Храм, который не закрывали и не превращали в склад
Для возобновления церковных служб обратились к… Сталину
По свидетельству старинных грамот, в которых среди прочих сведений упоминаются и михайловские земли, именно ипатьевские иноки отправились на речку Шачу, где, обосновавшись на ее лесистых берегах, выкопали пещеры для жилья и стали возводить деревянную церковь. К 1701 году на месте нынешнего расположения села Михайловского выросло деревянное строение, срубленное монашескими руками, и стало собирать на молебны живущих окрест местных жителей.
Со временем храм значительно обветшал, а в 1769 году от забытой священником зажженной свечи начался пожар. И хотя церковь восстановили из пепелища, необходимость в строительстве каменного здания была очевидна.
Возводить его начали только в 1816-м на средства владелицы села, графини Анны Орловой-Чесменской. Так в Михайловском вырос белокаменный храм в архитектурном стиле, характерном для московского ампира, с примыкающей к нему островерхой колокольней цилиндрической формы. После чего богослужения в нем никогда не прекращались, если не считать конца 1945 года, когда Михаило-Архангельский приход остался без батюшки.
Чтобы возобновить церковную жизнь, три местных жителя отправились в Москву к самому Сталину. Это трудно себе представить, но вопрос, поставленный михайловскими ходоками перед главой советского правительства, был решен положительно: вскоре в церковь прибыл новый священник и вновь потекли сюда верующие.
Скорее всего, храм в честь архистратига Божия Михаила – особое место, потому как вот уже на протяжении двух веков он оказывается в стороне от всех лихих обстояний. Даже в 1920-е, когда советские богоборцы объявили "самую решительную и беспощадную" войну духовенству, повсеместно искореняя церковную жизнь, Михаило-Архангельский храм избежал скорбной участи.
Лишь с колокольни-свечи был сброшен полуторатонный колокол, который при падении глубоко вошел в землю. Поэтому прежде, чем погрузить на подводы, пришлось раскалывать его на части.
В тот период Михайловское оставалось единственным местом на середской земле, где бесперебойно велись богослужения для жителей города и еще 24 деревень.
Арестовали только за то, что звонил на колокольне
Особенно притягательным для православных верующих Михаило-Архангельский храм стал в годы пребывания в нем архимандрита Леонтия, до этого назначения претерпевшего неоднократные тюремные заключения по обвинению в антисоветской деятельности. Впервые отче Леонтий познал вседозволенность карающих органов в 1930 году, когда он, иеромонах суздальского храма святителя Иоанна Златоуста, был арестован только за то, что звонил на колокольне. Спускающегося вниз священника встречали с наручниками местные огэпэушники.
От звонка до звонка отбывший наказание отец Леонтий был приписан к селу Бородино Гаврилово-Посадского района. Но по истечении двух лет служения в местной церкви батюшка вновь попадает под зачистку советской власти. Священника доставили в отдел НКВД привязанным за шею к телеге, вели по городу под издевательское улюлюканье безбожников. Вот когда Леонтию вспомнилось пророчество, услышанное в бытность служения в Московском Богоявленском монастыре от подвизавшегося у церковных стен юродивого: "Придет время: тебя поведут по улице и прикладом будут погонять".
Автор книги о святом Леонтии, настоятель Ермолинского мужского монастыря отец Варлаам (Борин), пишет о стойкой выдержке преподобного, оказавшегося в самых жестких обстоятельствах. Этот эпизод из жизни старца воспринимается как свидетельство миролюбия, кротости и смирения, надлежащего быть у всякого верующего.
Арестованного Льва Стасевича (мирское имя отца до принятия им монашеского пострига) определили в камеру к вору-рецидивисту. Батюшка с порога отдал сокамернику земной поклон, чем сразу расположил к себе матерого преступника и пробудил у озлобленного на весь мир человека глубоко спрятанное милосердие. Уголовник открыл духовному отцу историю своего грехопадения. Заглянувшие через какое-то время в камеру охранники пережили шоковое состояние: вместо того, чтобы показать попу, где раки зимуют, рецидивист стоял перед священником на коленях и рыдал как ребенок.
Всю ночь продержали в неотапливаемых вагонах
Приговор отцу Леонтию вынесли по всей строгости: три года заключения в исправительно-трудовом лагере. Отправляли на этап из Иванова. На заснеженный перрон вокзала из арестантской машины выгрузили около тридцати священнослужителей-антисоветчиков. Протестуя против беззакония, осужденная братия громкоголосым хором запела "Царю Небесный". Суровое наказание последовало незамедлительно: их погрузили в вагоны, которые загнали в тупик. Пережить суровую зимнюю ночь в неотапливаемых плацкартах представлялось маловероятным – арестанты были обречены. Но в вагоне, где находился Леонтий, все остались живы. По призыву отче, здесь всю ночь молились и клали земные поклоны…
В Карагандинских лагерях у отца Леонтия требовали отречься от Бога. Издевались над заключенным с изощренной фантазией. Так, в Пасхальную ночь привязали к веревке и несколько раз опустили головой в уборную. И всякий раз в ответ на очередное глумление священник неизменно бросал своим истязателям одни и те же слова: "Христос Воскресе, ребята!"
Мужественно пережив и эти испытания, отец Леонтий вернулся в Суздаль. Теперь он ходил по деревням и совершал молебны в домах верующих, потому как к тому времени большинство храмов закрыли и служить было негде.
В 1947 году епископ Ивановский и Кинешемский взял на себя смелость и назначил опального священника настоятелем церкви Живоначальной Троицы в селе Воронцово Пучежского района. Прихожане всей душой потянулись к батюшке, который не только возобновил ежедневные богослужения, но и проводил их без сокращений, следуя монашескому чину.
Как оказалось, око чрезвычайной комиссии пристально наблюдало за поднадзорным священником. В течение трех лет на отца Леонтия собирали доносы и лжесвидетельства, а затем последовал арест и обвинение в антисоветской пропаганде. Теперь его приговорили к десяти годам лишения свободы с отбыванием срока в исправительно-трудовом лагере в Братске Иркутской области.
Через пять лет, в связи со смертью Сталина, архимандрит был амнистирован и после освобождения прибыл к месту своего последнего служения. Но воронцовский настоятель наотрез отказался принимать "опасного" священника. Тогда Ивановская епархия подготовила указ о его назначении настоятелем храма в село Михайловское. Здесь благочестивый Леонтий пребывал до своей кончины 10 февраля 1972 года.
Предсказал руководителя епархии
В период михайловского служения преподобный привлек к себе сердца многих верующих бескорыстной добротой, мудростью и прозорливостью. К нему обращались за молитвенной помощью и житейскими советами. Но среди местного священничества объявились и ненавистники, систематически писавшие на отца Леонтия доносы. Узнав о злобных наветах на любимого пастыря, прихожане отправили в епархиальное управление письмо, в котором защищали батюшку от сфабрикованных обвинений, просили оставить с ними отца Леонтия до самой его смерти.
Уже будучи в весьма преклонном возрасте, Леонтий по-прежнему принимал всех, кто обращался к нему за помощью, а нуждающихся в истинном духовном наставнике становилось всё больше. Отче терпеливо выслушивал, исповедовал, молился за своих прихожан и удивлял верующих даром прозорливости.
Так, приходскому священнику Амвросию (Щурову) он предсказал будущее владычество, предрекал открытие в Иванове Красной церкви... Однажды старец заявил о том, что после смерти из него вытечет много воды. Так и случилось: в 1972 году в Михайловском, под горой, где на сельском кладбище был похоронен отец Леонтий, забил родник. Теперь к святому источнику в надежде на исцеление спешат сотни, тысячи паломников.
Нынешний настоятель храма Архангела Михаила, отец Максим Савин, на вопросы прихожан о чудесах, которые происходят как от воды, так и от мощей почитаемого святого, неизменно отвечает: не стоит вести строгий счет необычному. Михайловский священник каждый раз увещевает о том, что "в церковь идут не за чудесным, а чтобы в молитвах соединяться с Господом, и только Он ведает, когда ниспослать нам исцеление или разрешение тяжких жизненных обстояний".
Отец Максим убеждает приходящих в церковь за чудесным, что оно рядом, вокруг нас, но почему-то мы не хотим его увидеть. Обращение беспросветного грешника к Господу, как в случае с уголовным сокамерником преподобного Леонтия, – это и есть самое настоящее, явленное чудо.