Битва на Калке: что было главной ошибкой русских князей
В 1222 году монгольские орды под предводительством Джэбэ и Субэдэя начали военную кампанию против государства аланов, живших на Северном Кавказе. Перед этим монголы ловко отвратили от союза с аланами половцев. Разбив аланов, монголо-татары в том же году обрушились и на половцев, причём зазимовали в их же кочевьях между Доном и Днепром.
Русско-половецкий союз
Между половцами и Русью, несмотря на давний антагонизм, развивались также и дружественные отношения. Многие половецкие ханы принимали православие, многие русские князья женились на ханских дочерях. Одним из таких породнившихся с половцами князей был в ту пору великий князь киевский и галицкий Мстислав Мстиславович по прозвищу Удатной (т.е. удачливый, успешный). К нему, своему зятю, обратился половецкий хан Котян с просьбой о помощи против татар. Котян подкрепил свою просьбу богатыми дарами и «политологическим» прогнозом: если русские сейчас не помогут, то татары сегодня отберут землю у половцев, а завтра и у русских.
Князь Мстислав обратился ко многим русским князьям содействовать ему в предприятии против монголов. Многие откликнулись, но многие остались в стороне. Характерно, что в итоге это оказалось предприятием почти исключительно южнорусских князей, владевших землями на территории нынешней Украины. Сильнейший из них – владимиро-суздальский Юрий Всеволодович – вроде бы откликнулся, но не пошёл сам, а отправил дружину во главе со своим племянником Василием Константиновичем (летопись называет его уменьшительно Васильком). Суздальская дружина не торопилась на сбор князей и в результате опоздала. Характерны комментарии об этом Лаврентьевской, Тверской и других северорусских летописей: описав разгром русского войска, они радуются, что Василька Константиновича сохранил Бог… Зимой 1237/38 гг. Василько всё равно погиб от рук татар: был взят в плен и замучен. Неизвестно, было бы такое, и чем вообще закончилась бы битва на Калке, если бы он не мешкал.
Итак, превентивный поход князей на монголов не стал общерусским предприятием. Тем не менее, это была такая рать, в которой, с начала раздробленности Руси, приняло участие невиданное ранее число русских земель и князей. Общая численность войска оценивается тысяч в 40-50. К русским примкнули половцы. Силы союзных армий превышали численность монголов, коих было тысяч 20-30. Русские князья имели все основания рассчитывать на победу. Правда, они понятия не имели, с каким противником столкнулись.
Поражение и гибель князей
Ход военной кампании описывается в источниках довольно согласованно. Рать собралась на Варяжском острове на Днепре напротив устья реки Трубеж. Отсюда русские двинулись в ладьях вниз по Днепру, немного выше устья совершили переправу на левый берег, высадились в степи, и столкнувшись с передовым отрядом монголов, разбили его наголову. К русским примкнули половцы. Союзное войско двинулось дальше на восток, в степи, и разбило ещё один отряд монголо-татар. По поводу первых стычек историки высказывают предположения, что это была обычная для монголов тактика заманивания противника.
После второго столкновения мнения князей разделились: одни предлагали переправиться на восточный берег Калки, другие – обосноваться на западном берегу и ждать, пока монголы сами не станут искать битвы. В итоге князья стали действовать каждый по собственному усмотрению. Фактически русские были разбиты по частям.
Летописи приписывают основную вину в поражении малодушному поведению половцев, которые бежали от первого удара монголов и привели союзное войско в панику. А окончательное фиаско считают следствием предательства некоего русского бродника именем Плоскиня, обещавшего князьям, засевшим в полевом укреплении (гуляй-городе), безопасность, если те сдадутся. Как гласит широко известная легенда, татары положили на связанных пленённых князей доски, покрыв их сверху коврами, и сели праздновать победу. Пленные были задавлены тяжестью тел пирующих.
Из 21 князя, участвовавшего в походе, домой вернулись лишь девять. По известиям летописей, с берегов Калки пришла едва десятая часть русской рати. После своей победы (31 мая 1223 года) татары прошлись огнём и мечом по южным окраинам Киевского и Переяславского княжеств, после чего растворились в степи, как будто их и не было.
На Руси не поняли значения этого поражения. Приход монголов в 1237-1240 гг. с решительной целью окончательно подчинить себе Русь застал русских врасплох.
А было ли убийство?
Летопись сообщает о предыстории битвы на Калке такую подробность, которая изображает русских князей далеко не в лучшем свете по своим человеческим качествам. Когда князья достигли низовьев Днепра и собирались высадиться в степь, к ним явились парламентёры от монголов. Уверяя, что не имеют враждебных замыслов против Руси и воюют только с половцами, которые сами причинили много зла Руси, монгольские послы призвали русских повернуть назад. Те пренебрегли священным у всех народов правом дипломатической неприкосновенности и убили монгольских послов. Характерно, что летопись не пытается взвалить вину за этот поступок на половцев.
Понятно недоверие князей к заверениям монголов об их миролюбии (они уже знали, что точно такими же словами монголы побудили половцев оставить их союзников аланов, а потом поодиночке разбили тех и других), но зачем же было ещё и убивать послов? Однозначного ответа не существует, только догадки.
Можно предположить, что князья рассматривали парламентёров как лазутчиков, которые должны были разведать численность русского войска и его устройство и сообщить об этом в монгольский лагерь. Если так, то на Руси, очевидно, не понимали, как хорошо поставлена разведка в монгольском войске. О силах и передвижениях князей монголам было известно от рассеянных по степи наблюдателей – недаром монголы безошибочно прислали своих парламентёров именно туда, где находилось русское войско.
Характерно, что монголов не устрашила свирепость русских князей, и они прислали второе посольство. Оно объявило, что знает о судьбе первых послов и таким образом исход противоборства между русскими и монголами передаётся на суд высших сил. Этих послов князья уже не тронули.
В рассказе об умерщвлении послов есть явная параллель с древним мифом о персидских послах, убитых по приказу спартанского царя Леонида. После этого, как известно, 300 спартанцев пали в битве у Фермопильского прохода. Возможно, история с убийством послов должна была, с точки зрения церковного летописца, показать закономерность последующего поражения русских, как суда Божия за нарушение законов божеских и человеческих.