Есть работа! Найти себя на рынке труда реально даже в пандемию
Первым делом коронавирус в российских регионах многих лишил привычного рабочего места.
Весной и летом 2020 года только и слышно было, как что-то закрывают и банкротят. А что сейчас? Оказалось, показатели рынка труда во многих областях выправляются, а истории разных людей подтверждают: наша жизнь - в наших руках!
Всё к лучшему
Наталья Пахомова из Нижнего Новгорода в начале 2020 года стала работать в магазине цветов, за счёт службы занятости выучившись на флориста. Получалось хорошо...
Но началась пандемия, и продажи резко упали. Хозяйка салона решила бизнес закрыть. Итог – долгих полгода без работы. «В дорогих цветочных салонах мне отказывали из-за скромного опыта, – вспоминает Наталья. – Пыталась получить социальную выплату, которая положена тем, кто в поиске работы, но мне отказали. Выяснилось: раз у мужа зарплата 30 тыс. руб., малоимущими мы не считаемся».
А когда самоизоляцию отменили, дела у Натальи пошли в гору. В торговых центрах у дома открылись сразу три точки по продаже цветов. В одной из них Наталья сейчас работает. Найти работу по первой специальности (руководителем отдела закупок одежды в крупной фирме) она и не пытается.
Елена Кузнецова из Рязани тоже лишилась привычного рабочего места – много лет она работала маляром, её всё устраивало. Но в марте 2020 года заказы сократились, а фирма, где трудилась Елена, закрылась. Потеря работы для матери-одиночки стала трагедией.
Выход нашёлся – встав на учёт на биржу, Елена обучилась на бухгалтерских курсах и сейчас трудится в небольшой фирме вторым бухгалтером.
«Конечно, как опытный маляр я зарабатывала до 40 тыс. руб., сейчас – меньше, но я же только начинающий специалист, – делится Елена. – Честно говоря, давно задумывалась о смене профессии – тяжеловато было дышать красками. И сама вряд ли решилась бы... »
Искусство ждать
Летом прошлого года Елене Кольцовой из Ярославля удалось получить работу, на которую она безуспешно пыталась попасть несколько лет. Ещё в 2017 году Елена направила резюме в энергокомпанию. Компания большая, зарплаты там значительно выше средней по региону.
«Я претендовала на должность помощника руководителя или специалиста по связям с общественностью, – рассказала Елена. – Регулярно звонила в отдел кадров – вакансий не было. Думала, так и останусь в небольшой фирме с низкой зарплатой».
Но не было бы счастья, да несчастье помогло. Весной 2020 года компании, куда стремилась попасть Елена, из-за кризиса снизили оклады. Зарплаты всё равно остались приличными, но, видимо, были уже не так хороши для тех, кто там годами работал. На одно из освободившихся мест позвали Елену.
«Я даже не сразу поверила. Но уже через неделю вышла на работу помощником заместителя директора, – рассказывает девушка. – Первое время было сложно. Сейчас втянулась, и мне всё нравится. Всё реально, если поставить цель».
Большие возможности
Трудные времена открывают большие возможности. К такому выводу пришёл житель Владимира Михаил Кудряшов.
««Локдаун» вдребезги разбил привычный уклад моей жизни, – вспоминает Михаил. – Я несколько лет подряд работал барменом в московском ресторане. Но в разгар пандемии он на несколько месяцев закрылся и для посетителей, и для персонала. Оплачивать аренду столичной квартиры мне стало нечем. Вернулся во Владимир и начал искать работу...»
Как ни странно, на это не потребовалось много времени. Резюме Михаила заинтересовало риелторскую фирму. Навыки коммуникации, полученные за барной стойкой, оказались кстати.
«В «коронакризис» москвичи стали массово скупать загородные дома в нашей области. Недвижимость в Суздале и его окрестностях мы продавали с бешеной наценкой. Уходили даже объекты, которые раньше годами не покупали из-за высокой цены. Сейчас ажиотаж спал, но зарабатываю я по-прежнему больше, чем некогда в Москве. Главное – не бояться пробовать себя в новых амплуа», – говорит Михаил.
Кстати, по информации директора областного департамента занятости Ярославской области Лауры Зудиной, сейчас в банке вакансий органов службы занятости есть 10,5 тыс. предложений, 65% из них относится к рабочим профессиям. Наибольшую потребность в кадрах испытывают организации здравоохранения и обрабатывающие производства. Наименьшая потребность в специалистах – в отраслях торговли, финансовой деятельности, строительства.
О больших количествах вакансий заявляют службы занятости во всех регионах, и сферы поиска сотрудников примерно одни и те же. Кадровый портал hh.ru в отношении, например, Нижегородской области заявляет ещё и о сверхспросе на медиков – инфекционистов стали искать в шесть раз чаще, чем до пандемии, пульмонологов – в пять, и зарплаты предлагают на уровне руководителей бизнеса, но в большинстве случаев обязателен переезд в Москву или Московскую область.
Не готовы рисковать
Работа есть, но надо изменить подход к её поиску.
«Количество вакансий сейчас значительно выше, чем в середине и конце 2020 года, - говорит Наталья Царёва, директор кадрового агентства (Нижний Новгород). - Причём их много даже в таких стагнирующих отраслях, как, например, в строительстве.
Но это не значит, что трудоустроиться стало легче. У большинства работодателей значительно выросли требования к кандидатам. Например, они требуют, чтобы опыт работы у специалиста был от трёх лет. Учить человека и ждать, пока тот наберётся опыта за счёт организации, боссы больше не готовы.
Подвох в том, что это закрывает для выпускников по профильной специальности вход на рынок труда. В итоге молодёжь вынуждена рассматривать вакансии в сфере продаж – они есть.
Ещё одна примета времени: значительно выросло количество уровней собеседований. Работодатель боится ошибиться и перестраховывается как может.
Сейчас очень сложно найти рабочее место руководителям высшего звена. Из-за пандемии большинство компаний в стрессе, а приход нового начальника всегда влечёт за собой перемены – команды, стратегии развития и так далее. Работодатели пока сыты переменами .
Кроме того, теперь меньше людей готовы переезжать ради работы в другие города – это дополнительные риски. Тем не менее, в начале 2021-го место найти легче, чем в 2019 и 2020 годах. Однако нужно знать нюансы рынка труда и менять подход к поиску работы».
Языком цифр. Выходим из пике?
В 2020 году в Нижегородской области росла численность официально зарегистрированных безработных граждан. Это началось в апреле и продолжалось весь II и III кварталы. Уровень регистрируемой безработицы в Нижегородской области увеличился с начала 2020 года с 0,4% до 3,6% на пике пандемии. К 19 января 2021 года он составил 3,1% экономически активного населения, численность зарегистрированных безработных в регионе – 54,8 тыс. чел. Пик числа безработных пришёлся на сентябрь 2020 года (63,3 тыс. чел.). С начала октября прошлого года показатель уменьшается.
Регистрируемая безработица в Ярославской области – на уровне 2% (13 тыс. человек), сообщила в середине января пресс-служба регионального правительства. На 1 июля 2020 года безработица составляла 4,4% (28,5 тыс. чел.). За I полугодие 2020 года число ярославцев, потерявших работу, увеличилось в 3,7 раза. Пик был в августе – 4,8% безработных (более 30 тыс.). Затем цифры начали снижаться и вернулись к уровню до пандемии.
В Рязанской области на 1 января 2020 года уровень регистрируемой безработицы составил 0,6% (3,5 тыс. человек). К 1 июля 2020 года показатель вырос до 2,6% (13,6 тыс. человек), к 31 декабря 2020 года безработица достигла 2,8% (14,9 тыс. человек).
По данным департамента по труду и социальной защите населения Костромской области, в начале 2020 года этот показатель был на уровне 0,7% (2272 человека), в июле – 4,9% (более 15 тыс.). Максимума безработица достигла в сентябре – 5,5% (18 080 человек). В декабре 2020 года уровень регистрируемой безработицы в регионе снизился до 4,5% (14 тыс. человек).
По сравнению с 2019-м в 2020-м «коронавирусном» году число безработных во Владимирской области выросло в 4,6 раза. По данным департамента по труду и занятости региона, число безработных в марте 2020 года было 6852 человека, в июне цифра более чем утроилось, превысив 20 тыс., а в октябре стала рекордной – более 31 тыс. человек (3,4%). В декабре прошлого года ситуация всё же улучшилась: официально насчитывали уже около 26 тыс. безработных.