Как Европы с монголами Батыя сговорились. И Русь разменяли…
Ряд вопросов обозначим сразу. Чтобы в комментариях зарубиться по-взрослому. Великий поход Западный, особенно после разгрома Руси монголами — больше загадок, чем очевидных исторических предпосылок. Для такой ненужной авантюры. С точки зрения целесообразности, нужности таких шагов молодой Монгольской Империи. Ортодоксы-историки указывают на Завещание Чингисхана, постановившего:
«Я дойду до последнего моря, и тогда вся вселенная окажется под моей рукой».
«Монголы должны подчинить себе всю землю и не должны иметь мира ни с каким народом, если прежде им не будет оказано подчинение».
Очень может быть. Судя по культу покойника впоследствии — даже готов верить. Но прямого приказа не было. Сам Чингисхан что-то не решился ходить к «крайнему морю», копыта своего коня мыть. Даже черноморские курорты не посетил. Перед кончиной вернулся к «китайскому вопросу» в лице упрямых тангутов. По очень смешному поводу, если честно: «не оказали должной союзнической поддержки», ага.
Решение о Великом Западном Походе продавила «военная партия» Субэдея-багатура в Каракоруме. Завизировал — добродушный пьяница Угэдей. Отрешившись от кульбитов психики двора Великого Хана, послушаем военных историков. Тут рационализма больше: монголам нужно было военными методами окоротить европских монархов. Чтобы нос не совали в монгольские дела восточнее Буга Западного и Южного.
Косвенно это подтверждается небывалым упорством Бату-хана в укреплении позиций своего Улуса. На Руси и Поволжье. Полное уничтожение кипчаков-половцев, маниакальная жажда удавить венгров и поляков… Вполне оправдано, в такой-то парадигме геополитического мышления. Сильные соседи не нужны. Но. На кой совать голову в сердце Западной Европы? До пригорода Вены вламываться?
Грабить там есть чего, чтобы не говорили о «нищих европах». Весь ценный хабар был аккуратно упакован. За высоченными каменными стенами монастырей и замков. Коим несть числа и каждый отнимает месяцы планомерной осады. Даже при всем арсенале инженерных технологий Евразии, бывших в распоряжении молодой Империи. Не знать таких очевидных вещей? Если это про монголов — то не верю…
Еще один момент. Прямо нарушающий установления Чингисхана: бить в одну точку, концентрируя все силы на решении самой важной задачи. На 1241 год… монголы решили открыть третий огромный театр военных действий? Имея перманентные войны в Китае (Империя Сун) и Ираке? Имея постоянные восстания против «нового порядка» в Булгаре, Хорасане, на Кавказе… Головокружение от успехов?
Торговля.
Тут тоже понятно… до вторжения в Европы. И ничего — после. Контроль над Великим Шелковым Путем, с его ответвлениями? Смотрим карту:
Итак, чтобы получить монгольский порядок внутри этой золотоносной жилы — необходимо брать Дамаск, Багдад, Антиохию и …Константинополь. Последний — не столь важен, это коллатераль через крымскую Кафу, не очень прибыльная. Если с ближневосточными автобанами сравнивать. Даже с Каспийской торговлей, что на север в Булгар волжской веткой уходит.
Хочешь себе гешефт с Шелкового Пути устроить? На Ближний Восток ступай, там порядки наводи. Но не в Рязани, Киеве, Кракове, Вене или Буде с Пештом. Не торговля, значит, получается. Или Венеция-Генуя спонсировала хождения «за моря». Им в жилу такие маршруты завоеваний. Ладушки, позже разберемся. Пока…
Большую политику потормошим.
Кто там всем заправлял в XIII веке? На Востоке — Хорезм. Минусуем, раздавлен с особым цинизмом. Багдад с бессильным Халифом всех мусульман. Держится пока, монголам не интересен. На Западе всем пытается заправлять Рим. Желает горячо свору окоротить, имперскую и феодальную. На богоугодные дела подвигнуть, окрестить всех и вся. В правильную веру, само собой. Мятежный и «неправильный» в вероисповедании Константинополь — уже под католическими крестоносцами. Ближний Восток — еле теплится крошечными королевствами рыцарей Креста, ждёт давно обещанной подмоги.
А Русь? Она кто и что — в раскладах Большой Политики? На кой ляд Субэдей сюда приперся? Отмотаем назад, в 1237 год. Подвигаем некоторые «наперстки»… Опрокинув Хорезм, разорив мусульманскую Волжскую Булгарию, выпотрошив Кавказ и зацепившись за Судак в Крыму — монголы отрывают от мира ислама огромный кусок территорий. В декабре 1237 года начинают (с туманными военно-стратегическими целями флангового обеспечения) уничтожение русских княжеств.
В начале весны 1238 года устремляются к самому богатому городу Руси. Но «не дошедше за 100 версть до Новагорода». О как… Версий тут много, от погодных — до фуражных. В них не верю, упрусь в две другие. Первая (хоть атеист махровый):
«Городъ заступи Богь, святая и великаа съборнаа и апостольскаа церковь Софиа, святый преподобный Кирилъ, святыхъ правоверныхъ архиепископъ молитва, и благоверныхъ князей, и преподобныхъ чръноризецъ иерейскаго събора».
Вторая, не менее правдоподобная гипотеза: возле Игнач-Креста проходила демаркационная линия, заранее оговоренная с монголами. Именно там прошел обмен мнениями «высоких договаривающихся сторон», оговорены гарантии беспрепятственного возвращения Батыя в Степь, утверждена оккупационная администрация в лице «правильных» Рюриковичей. Планы на будущее намечены.
Кто игроки?
Папствующий Рим, как очевидный кандидат. Он крепко начал спотыкаться в те годы. Внутри Европ сидел могущественный монарх, трижды отлученный от Церкви. Германский король, император Священной Римской империи Фридрих II. Второй главный игрок. Имел на всю Политику собственное мнение, всячески препятствовал папской курии в организации «крестовых походов» из-за своей патологической жадности и властолюбия. Переписывался с князем Юрием II Всеволодовичем Владимиро-Суздальским, бают. Что они там хитроумное вертели — неизвестно. Пытаемся понять.
Есть один любопытнейший документ, сохранился отчетливо. 15 января 1240 г. Фридрихом II было отдано письменное распоряжение министерству финансов, чтобы купцу из Вены Генриху Бревно (Henrico Baumo de Wienna mercatori) дали немалые преференции. В вывозе через морские порты итальянских владений Фридриха (вплоть до Венеции) немалого количества зерна. Так казна погашала долг торговому человеку. Из тысячи марок, одолженных Генрихом Бревно Фридриху II, половина предназначалась для выплаты послам некоего короля Руси. Бывших при дворе императора в 1237 году (или 1235). Писано так:
«Для покрытия расходов, которые он понес по нашему повелению за послов короля Руси, в то время, когда мы пребывали в Вене».
Расшифровываем. Фридрих II имел прямые контакты с неким русским правителем, в имперской канцелярии ему был присвоен королевский титул. За неизвестные услуги была назначена немалая выплата (500 имперских марок — это очень-очень много). Поскольку казна на тот момент пустовала — император одолжил деньги у одного из богатых венских купцов. Дело было очень срочным.
Потому что Фридрих II дал торгашу (неслыханно!) в качестве гарантий возвращения долга — один из имперских городов в Австрии в «узуфрукт». Это право пользования чужим имуществом с правом присвоения доходов от него. Так купец Бревно вылез на самый верх феодальной лестницы, на время становясь равным… Самым владетельным вассалам Императора. Крепко горело у Фридриха, ой крепко.
Кем мог быть этот «король Руси»? Логично предположить — Даниил Романович Галицкий. Тот еще ураган и авантюрист на границах Южной Руси и Европ. Рубака, вояка, государственный деятель, собиратель земель южных и склонятель их в католичество. Сначала — последовательный противник монголов. Позже — их ярый союзник, участник походов на Польшу. В 1254 году — действительно европейский король, получивший из рук папского легата соответствующий головной убор, в виде короны. О нем подробно поговорим в другой раз.
Но… в 1235-1237 гг… Даниил Галицкий пока никто, волынский удельный драчливый князь на порубежье Польши. В 1240-ом, когда распоряжение императором было дано? Хм, тоже не подходит. То удельный Галицкий князь Даниил Романович, то — безудельный. Королевскому титулу на Руси мог соответствовать только Великий князь Владимирский, Юрий II Всеволодович. За какие-такие услуги хотел ему проплатить германский Император? За уже оказанные или только намеченные? Двинем еще «наперсток».
Третий политический игрок. Юрий II Всеволодович показал себя единственным сильным политическим лидером на Руси, способным мобилизовать Рюриковичей на хоть какие-то осмысленные действия. Как походы на Волжскую Булгарию, например. С точки зрения противостояния папству — был последователен. Посылал войска под Ревель и Венден в помощь эстам, придушил так окончательно Орден Меченосцев. Держал в жесткой узде некрепкий в вере православной — Новгород, грозя постоянно «напоить коня из Волхова».
Когда бардак на Южной Руси достиг невиданных масштабов, вмешался войском против Олега Курского за обладание черниговским столом. Собрал в Суздале съезд князей в 1229 году, урегулировал многие щекотливые вопросы в склочной семейке. Всячески поддерживал своего брата Ярослава в новгородских и псковских землях, особенно — после объявления Папой Римским Григорием IX крестового похода 1232 года. Направленного против новгородцев, успешно отбивавших от шведских католиков земли языческой тогда Финляндии.
Итак, как видится ситуация.
С упорством, достойным другого применения, монголы Субэдея-багатура влезли в лесные дебри Владимиро-Суздальского княжества. Их интересует голова Юрия Всеволодовича, хоть ты тресни. Ловят его долго, настигают на реке Сити. Батый с Субэдеем сидят подле Торжка, на границе земель новгородских. Потом перемещаются к Игнач-Кресту. Ожидают тёмника Бурундая с головой убитого Великого Князя.
Получив нужный результат — убираются восвояси, даже баскаков забыв назначить в «покоренную» северо-восточную Русь. На хозяйстве оставляют брата убитого — Ярослава Всеволодовича, папу Александра Невского, первого обладателя русского «ярлыка на правление» от Монгольской Федерации дружных народов.
Что изменилось со смертью Юрия? Многое. Новгородская и псковская «католические партии» облегченно выдохнули. Ливонский и Тевтонский Ордена крестоносцев получили карт-бланш на «крещение» язычников подле границ новгородских земель. Больше не опасаясь владимиро-суздальских и муромских полков. Сколько еще союзников мог подтянуть этот неглупый князь — бог только ведает.
Дальше. Есть очень любопытная папская булла от 9 декабря 1237 года. Писана главе шведской католической церкви, упсальскому архиепископу Ярлеру. Там была обозначена очень серьезная проблема: некий народец под именем «тавасты» отринул Святое Крещение, возвращается к прежнему «заблуждению». Тем самым:
«Владычество шведское ниспровергается, отчего легко может наступить совершенное падение христианства».
Как рецепт, предложено «поднятие знамени креста против этих отступников». Русь не поминается, но «тавасты» — это шведское название балто-финского племени «емь». Они жили по границам Новгородской республики, веком ранее платили дань вечевикам. На момент написания буллы — новгородцы воевали с ними, князь Ярослав Всеволодович устроил собственный «крестовый поход» против них и корел в 1227 году. Получается, с двух сторон рушился «языческий буфер» между католиками и русскими. Кому выгода?
Теперь короткий промежуточный вывод. Так удачно сложились звезды и исторический неумолимый процесс: Папа Римский (или Фридрих II) оказались в полном выигрыше от нашествия Батыя в 1237 году. Укрепление позиций католичества в этом регионе получило новое дыхание. Устранив возможный объединительный фактор северо-востока Руси в лице Юрия II Всеволодовича, полный разгром и уничтожение его единомышленников — решение «русского вопроса» в регионе Балтики было полным. Следующий шаг Запада тоже был очевиден: нужно держать непонятных «татар» в поле зрения. Выжать максимум полезного из новой политической конфигурации в северных землях Руси.
Сговор Рима и монголов?
Вполне может быть. Во всяком случае, предлагаю рассмотреть такие факты. После смерти Юрия Всеволодовича, исчезновения от границ Новгорода монголов — происходят знаковые события на Балтике. Папский легат Вильгельм Моденский в июне 1238 года благословляет (от имени Папы) подписание мирного договора между королем Дании Вальдемаром II и магистром Ливонского ордена Германом Балке.
Орден уступает Дании три северо-эстонские провинции (Гариэн, Виронию, Ревель), обязуется помогать военным союзом. Датчане отдариваются провинцией Гервен, без права строительства там крепостей. Намечены какие-то приобретения совместные (не пишутся в Договоре) в землях «язычников». Владения договаривающихся сторон должны быть поделены: две трети — Дании, одну треть — крестоносцам.
Вот и выходит — очень интересно всё. Бату-хан не переходит границ новгородских земель (ни в 1237 году, ни позже), экспансия крестоносцев нарастает, заклятые враги региона садятся за стол переговоров. Даже больше — неожиданно для всех заключают военный союз. Хоть и «наперсточно» всё смотрится, но линии «разграничения» очень просматриваются. Новгород, Псков — сфера влияния католичества. Монголам должны отойти милые сердцу кочевника южно-русские земли и венгерская пушта.
Что могли потребовать сообразительные Субэдэй и Батый за услугу на северо-востоке Руси? Открытие «карпатских ворот», например. С гарантиями или обещаниями — там их не встретит объединенное «крестоносное войско» Европ. С Папой Римским или Императором Фридрихом II, на белых конях. Местные католические епархии (Галицко-Волынская, Венгерская и Польская) не устроят истерику, не станут подбивать паству на «последний и решительный бой», пока монголы не решат вопросы степной Восточной Европы в свою пользу.
Проверяем догадки фактами.
Осенью 1240 года монголы подошли к Киеву. Мирные переговоры с князем Михаилом Черниговским сорвались, тот попросту сбежал в Венгрию (в 1246 году Батый припомнит ему этот маневр, казнит показательно). В это же время крестоносцы на Балтике наносят удар по Пскову, до смешного легко им овладевают.
Степная армия вторжения тем временем чувствует себя совершенно спокойно и уверенно. Разделяет силы на корпуса, оперирует на больших расстояниях друг от друга. В начале 1241 года захватывается Галич с Владимиром-Волынским. Потом потрошится Польша, там берут Судомир и Краков. Европа безмолвствует…
Польский король Болеслав бежит, помощи ему никто не оказывает. Настает черед Венгрии. Карпатские перевалы пройдены бескровно, король Бэла IV вопиет о помощи… но это глас в пустыне. Инициативным порядком к нему стекаются рыцарские отряды, гибнет немало честных воинов, графов, герцог даже геройский. Именно в этот момент начинается (весьма кстати для Батыя) лютая свара Папы Римского и Императора Фридриха II. Хм, … за контроль над городами Северной Италии, членами Ломбардской лиги.
Оба «гегемона Европ» не перестают публично обвинять друг друга в потакании монголам, предательстве христианской веры. Повсеместно божатся мамами, вплоть до Богородицы — мол, готовы наступить на горло своим амбициям. Выступить «крестовым походом» супротив «поганых язычников». Но делают это, предварительно смазав лыжи в нети. Один — в Лион, другой — на Сицилию. Монголы согласно кивают и деловито потрошат Венгрию, Хорватию, Чехию, даже случайно выкатываются в предместья Вены — к Клостерноебургу. Извиняются, и… едут в Каракорум. На выборы нового Великого Хана. Театр абсурда.
Вишенка на тортик.
Чтобы не постить длинные сопоставления маршрутов монгол и принадлежности разоряемых земель к различным «европским фракциям», предложу точку зрения польского историка Томаша Ясиньского из университета Познани. Вместе с коллегами он перелопатил абсолютно всю средневековую литературу Европ времен нашествия. Поймал на лжи немало источников, которые в глаза не видывали тумены Батыя. И отметил важную закономерность:
«Не может быть случайностью, что весной 1241 г. главный удар монголов пришелся на сторонников папы, за исключением Баварии, которая только в виду своего географического расположения избежала судьбы Венгрии, Чехии (Моравии) и Польши».
Был это прямой сговор с Фридрихом II или Субэдей-багатур столь прекрасно был осведомлен о тонкостях политики внутри Европ… А вот не знаю. Монголы неведомым нам образом отлично ориентировались в расстановке политических сил. В Хорезме, на Руси, в Восточной и Западной Европе. Подумать, что так удачно сложились звезды, полагаться на удачу, постоянно рвать там, где тонко — простите… Но не верю.
А вот теперь главный вопрос.
Кто именно «заказал» смерть Юрия Всеволодовича на Руси? Открыл шлюзы крестоносного «блицкрига» на Балтику и север Руси, позволил беспрепятственно орудовать монголам в Восточной и частично — Западной Европе?
Если помню верно, товарищ Лев Гумилев тоже подозревал Фридриха II. Якобы тот задумал удовлетворить свои имперские аппетиты за счет разгрома «папской» Венгрии и Польши. Добротно придумано. Балтийская экспансия Тевтонского Ордена ложится, как лыко в строку. У главного Магистра тесная дружба была именно с германским Императором. Не с Папой. Помощи венгерскому Бэле IV не было вовремя оказано. Из-за разногласий Папы и Императора.
Первый поставил обязательным условием объявления Крестового Похода в защиту Венгрии — безусловный переход Бэлы IV в лагерь своих сторонников, публичный разрыв отношений с Императором. Немец же цинично отписался венгру: как решу всё вопросы с Папой в Северной Италии силой оружия — тут же поспешу на подмогу. Всей имперской армией. Даже сына прихвачу. А монголы тем временем… Уже устали рыцарей гонять и резать. Под каменными замками и монастырями торчать. Очень жалея, что осадный корпус оставили подле карпатских перевалов…
Чем сыр-бор закончился — общеизвестно. Всё развернулось причудливым образом. Христианская Европа по-разному стала смотреть на монголов. Священная Римская Империя, союзная ей Никейская в Малой Азии — очень плотно задружили с ними. Последняя участвовала активно в «Желтом крестовом походе» против мусульман. Не поддержанная другими крестоносцами «папских» королевств Ближнего Востока. Русь тоже сделала свой выбор, расколовшись пополам сначала. Не глубоко и бескровно.
Великий князь Владимирский Ярослав Всеволодович иже с ним — первыми присягнули Батыю. Южнорусские князья во главе с Даниилом Галицким, послушав сладкие песни сирен ватиканских, — сначала решили побарахтаться. Повоевать с монголами. Осознав, что помощь исключительно моральная, — склонили шеи перед нарождающейся Золотой Ордой. Плечом к плечу стали воевать с захватчиками. В интересах новой Федерации. Против Европ.
-
Канал немало посвящает материалов, которые так или иначе пытаются разобраться в сложнейшем вопросе: какое христианство Русь вообще исповедовала. До князя Владимира, который якобы ее окрестил. Во времена его самого. До и после монгольского нашествия. Тема большая — поэтому (помолясь каждый своему идолу, ага) начнем распутывать тугие узлы религиозные.
Внимательно анализирую комментарии под статьями о периоде становления Руси. В вопросах Веры читатели совершенно определенно разделились на два лагеря. Первые уверены: до Владимира Святославича общины христианские были несторианского толка. Их оппоненты настаивают — это были ариане. Никакого греческого духа на берегах Днепра не было очень долго. С последним утверждением абсолютно согласен. Итак, в пыточные застенки первыми спустятся…
Ариане.
Это приверженцы теологического учения христианства поздней Римской Империи. Автор (что неверно, он лишь последователь) — александрийский священник Арий. Главная ересь, по мнению канонической Церкви, заключается в неприятии главного догмата: единосущности Бога-Сына с Богом-Отцом. По учению ариан, Сын Божий (Христос) — творение Бога, подчинен ему и является всего лишь посредником между Богом и людьми. Борьба ортодоксов с арианами была долгой, в 320 году Арий был осуждён Александрийским собором. Но приобрёл очень много последователей, особенно на Востоке. С началом гонений их число росло лавинообразно. Особенно вне юрисдикции Рима.
Демонстративными признаками вероучения ариан стали: непризнание Иисуса — Богом, он был лишь первым из равных, посредником. Само собой, отвергали идею о троичности Бога. Были уверены, Иисус не существовал «всегда», а был сотворен из небытия. Отсюда и главный догмат Символа Веры ариан — Сын не может быть равен Отцу-Богу, он «не единосущ, а подобосущ».
Ариане очень мешали крепнущему Риму. Если простецким языком объяснить этот сложный вопрос: отцы молодой христианской церкви всеми силами пытались уйти от прежних культов. Греческих и римских. С их эллинским политеизмом. Сделать Веру абсолютно новым, ни на что не похожим конструктом. Идея Троицы (с равнозначностью Отца, Сына, Духа) дистанцировала Рим и потом Константинополь от строго монотеистичных иудеохристианских течений, столь популярных в Антиохии, Иерусалиме и Александрии. Не только в обрядах и догматике, но и новой философии. Вот такая знатная дурь вышла…
Какое христианство проникало на древнюю Русь?
Во-первых, северное и римское. Оно было замечено уже у варягов с южного берега Балтики в IX веке. В 983 года великое Славянское Восстание лютичей и бодричей смело на некоторое время немецких миссионеров и епископов юга Германии, обозначив на 200 последующих лет позицию племенных славянских союзов в вопросах веры. Но знать неспешно крестилась, пытаясь породниться династическими браками с «Европами Христа».
В ныне эстонских землях (Роталия) христианство тоже появилось, но мирно. Самое интересное — общины здесь создавали выходцы-миссионеры с берегов Дона. На южных границах Руси в 932 г. появляется Аланская епархия, что говорит прямо — какая-то часть этого народа обращено в новую веру.
В Киеве строится Ильинская церковь. Сам по себе этот факт говорит — не для купцов-путешественников воздвигнуто культовое сооружение, существует городская община. По всем многочисленным литературным признакам в описаниях и археологическим находкам (крестики и их форма) — она была основана выходцами из Великой Моравии в середине X века. Которые к юрисдикции Рима в вопросах веры относились едва ли не агрессивно.
И вот наступает Год Крещения Руси, 998 РХ.
Перенесемся в «маму городов русских», стольный Киев. Послушаем князя Владимира. Как он эту авантюру обосновывал? Махровый язычник, обладатель огромного гарема, буян и экспериментатор культовый. Собрал всех достойных мужей, варягов, русь дружинную, купцов именитых, «бояр»-племенных славянских вождей и … Что он мог сказать этому языческому и христианскому (не по каноническому обряду крещенному) люду, вот интересно…
— «Завтра берем жен, наложниц, дворовых и родню до того колена, которая жива еще. Оснащаем всех полотенцами, встречаемся на берегу Днепра. На рассвете. Да-да, именно на том пляжике, что левее Перуна, ага. Подъедут серьезные люди с царьградскими паспортинами, будут всех купать. Тексты в княжей канцелярии получите. Там прописано, что голосить будете.
Мол, отказываюсь от памяти своих предков, веры вековой «поганой», принимаю басурманское вероисповедание от клятых шалунов-ромеев, которым рыло чистим безостановочно. А кто не придет — не друг мне больше! Хватит прозябать в стороне от исторического неумолимого процесса, перед людьми европскими стыдно за такие пережитки темного прошлого!»
Комизм ситуации очевиден. Как и смешон факт принуждения (силой оружия?) к массовым купаниям населения, которое к князюшкам относится… мягко говоря, с открытым скептицизмом. Не боится слово поперек молвить, иной раз и побуянить готово. Поэтому в пляжные походы гуртом — верится очень трудно, только по приговору церковного суда.
Год Крещения, допустим, — условен. Потому что нигде, кроме «Повести временной», не зафиксирован. Ах да, есть же византийская хроника «Анонима Бандури» и «Ватиканская хроника». С последней всё понятно, она датируется XIV веком. Представляет собой греческий перевод из нашей «Повести Временных лет». А «Аноним Бандури» — просто сообщает об изобретении славянской азбуки «Кириллом и Афанасием».
То есть, знаковое и великое событие для всего христианского мира — обращение в Веру немаленького куска Евразии, пусть даже стольного города сильного языческого государства — нигде не отразилось. Даже в церковных документах. Утеряны? Ладно, пусть… Но есть вопросы к той литературе, которая не завалилась под стол. К крещению самого князя Владимира.
Само собой, по стечению обстоятельств, византийские летописи и хроники про этот знаковый факт — ни гу-гу. Молчат. Не знают или демонстративно не замечают? Он вообще странная личность, Владимир свет Святославич. Его даже впоследствии сама Русская Православная церковь потеряла. Не имеет даже летописного обрывка о возведении Крестителя — в Святые.
Хотя вопрос этот принципиальный. Такие церковные канонические акты не могут потеряться, они рассылаются по всем епархиям, с приказом оповестить паству, клир, назначить День поминания. С перечнем богоугодных свершений почитаемого организма. Владимир стал Святым на Руси … в Новгороде. После Невской битвы и победы Александра Ярославича над шведами, бают. То есть поместно. Общецерковное признание состоялось только в после 1448 года. Как русская церковь стала автокефальной, независимой от Константинополя.
А если посмотреть… за что именно якобы Креститель удостоился такой чести. То получается почти анекдот. Канонизация состоялась явочным порядком, по совокупности заслуг и трудов. Почему так? Константинополь упёрся, самое простое объяснение. А отчего, ведь заслуга великая перед миром христианским была вроде. Но нет, греками-патриархами и митрополитами Киевскими он демонстративно не замечаем.
Ищем причину.
Она вполне может оказаться на самой поверхности. Настойчиво предлагается исследователями вопроса одна цитата из летописи. Считается: по недосмотру была пропущена редактором в описании крещения князя Владимира. По ходу обряда он произносит перед пресвитерами Символ Веры. Как своеобразную клятву, краеугольный камень христианского Таинства:
«Сын же подобосущен Отцу и безначален, только рождением отличаясь от Отца и Духа».
«Подобосущность Христа» — это один главнейший догмат арианства, вообще-то. Где «Сын» не единосущен богу, а лишь подобосущен ему. Понятное дело, такую ересь Владимир не мог произнести перед греческим священником. Только перед представителем арианской церкви. Ладно, пусть это диверсия или ошибка какая. Еще возьмем в анализ кое-что. Место крещения, якобы Корсунь.
Местечко зело интересное. Тут пасутся ещё с IV века самые разные проповедники, много разных общин, даже епископы прописываются. В IX веке святой Кирилл обнаружил там странное Священное Писание. Буквы в нем были не греческие, не латинские. А некие «русские письмена». Что это была за филологическая загадка — канал уже думал. Чуть ниже — подробнее продолжим.
Но не латынь, не греческий, не иудейское письмо. Книжка в любом случае — еретическая, в понимании канонических Церквей. Накинем постоянные гонения на Мефодия, обвинения в арианстве. Потом… странное смирение братьев перед Римом. И навязывание «новой азбуки» славянам. Для чего, интересно. Если и так писать-читать умели. Имели Святое писание на каком-то своем языке.
Ответ очевиден. Беллетристики тогда не было. Романов эротических — тоже. Всё, что карябалось на драгоценных пергаментах, — имело религиозную направленность. Кто владеет грамотой, тот и читает «правильные тексты» священные.
Такое вот местечко, Корсунь. Парадокс нарисовался и некое понимание ситуации. Если Владимир принял крещение от арианского священника, тогда поэтому ромеи не признали его факт? Вполне. Звенящая пустота в их документах становится понятна. И Киевские митрополиты (уже греческого разлива) в глаза не видели Крестителя. Именно по этой же причине.
А вот его бабку — Государыню Ольгу (в крещении — греческое имя Елена) очень даже уважали. Святая равноапостольная Княгиня считается просветительницей. Первой христианкой. Что особенно важно — именно с ее именем связано особое почитание Пресвятой Троицы. Тот самый принципиальный момент, в корне отличающий арианство от греческого и римского канона. Здесь политика церковная тоже видна: вместе со своими таврическими или болгарскими корнями, она принесла на Русь «правильный» Символ Веры. За это — особый почет, титул «просветительницы».
Теперь сама Русь.
И ее Церковь. Если строго следовать принципам внутренней организации этого института — как только христиане цеплялись за какую-то территорию, непременно заводили контрольно-окормляющий орган. Основывали митрополии, при больших геополитических удачах. Так вот, древнейший летописный Свод сообщает под 1039 годом: в Киеве устанавливается кафедра митрополита только в 1037-ом. Грек Феопемпт туда назначен.
То есть, половина века Русь обходилась без главного попа. После появления первых назначенцев из Константинополя, они начинают яростно переосвящать уже имеющиеся храмы, как после «осквернения еретиками».
Кто был до них? Отчетливый персонаж есть. Условный первый глава русской церкви — Анастас Корсунянин. Тот еще авантюрист. Не пойми кто. Не был даже епископом. На что такое похоже? На ирландскую церковную традицию раннего средневековья. На моравскую, полабскую, русинскую. Частично — начальную австрийскую. В этом конструкте аббат монастыря или главного храма — стоит выше любых епископов. В том же Новгороде в 30-х годах XI столетия церковь возглавлял некий Ефрем, просто Ефрем. Без сана епископа обходился.
Первый славянин, митрополит Киевский Илларион, тоже странность загадочная. Был назначен в 1051 году князем Ярославом Владимировичем (!) на эту должность. Хотя не имел сана епископа, пресвитер обычный. Такое возможно в канонических церквях? Признак арианства очевидный. Товарищи очень поверхностно относились к «вертикали» внутрицерковной. Могли выбирать себе епископов сами. Но чаще обходились без них.
Серьезные успехи арианства
вдалеке от Рима и Константинополя объясняются просто. Эта версия христианства была понятнее и доступнее язычникам. Как там с ненавистью шипели ортодоксы из папской курии? «Они предлагают пастве большого Бога и маленького, как Сына его». Невдомек что ли было, что именно так был устроен мир. Облегчало понимание новой веры бывшему язычнику. Переход к новому совершался органично, без разрыва шаблона о мироустройстве.
Но главный фактор популярности арианства — мирная общинность. Никаких «десятин», «силовой поддержки» проповедников, дорогостоящей управляющей структуры. Выживание этих островков христианства было абсолютно не затратно, не привлекало внимание ярых поклонников других культов. Влиятельной жреческой касте язычников ариане не мозолили глаза, те не видели в них конкурентов.
Не буду перечислять десятки церковных источников, чтобы Читатель осознал, насколько эта «ересь» поперек горла стояла каноническим Церквям. И на Руси особенно. Когда князья и прочая знать стали приобщаться к пышному имперскому варианту христианства, простой люд в своих общинах оставался далёк от «греческого» канона. Это не могли изжить константинопольские назначенцы вплоть до реформ Никона. Последний московский Великий Князь Иван Грозный, судя по исследованиям богословов, — не то явным арианином был. Не то — маскировался хитро, не поймешь.
Как изживали арианство.
С трудом великим, изощренно. Уверен, долгое время на Руси жили два течения: греческое и еретическое (в двух ипостасях — арианство и несторианство). Города и знать ходили в Соборы, слушали «официальных» священников. Остальной люд спокойно исповедовал самые различные языческие культы, постепенно вливаясь в мирные арианские общины. Которые относились к «поганым» более чем спокойно, по-христиански. С пониманием и уважением, как писано в Священных текстах.
Слишком ретивых епископов «греческого разлива» прогоняли, убивали. Чаще — не замечали, с угрозой намекая: «Не лезь, опасно».
А митрополиты Киевские были вынуждены, скрипя зубом, с такой ситуацией мириться. Даже назначать в славянскую глушь тех, кто может там выжить. Кто был одобрен аринскими общинами за кроткий нрав и попустительство к их «еретичеству». Князьям жаловаться на такое — невместно. Да и не поймут. Платят иногда в «полюдье» положенное — и бог с ним. А какой он — дело десятое. Сами полу-язычники поголовно, эти самые Рюриковичи с боярами…
О неграмотных славянах.
Вернемся в 861 год, когда Константин Философ обнаружил в Крыму евангелие и псалтырь, написанные «русскими письменами». Поговорив с носителем этого языка — понял его. Сходу начал расшифровывать письмена. Поскольку читал Священное Писание, процесс кратно ускорился. Ученый монах знал наизусть греческий и латинский варианты. Это хорошо известно.
А вот дальше начинается интрига. Как там академическая наука (по согласованию с не менее академической церковью) говорит: это ошибка летописная. Не «русскими письменами» было писано, а «руосскими». Книги эти привезли в Крым — с Востока.
Сомнительно. Византийцы прекрасно знали письменность всех окружающих народов. Тем более, если они входили в сферу интересов Империи. Незнакомым могло быть что? Очень удаленные от границ территории. С которыми напрямую не торговали, государственных дел не имели. Явно это не Ближний Восток, Малая Азия, Крым, Северный Кавказ, Поволжье, Балканы, Южная Русь. Там взаимное культурное проникновение — в полный рост.
А вот письменность Южной Балтики, русского Полабья и Поморья — вполне могла быть неизвестна ромейским грамотеям. Но язык близкий в понимании, славянский. На слух. Вот и пришлось Кириллу читать «еретическое» Священное Писание. Арианское или несторианское (не исключаю). Изучать сначала «русскую азбуку» первоисточника. Потом придумывать «глаголицу», якобы первый «русский алфавит».
Это очень грамотно использовали греки. Чтобы лишить Русь и другие славянские народы первоисточника Священного Писания, на их языках, — стали вводить новый, вовремя изобретенный. Чтобы уже на нем учить миссионеров и проповедников. Делать правильные канонические переводы с латинских и греческих текстов. Процесс долгий и муторный. С мечом не придешь, всего не сожжешь в своеобразной общинной стране. Но сработало же…
Выводы какие?
Простые. Не верю, что славяне нуждались в «изобретении» для них алфавита. Это манипуляция. Исключительно церковная. Изжить «ереси» арианства (и несторианства) можно было пропагандой внутри «цивилизованного мира», побуждением к большей миссионерской деятельности. Байка о бесписьменности славянского народа этому помогала, побуждала к проповедническому подвигу. А как слово Божие нести таким варварам, греческого и латыни не разумеющим?
Заменить местные христианские верования можно только последовательным внедрением в их культурную среду канонических текстов. Другой богослужебной литературы. До Руси с этим столкнулись Балканы и Кавказ, когда Рим всерьез озаботился их «неправильным христианством», принесенным готами. Абхазов тоже объявили «неграмотными», хотя писали они уверенно почти целое тысячелетие.
Но шайтан с этими греками… Вопрос в другом — насколько глубоко арианство сидело в землях Руси? Поскольку цикл статей идет о монгольском нашествии, тут интересные вещи просматриваются. Ведь к нам в 1237 году припожаловали в составе армий вторжения… и другие еретики. Многочисленные несториане. Как могло дело быть, почему Русь так странно «завоевывалась» — читаем следом.