это были дирхемы, монеты, чеканившиеся в Арабском Халифате с VII по XI вв. В принципе, таких монет было выпущено очень много, и на Руси они попадаются повсеместно, поскольку именно Русь осуществляла транзитную торговлю между Востоком и странами Европы. Но клад в 9 пудов всё-таки впечатляет. Если перевести в нынешние меры веса, выйдет 147,42 кг. А поскольку дирхем в среднем весил около 3 граммов, получится что-то невероятное — более 49 тысяч монет!
Фокус, однако, в том, что из всего этого великолепия осталась одна (!) монета, хранящаяся в Псковском музее-заповеднике. А всё потому, что не уследили вовремя, и ценнейший клад разошёлся по рукам. Впрочем, для начала XIX столетия это простительно. Но то, что произошло в середине 1950-х годов в Усвятском районе, который до 1957 г. входил в состав Великолукской области, выходит за пределы воображения. Там был найден клад всё тех же дирхемов, и счёт вроде бы шёл на тысячи. Почему «вроде бы»? Да потому, что серебро сильно почернело, местные жители не поняли ценность найденного и в итоге использовали дирхемы как рыболовные мормышки. До Псковского музея дошло лишь 4 монеты.