Смутное время

Как рыбинцы восстали против Лжедмитрия II — статья историка Леонида Иванова

Смута — период в истории России, ознаменованный стихийными бедствиями, многочисленными случаями самозванства, внешней интервенции, войнами, в том числе гражданской, тяжелейшими политическими, социальными и экономическими кризисами

Два Лжедмитрия

Смутное время начала XVII столетия было последним периодом, когда на территории Рыбной слободы и ее округи велись масштабные боевые действия.

Впрочем, поначалу «Смута» напрямую Рыбной слободы не коснулась. Приход к власти Лжедмитрия I (Григория Отрепьева) сопровождался пожалованиями нового «царя» монастырям в округе Рыбной слободы – Александровой пустыни и Островскому Богоявленскому. После свержения первого самозванца в мае 1606 г. они были подтверждены «боярским царем» Василием Шуйским.

Келейное избрание Шуйского и присяга ему разделила жителей и привела к гражданской войне в Московском царстве. Не помогло и принесение мощей настоящего царевича Дмитрия из Углича в Москву. На фоне слухов о «чудесном спасении» царя Дмитрия вслед за первым «ненастоящим царем» претензии на трон заявили следующие ему подобные.

Это время келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын так описал в своем «Сказании»:

«Вся Россия от ложных царей мучительно страдает, и богатство всех городов для царей отнимают. Людей же из окрестных мест всюду меч поедает…»

Самым известным из «лжецарей» оказался явившийся в Стародубе в июне 1607 г. Лжедмитрий Второй, прозванный затем «Тушинским вором» по месторасположению лагеря своего войска под Москвой.

Нового Лжедмитрия поддержала та часть польской шляхты, которая успела поучаствовать в недавнем мятеже против короля Сигизмунда. К нему примкнули сторонники Ивана Болотникова, чье восстание казаков, части дворян и «детей боярских», холопов и крестьян было подавлено войсками Шуйского осенью 1607 г.

Одними из самых известных участников войска Лжедмитрия II стали донской казачий атаман Иван Заруцкий и польский полковник Александр Юзеф Лисовский. Лисовский именно в Стародубе получил чин полковника, а его отряд из нескольких сотен легких кавалеристов стал одним из самых жестоких участников иностранной интервенции против Московского царства.

На «помощь» Лжедмитрию Второму пришли князь Адам Вишневецкий, Николай Мархоцкий, Роман Ружинский, полковники Ян Петр Сапега и Александр Зборовский и другие польско-литовские шляхтичи. Некоторые из них были православными, многие – католиками, кто-то поддерживал униатов – сторонников объединения православия с католичеством под началом Папы Римского.

Главным мотивом поступков этих людей был сугубо материальный – войско «помощников» регулярно торговалось и конфликтовало с «царем» за сроки и сумму выплаты «жалования». Впрочем, вместо жалования войско самозванца получило возможность методично грабить русские города, как приведенные к присяге «тушинскому вору», так и сопротивлявшиеся ему.

Апогей Смуты и восстание городов

Осенью 1608 г. Смута вступила в свой апогей – Сапега и Лисовский пошли походом на Троице-Сергиев монастырь и «замосковные города», в том числе в Верхневолжье. Тушинцы захватили Суздаль, Переславль-Залесский, Юрьев-Польской, Ростов, Углич, Владимир, Ярославль, Вологду.

В числе «приведенных к присяге» Лжедмитрию II, судя по документам 1609 г., были и рыбнослободцы. На присягнувшие города возлагались тяжелые повинности по снабжению войск самозванца подводами, лошадьми, продуктами и т.д. По окрестным волостям поехали польские сборщики «поносовщины», попросту отнимавшие часть с любого найденного имущества.

Закономерной реакцией на это была целая серия городских восстаний, начиная с ноября-декабря 1608 г. Они начались с Галича, Костромы и Вологды. К ним присоединились муромцы, пошехонцы, романовцы, угличане, ярославцы, белозерцы, жители Устюжны Железнопольской и др.

Восставших поддержали жители Устюга Великого и других городов Поморья. Сторонники Лжедмитрия II докладывали ему: «И нынешнего, государь, 117 [1608-Л.И.] году, декабря в 8 день, в Пошехонье замутилося от Вологодцких воров…».

В рядах восставших была и Рыбная слобода. Шведский посланник в Москве Петр Петрей, описывая события 1608 г., пишет о городе Рыбинск, в числе других восставших против Лжедмитрия II и его сторонников:

«Многие города и крепости, отложились от него, каковы: Вологда, Галич, Романов, Молога, Рыбинск, Суздаль, Ярославль, Углич, Кашин и многие другие, граждане и поселяне собрались в числе нескольких тысяч и везде нападали врасплох на поляков и изменников русских, которые стояли за Лжедмитрия, высылались на грабеж и безжалостно притесняли бедных жителей; не только отнимали у них все, что найдут, но еще мучили их, чтобы сказали, где спрятаны и зарыты у них пожитки, серебро и золото, насиловали и позорили их жен и дочерей, так что жалко было видеть все это.

Зато когда граждане и крестьяне одолевали их, они должны были расплачиваться тем же: их убивали до смерти, раздевали донага, а некоторых толкали под лед живых, приговаривая:

«Негодные плуты и изменники, вы в короткое время дочиста разорили и разграбили это место, сожрали всех овец, быков, коров и телят: ступайте же теперь под лед и ешьте рыбу в Волге и в других реках!»

Именование городом не оговорка иностранца – Рыбная слобода на иностранных картах Московии обозначалась как город с 1-й трети XVI в.

В борьбе с карателями

Тушинцы направили крупные карательные отряды против восставших. Полковник Лисовский с двумя тысячами казаков и 608 наемниками двинулись на Ярославль, Кострому, Вологду. Им удалось в декабре-январе 1608/09 гг. подавить выступление в Ярославле, захватить Кострому и Галич. Восставшие потерпели крупное поражение у с. Данилова на дороге на Вологду.

Посадские и крестьяне Ярославля и окрестного уезда (в состав которого входила и Рыбная слобода) снова были приведены к присяге Лжедмитрию Второму. На них была наложена громадная денежная контрибуция — откупной налог по 150 руб. с сохи.

В зависимости от доходов эту сумму были обязаны совместно заплатить несколько десятков посадских дворов. О том, насколько большой была эта сумма, можно понять из сравнения с ценой на некоторые товары: например, курицу или гуся в то время можно было купить и за 3 копейки.

При археологических раскопках в историческом центре Рыбинска почти во всех шурфах с непотревоженным культурным слоем отчетливо фиксируются следы пожара с находками к. XVI-нач. XVII вв.: копейками Ивана Грозного и Бориса Годунова, серебряной монетой польского короля Сигизмунда, металлическими и каменными ядрами, обломками холодного оружия.

Причиной такого масштабного пожара могли быть военные действия тушинских карателей во главе с А. Лисовским, который «разорил вконец волость Ярославскую».

Воевода Вышеславцев – освободитель Верхневолжья

Однако победа тушинцев не была полной и окончательной. Жители Вологды, Устюжны Железнопольской, Устюга Великого и других городов и уездов Поморья смогли отразить нападение карателей.

Устюжна стала местом расположения ставки племянника «боярского» царя – молодого и талантливого военачальника князя Михаила Скопина-Шуйского. В Вологду им были направлены воеводы Никита Вышеславцев и Евсей (Овсей) Резанов. Во главе с ними ополчение северных городов в феврале 1609 г. начало освобождение Ярославля и окрестных уездов.

3 марта был освобожден от тушинцев и поляков Романов, а затем – Молога и Рыбная слобода. Сохранилась отписка (донесение) Федора Палицына, двоюродного брата келаря Троицкого монастыря Авраамия Палицына, отправленная в Устюг в марте 1609 г.:

«…Во 117 году марта 14 писали нам из-под Романова… воеводы Микита Выславцов да Овсей Резанов…, что Божиею милостью и Пречистыя Богородицы …молитвами, Пошехонье все, и Молога, и Рыбная Государю Царю и Великому Князю Василью Ивановичу …добили челом и повинные челобитные прислали, и крест ему Государю целовали, а город Романов взяли, и многих воров Литовских людей и Татар Романовских изменников… побили».

7 апреля ополчением были разбиты поляки С. Тышкевича у села Григорьевского под Ярославлем, 8 апреля войско Вышеславцева и Резанова вошло в город. Подоспевшие из-под Троицкого монастыря отряды Лисовского безуспешно осаждали Ярославль («острог» и Спасский монастырь) два месяца.

В начале июня осаду пришлось снять – Лисовский бросился в Кострому, где восставшие штурмовали засевших в Ипатьевском монастыре сторонников Лжедмитрия Второго.

Последние бои

О последних столкновениях с интервентами в близком к Рыбной слободе Пошехонье «Новый летописец» сообщает под 1611 г.: «Василей Толстой прииде из-под Москвы с казаками и ста в Пошехонье и многие пакости делаша уездам…»

Для освобождения уездов по Шексне из тогдашней столицы ополчения Минина и Пожарского — Ярославля — был послан князь Дмитрий Петрович Лопата-Пожарский.

А по завершении Смуты ее эхом стала война Московского царства с польским королевичем Владиславом, благодаря которой в 1617-18 годах на Мологе и Шексне опять появились «литовские люди» и казаки. Поводом для войны были претензии Владислава на царский престол, обещанный ему еще в 1610 г. боярским правительством после отстранения от власти Василия Шуйского.

Августом 1618 г. датируется «отписка» (донесение) царю Михаилу Федоровичу дворян А. Образцова и Ф. Вахрамеева о действиях казаков и литовцев на Мологе, в Вологодском уезде и в Пошехонье:

«…в августе в 8 день… архиепископские дети боярские… в роспросе им сказали, что доезжали де они до Пошехонского уезда, до Никольского монастыря, что на Тропе, и Литовские де люди не доходили до того монастыря за 5 верст…»

Николо-Тропскому монастырю в нижнем течении Ухры (совр.село Николо-Тропа Рыбинского района) повезло гораздо больше, чем вологодским обителям. Например, Корнилиев Комельский монастырь в Вологодском уезде был ограблен и разорен: нападавшие «и старцов, и служек посекли, и казну поимали…»

После бурных событий начала XVII столетия Рыбная Слобода, по археологическим данным, вдвое сократилась в размерах (до современной улицы Ломоносова), и ее рост возобновился лишь спустя несколько десятилетий.

Пленный польский шляхтич Станислав Немоевский, проезжавший летом 1608 г. из Белоозера в Романов Шексной и Волгой, называл в своих «Записках» Рыбную слободу «селом Рыбным». Вероятно, в этой характеристике нашло отражение запустение поселения в Смуту.

Писцовая книга Рыбной слободы 1631 г., фрагменты из которой приведены при описании слободы 1674-76 гг., фиксировала наличие всего 77-ми заселенных дворов, «людей [мужского пола] в них 79 чел., да обнищалых 4 двора, 3 двора да 65 мест [дворовых] пустых». Таким образом, даже по прошествии 20 лет после окончания Смуты почти каждое второе из дворовых мест в Рыбной слободе продолжало пустовать!

Тем не менее, именно из документов 1612/13 гг. мы впервые узнаем, что жители Рыбной слободы имели статус «посадских людей» — то есть горожан.

Возрождение после Смуты

Но происшедшая в Смуту мобилизация духовных сил на Руси стала предпосылкой нового общественно-государственного строительства. Косвенным свидетельством этого является возведение на ярославском посаде в 1620-22 гг. первой каменной церкви Николы Надеина, а в Угличе в 1627-м – Успенской «Дивной» церкви Алексеевского монастыря в память о жертвах Смуты.

Не исключено, что в этот же период, до 1631 г., был также сооружен каменный собор в Александровой пустыни под Рыбной слободой. К сожалению, этот некогда трехшатровый храм в настоящее время практически превратился в руины.

Еще одним ярким событием из этого ряда было явление в 1615 г. иноку Дорофею иконы Богородицы Одигитрия (Богоматери Югской), считающееся началом Югской Дорофеевой пустыни вблизи границы Черемошской волости Ярославского уезда и Мологского стана Угличского уезда. Сама обитель первый раз упомянута в писцовой книге Углецкого уезда в 1633 г.:

«Новая пустыня монастырь, на речке на Белой Юге, а на монастыре церковь Пречистыя Богородицы Одигитрия, а в церкве образы и книги, и ризы, и колокола, и всякое церковное строение Дмитрия Погожего да мирское…»

Первым крупным вкладчиком в обитель «на монастырское строение» стал дворянин Дмитрий Погожий (Погожев), представитель известного рода воевод Погожих.

Подписи Дмитрия, его брата Исаака и племянника Федора стоят под известной грамотой князя Дмитрия Пожарского «с товарищами и всех ратных людей из Ярославля к Вычегодцам, о всеобщем ополчении городов на защиту отечества … и о скорейшей присылке выборных людей в Ярославль для земскаго совета, и денежной казны на жалованье ратным людям» в апреле 1612 года, с которой начинало деятельность Второе ополчение.

А главный вклад в «мирское строение» нового монастыря, согласно поздним записям XVIII в., внесли именно жители Рыбной слободы.

События Смутного времени были первыми в 17-м столетии, оставившими находки артефактов и документальные свидетельства о том, как общерусские события отразились на жизни нашего края.