Черно-белые клавиши жизни Полины Осетинской

Накануне одной из важных в истории музыки дат – дня рождения Иоганна Себастьяна Баха (31 марта 1685 года) - мы публикуем интервью Алены Жуковой с пианисткой и человеком с активной гуманистической и гражданской позицией Полиной Осетинской. Компания Show One Productions объявила о выступлении Полины в Торонто 3-го июня. Самые пронзительные произведения Баха, известные широкой публике также по выдающимся художественным фильма, прозвучат в концертном зале Koerner Hall Королевской Консерватории Музыки. Торонто ждет встреча с человеком удивительной судьбы  — блестящей пианисткой Полиной Осетинской. Концерт состоится 3 июня в Koerner Hall. В программе концерта старинная музыка в стиле барокко, знакомая по известным кинофильмам. Полина Осетинская все первое отделение будет играть музыку Баха, а во втором прозвучат — Гендель, Пёрселл и Рамо. Безусловно, те слушатели, кто искушены в кинематографе, без труда смогут мысленно перенестись в кинопространство любимых фильмов: таких как «Солярис» Тарковского, который уже невозможно представить без музыки хорального прелюда Баха (I cry to You, Lord), или «Крестного отца» Копполы,  в котором отдельную роль сыграла баховская Пассакалия в до-миноре. Программа необычная, сложная, как, собственно, и судьба исполнительницы.   Ее имя гремело в 90-х. Маленькая девочка у рояля с ленточкой вокруг головы, играющая сложнейший репертуар в сопровождении оркестров, гастролирующая по всему миру, выходящая на сцены больших концертных залов — ее называли «ангелом перестройки». Но у этого ангела была далеко не ангельская жизнь. Об этом она написала книгу, которую невозможно читать без слез. Вот о жизни, взлетах и падениях, о черно-белых клавишах судьбы наш разговор: Алена Жукова (А. Ж.) — Полина, все, кто читал вашу книгу «Прощай, грусть», ставшую бестселлером, знают через какие испытания вам пришлось пройти в детстве. Искренность вашей исповеди повергла многих в шок. Меня же потрясло то, что Вы не сломались и нашли в себе силы возродиться как музыкант и личность. А каково вам было, когда после всесоюзной славы маленькой чуда-пианистки пришло забвение? Что удержало в профессии, заставило работать дальше и стать тем, кто Вы есть сейчас? Я на это много раз отвечала, но отвечу вновь. Меня удержало желание стать настоящим музыкантом и то, что я встретила замечательного педагога — Марину Вениаминовну Вольф, которая вместе со мной прошла этот тяжелый путь, провела меня за руку. Это и стало тем самым фактором, который помог мне справиться. А что касается абсолютного забвения после абсолютной славы и жизни впроголодь, без денег и всего остального — я воспринимала это нормально, достойно, поскольку у меня была цель. Есть такое выражение «вижу цель — не вижу препятствий», как говорил герой фильма «Чародеи» А.Ж — Вам пришлось переучиваться после довольно сомнительной методики отца. Но, конечно, не будь в вас несомненной музыкальной одаренности, никакая муштра не дала бы результатов. После того, как в тринадцать лет Вы ушли из дома, на вашем пути появились прекрасные педагоги. Какими качествами, на ваш взгляд, должен обладать наставник, кроме профессионализма? Что должен он раскрыть в ученике? Наставник, кроме профессионализма, должен, конечно же, обладать терпением — просто гигантским, адским терпением. Важно, безусловно, отсутствие профессионального выгорания, когда педагог работает по призванию, а не по необходимости. Потому что выгоревший педагог — кроме вреда, ничего, на мой взгляд, ученикам не приносит. По поводу того, что должен раскрыть в ученике педагог,  помимо обучения ремеслу... Конечно же,  должен раскрыть индивидуальность, а вот понять, что составляет индивидуальность каждого ученика — это и есть одно из основных качеств хорошего педагога. А. Ж — Вы признаетесь, что стараетесь не слушать других пианистов в момент работы над программой, чтобы невольно не копировать манеру исполнения. Но есть ли те, кто всегда для вас эталон? А бывало, что Вы понимали — так вам никогда не сыграть? Я, конечно же, слушаю много пианистов, но желательно в отвлеченном репертуаре. Когда мне надо ознакомиться с произведением и понять до того, как открыла ноты, что это за музыка, тогда слушаю в чьем-бы то ни было исполнении. А во время работы уже этого не делаю. Это не отменяет, конечно, прослушивания гигантского количества пианистов в записи. Что касается тех, кто всегда эталон, то это зависит от репертуара. Не бывает такого, чтобы один и тот же исполнитель тебе нравился во всем. Даже тех пианистов, которых я бесконечно ценю — у них есть то, что мне нравится, и то, что мне не нравится. Что касается того, что мне так не сыграть, то, конечно, и такие примеры есть:  некоторые записи  Дьёрдья Цифры, Владимира Горовица, Марии Типо, Терезы Дюссо вызывали во мне такое чувство. А. Ж. — Повлиял ли на ваше прочтение Баха Гленн Гульд? Вы выступаете на его родине. Для Торонто он культовая фигура. Это что-то значит для вас? Конечно, мы все были подвластны магии и гению Гленна Гульда. На протяжении многих лет, может быть? тридцати, сорока или даже пятидесяти лет? исполнение Баха Гульдом считалось среди музыкантов и любителей музыки абсолютно эталонным, перевернувшим нашу картину мира. Но когда появилось движение HIP (historically informed performance) - исторически информированное исполнительство, когда пришел большой пласт звукового опыта и слушательского тоже, связанного с различными стилями разных музыкантов и не только пианистов, то манера Гульда стала от нас отдаляться некоторым образом. Это не отменяет его величи в огромной, мировой перспективе, потому что на протяжении полувека в Бахе был Гульд и очень далеко отстояли все остальные. И, конечно же, неосознанно или сознательно мы все у него учились и какие-то приемы у него взяли. А тот факт, что я буду выступать с программой, в которой все первое отделение звучит Бах — это довольно ответственно на родине Гульда. Но я рада играть в Торонто и при этом в одном из лучших залов в Северной Америке, в Кёрнер Холле. А. Ж. —Программа, которую Вы представите в Торонто, уникальна: барокко музыка, которая звучала в известных фильмах. Признаюсь, что в бытность свою музыкальным редактором киностудии, частенько мечтала, чтобы вместо оркестровой невнятицы кино-музыки, режиссеры обращались к бессмертным образцам — таким, которые будете играть Вы. А вот представьте, что наш разговор происходит лет сто назад во времена немого кинематографа, и вам в зале надо озвучить ленту Чарли Чаплина или Бастера Китона. Какую музыку бы Вы выбрали? Наверное, если бы мне пришлось озвучивать немой фильм с участием Чарли Чаплина или Бастера Китона, то я бы выбрала такую музыку, которую мы привыкли слышать в таких фильмах — какое-то бренчание по клавишам. А вот интересно, что в то время, когда мы записываем интервью, я нахожусь с детьми в Суздале, где нам довелось получить редкий зрительский опыт как раз от просмотра немого фильма с тапером в зале.  Это был «Броненосец Потемкин» Эйзенштейна, а за роялем пианист Филипп Чельцов. Его музыкальное сопровождение было прекрасным, он играл собственную музыку, свою импровизацию, и она точно попадала под изображение. А. Ж. — Теперь хочу спросить о наболевшем. Ваша гражданская позиция хорошо известна и вызывает безмерное уважение. Чем для вас стал прошлый год, изменивший судьбы многих? Прошлый год изменил не только мою судьбу, он изменил судьбу мира и наше будущее. И это самый страшный год моей жизни, хотя мне казалось, что хуже того, что случилось во время пандемии, быть не может. Тут я ошибалась. Вот последние три года мы все следуем формуле: «Хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах». Теперь у нас нет планов, есть только одно ожидание, чтобы наконец кончилась война и перестали гибнуть люди. А. Ж. — Вам уже знакома публика Торонто. Вас знают, любят и хотят слушать. Чего Вы ждете от концерта, на котором Вас представит наша канадская компания Show One Productions? И что пожелаете себе и зрителям? Мне очень приятно, что публика в Торонто меня  тепло приняла в январе  во время концерта, на котором я играла со знаменитым скрипачом Максимом Венгеровым. Я рада, что все-таки удалось приехать, поскольку мне очень долго не давали канадскую визу. Сейчас любые гастроли за рубежом сопряжены с очень большими сложностями для артистов, приезжающих из России. Я жду от концерта, в первую очередь, того, чтобы я хорошо сыграла на своем уровне запросов и требований к самой себе. И еще хочется, чтобы для слушателей Торонто этот концерт не стал бы какой-то неподъемной ношей, поскольку это довольно серьезная программа, ее нельзя назвать развлекательной, она требует очень глубокого погружения, очень вдумчивого разговора с музыкой и с собой. Для публики, которая привыкла получать только удовольствие и наслаждение на концерте, это может стать своеобразным опытом, но я надеюсь, что и он пройдет благополучно.   А. Ж. — Благодарю вас за интервью и желаю удачи. Разговор вела Алена Жукова — писатель, сценарист, главный редактор журнала “Новый Свет”. Фото: Yulia Plakhotnikova Концерт Полины Осетинской под названием «Музыка барокко в шедеврах мирового кинематографа» состоится 3 июня в 8:00 рм в Koerner Hall по адресу 273 Bloor St West, Toronto. Информация о концерте и билетах – www.showoneproductions.ca Подписывайтесь на наш Telegram-канал, чтобы всегда оставаться в курсе событий.