Жить или выживать: география малых городов России
Больше половины российских городов имеет население менее 50 тысяч человек. Здесь ближе традиции и дальше государство, безопаснее среда, но хуже медицина. О том, какими разными бывают малые города и что у них общего, на что они живут и какие экономические и социальные перспективы имеют, рассказывает географ Мария Гунько в пятом выпуске подкаста Terra Cognita, подготовленном при поддержке Русского географического общества.
Россия — страна малых городов. В РФ больше 1100 городов, из них 70 процентов это города с населением меньше 50 тысяч человек. Малые города — это каркас системы расселения в России, хотя в них проживает только 20 процентов населения страны. Крупные города по всему миру имеют много общего: в каждом есть «Макдональдс», «Старбакс». А малые города очень разные.
Есть наукограды — в основном вокруг крупных городов, где сконцентрирован главный интеллектуальный потенциал страны. Есть энергетические центры, атомграды — это квазинаучная среда с большим уклоном в промышленность. Есть ЗАТО (закрытые территориальные единицы), где расположены объекты под государственной тайной — предприятия атомной, военной, химической промышленности — в этих городах специальный пропускной режим. Есть классические промышленные центры, в том числе моногорода. В них все зависит от одного предприятия, которое определяет и занятость, и культурную и социальную повестку. Есть туристические центры, где сохранились российское историческое и культурное наследие, архитектура русской идентичности — это, например, Плёс, Мышкин, Суздаль. Есть города — логиститические центры (порты, транспортные узлы). От специализации зависит и облик города, и образ жизни в нем.
Общая проблема малых городов — почти все они недофинансированы. Большая часть налогов уходит в федерацию, а потом в виде субсидий, трансфертов, дотаций может частично возвращаться в муниципальный бюджет. В результате у малых городов нет финансовой и управленческой автономии. Даже если в городе хорошо с экономикой, бюджет может быть дотационным.
Другая общая проблема — стигма того, что в малых городах «жизни нет». Принято считать, что здесь не найти работу, низкая зарплата, нехватка досуга, невозможно построить карьеру. Во многом это мифы, но это мнение разделяют даже сами жители малых городов. Многие молодые люди уезжают учиться и не возвращаются.
При этом в малых городах намного легче начать свой бизнес. Здесь ниже конкуренция, меньше арендная ставка, легче масштабирование и больше узнаваемость — даже маленькая инициатива иногда становится федеральной повесткой. Кажется, мелочь, а вот уже вся страна следит за появлением «ЛавкиЛавки» в Териберке, фестивалем крапивы в Крапивне, театром в Боровичах, и города становятся привлекательными для туристов.
Однако туристический поток и развитие городского бренда — это не только источник финансов, но и рост рисков. Человеческий ресурс ограничен, и если куда-то прибыло, то откуда-то убыло. Кроме того, брендирование города может приводить к расслоению населения, порой в гротескных формах. Ярким примером может быть Плёс, где коренное население оказалось вытеснено на бедные окраины, а исторический центр заселили приезжие. Вместе с брендом в город пришли шум, грязь и экспроприация пространства.
Ориентироваться на внешний приток людей нужно не всегда. Малый город вполне может обойтись сам, если в нем есть несколько крупных и средних предприятий, которые обеспечивают основную часть жителей рабочими местами и достойными зарплатами. Если у людей есть деньги, они готовы их тратить, значит в городе будет развит малый бизнес, появится сфера услуг.
При всем этом мы толком не понимаем, чем живут многие малые города. По официальным данным мы вообще не знаем, чем занято 40 процентов населения России: Росстат дает статистику по зарплатам на крупных и средних предприятиях. Нет данных по доходам работников малых предприятий, про индивидуальных предпринимателей и самозанятых. Кроме того, у России мощный теневой сектор, так называемая неформальная экономика. По визуальным признакам доходы в малых городах в среднем ниже, чем в крупных, но и расходы меньше. Чтобы понять разницу, надо оценивать именно расходы — а это еще сложнее, чем оценивать доходы.
Очевидный разрыв между малыми и крупными городами — в сфере услуг, особенно в области здравоохранения. Современный тренд — так называемая неолиберальная рациональность: часть услуг обеспечивается государством, но большая часть расходов перекладывается на пациента. Происходит иерархизация всей сферы. Медучреждения, койки дневных стационаров концентрируются в крупных городах. В небольших населенных пунктах закрываются первичные медицинские учреждения, на многих территориях остаются только районные больницы. Определенные специалисты доступны лишь в региональных центрах, некоторые — только в столицах. Вся система должна обеспечиваться маршрутизацией, а для нее нужна хорошая инфраструктура. Некоторые женщины из малых городов едут рожать в региональные центры, иногда за два месяца до родов, поскольку дороги есть не всегда. В ряде населенных пунктов нет доступа к скорой помощи.
На помощь с этими проблемами часто приходит та самая теневая сфера. Люди обходятся услугами врача на пенсии, соседской медсестры, идут к шаману — или просто не обращаются за помощью. При этом многие изолированные сообщества не хотят, чтобы к ним приходило государство. Некоторые удаленные города можно описать принципами, характерными для безгосударственных сообществ.
В широком смысле, за исключением небольших изолированных сообществ, мы все глубоко связаны между собой — это описывается понятием планетарной урбанизации. Нас соединяют потоки товаров и услуг. В дальнейшем граница между отдельными населенными пунктами будет размываться все больше. Многие малые города теряют население и, по-видимому, будут оставлены полностью — прежде всего, это касается северных регионов, территорий с исчерпаемыми природными ресурсами.
Более перспективны малые города вокруг крупных центров — здесь люди получают доступность и безопасность среды при сохранении всех благ большого города. Будет происходить плавное перетекание крупного города в малый в ходе так называемой миграции в пределах жизненного цикла человека (life cycle migration), когда переезд из большого города в малый связан с новыми этапами жизни: появлением семьи, выходом на пенсию.