След Петра I в развитии Гавриловского коневодства
Полы, которые не портили копыта
Царь ехал по Стромынке, одной из старейших сухопутных дорог Центральной России, известной еще в период удельных княжеств. Она соединяла Москву, Юрьев-Польский, Суздаль и Владимир-на-Клязьме. Этим путем в своих "разъездах" из Смоленска и Киева во Владимир и Ростов пользовался еще Владимир Мономах, упоминавший об этом в написанном им в 1017 году "Поучении".
Дорога, использовавшаяся как для торговых, так и для военных целей, проходила и через Гавриловское село. Как гласит народная молва, во время смены упряжки лошадей Пётр I посетил местный дворцовый конный завод. Осмотрел скакунов, поговорил с конюхами, выслушал все их просьбы. Был восхищен работой местных кузнецов, которых в дальнейшем занимал при строительстве кораблей.
Первое упоминание о заводе находим в писцовых книгах Гавриловской слободы за 1632–1633 годы: "Да в селе Гавриловой новой слободе двор государев Конюшенных, двор приказчиков, двор стремянного конюха, 2 двора задворных конюха, 11 дворов станых конюхов и людей…"
Для обеспечения завода и служащих при нем лиц хлебным продовольствием были приписаны к заводу несколько селений – 1819 душ мужского пола. Для сбора сена на корм лошадям отведены пойменные луга по берегам рек Ирмес и Воймига.
Еще в начале XVIII века при Гавриловской дворцовой конюшне для детей конюхов открывается светская школа, где и стипендию платят, и форменную одежду выдают. На конюшне бывали видные царские сановники, военные, ученые. Кони, выращенные в Гавриловском, принимали участие практически во всех войнах тогдашнего неспокойного времени.
Во дворе конюшни проводились выставки племенных лошадей (первые во Владимирской губернии), сюда одними из первых в России поступили заграничные жеребцы рабочих пород. Местные специалисты вывели новую породу лошадей – владимирских тяжеловозов.
Украшающие и поныне Гаврилов Посад конюшни – памятник архитектуры екатерининского времени. Другого такого здания в России не осталось. Кирпичные стены в метр толщиной, глинобитные полы, чтобы не портить копыта лошадей, естественное отопление и вентиляция. В настоящее время в помещении конного завода открылся музей.
Посольство в Западную Европу сопровождали даже карлики
С посадскими конями и их конюхами Пётр I был знаком еще в пору своего детства и юности. Будучи 13-летним подростком, в селах Воробьёво и Преображенское, возле Плещеева озера (современная Ярославская область) он создавал "потешную" флотилию, в которую вместе с юношами Александровской конюшни входили и молодые конюхи с лошадьми из Гавриловской слободы.
К концу XVII века Гавриловская дворцовая конюшня была одной из самых укомплектованных конями. Правда, несколько поредела с отправкой в 1697 году великого посольства в страны Западной Европы. В числе 35 волонтеров, уехавших для обучения кораблестроению и военно-морскому делу, находился Пётр Михайлов – под такой фамилией значился царь Пётр Первый.
Посольство сопровождал многочисленный обслуживающий персонал: священники, лекари, переводчики, повара, хлебопеки и даже четыре карлика. Вместе с солдатами охраны численность посольства превышала 250 человек, а обоз насчитывал тысячу саней, с упряжкой от двух до восьми лошадей. Причем в основном отборных – и статью, и силой. По приезде почти все они были проданы или подарены знатным западным вельможам.
Однако в целом царские конезаводы не оскудели, а Гавриловский – тем более. Это обусловлено особым расположением к нему Петра. Известно, что в его царствование, когда одни дворцовые заводы закрывались из-за сокращения государственного бюджета, другие передавались в частные владения высоким сановникам, Гавриловский оставался нетронутым.
О голландском происхождении владимирских тяжеловозов
Вообще, царь был неравнодушен к коням, так как любил путешествовать. Ему ничего не стоило отправиться в далекий путь налегке, без подготовки, порой даже не из дому, а от какого-нибудь гостеприимного хозяина. Обыкновенная повозка или сани были для него местом ночлега, в них он и обедал.
Непрерывные войны в период царствования Петра I требовали большого количества лошадей. В армию они направлялись с царских заводов, от частных лиц и даже от монастырей.
Укомплектовать войска конным поголовьем тогда было непросто. Поэтому в 1712 году государь принимает меры для организации специальных заводов по разведению улучшенных лошадей. Об этом его начинании один из известных историков коневодства Мердер писал: "Весьма вероятно, что при этом многочисленные голландские мастера надоумили главного распорядителя работ, Лефорта: крупные боярские лошади, которых на казенных заводах было много, в смешении с голландскими должны были породить превосходную породу тяжеловозов. Достоверно известно, что в 1707 году, по образовании Битюцкой волости, в селе Бобровском был основан завод из 63 лошадей. В этот завод были привезены, вероятно, и голландские жеребцы, от которых произошли наши когда-то славные Битюги". Для истории племенного конного завода "Гаврилово-Посадский" этот вывод очень важен, так как в нынешних жеребцах владимирской породы есть сильная кровь и битюгов.
В двадцатых годах XVIII века в России было 11 дворцовых конных заводов. По количеству находившихся в них лошадей Гавриловский вместе с Шекшовским уступал только Скопининскому. И в этом большая заслуга Петра I.