Китайская стена
(Материал опубликован в журнале CRE )
Текст: Влад Лория
По данным Всемирной туристской организации UNWTO, к 2030 году число туристов по всему миру превысит 1,8 млрд человек. При этом Китай считается самым быстрорастущим туристическим рынком в мире и будет играть ключевую роль в развитии туристического сектора: в 2018 году Россию посетили 4,2 млн иностранных туристов, из них, по данным «Мира без границ», 1,26 млн прибытий – из КНР, то есть почти 31% всего въездного потока. Неудивительно, что четыре года назад российская индустрия гостеприимства, ритейлеры и рестораторы возлагали на китайских туристов большие надежды: от них ждали заполнения отелей всех категорий, покупок с высоким чеком и частых посещений ресторанов. Однако со временем оказалось, что собственно российский бизнес получает от китайских гостей не так уж и много: китайские туроператоры фактически монополизировали поездки и сопровождение гидами по России, китайские рестораторы и ритейлеры открыли рестораны и магазины «под китайцев», а китайские девелоперы активно осваивают строительство «китайских» отелей.
Китайские туристы в 2018 году совершили 149 млн зарубежных поездок. При этом они потратили за рубежом $130 млрд, сообщается в докладе Китайской академии туризма. Среди 124 популярных у китайцев направлений на первых местах – Таиланд, Япония, Вьетнам и Россия. Именно Россия вместе с Францией и Италией делит пальму европейского туристического первенства у китайцев. Среди причин эксперты называют «дружелюбное восприятие» России китайцами, память о сотрудничестве в военную пору 30– 40‑гг. XX века, а также низкую стоимость путешествий и почти минимум визовых формальностей.
Ряд игроков констатируют: такого большого въездного турпотока Россия не знала ни во времена Советского Союза, ни в постсоветский период. По данным портала государственной статистики, в I квартале 2019 года на территорию России приехали 342 тыс. человек, что на 17% превышает показатель аналогичного периода в предыдущем году. Наиболее популярные направления – Москва, Петербург, города Золотого кольца (в частности, Ярославль, Суздаль, Владимир), а также регионы, географически близкие к КНР, среди которых Владивосток, Хабаровск, Иркутский край. По оценкам CBRE, в настоящее время туристический поток распределяется приблизительно 50/50 – Восточная Сибирь (особенно Иркутск) и Дальний Восток/Москва и Санкт-Петербург.
Другое дело, что за последние два года стало окончательно понятно, что в России китаец китайцу «гид, продавец, отельер, ресторатор и брат» – по мнению участников рынка, китайцы фактически монополизировали бизнес по приему своих соотечественников, а ряд экспертов уже бьют тревогу, считая, что Россия «ничего не получает» от китайцев, испытывая лишь нагрузку на собственную инфраструктуру. Марина Смирнова, партнер, руководитель департамента гостиничного бизнеса и туризма Cushman & Wakefield, полагает, что «китайско-некитайским» бизнеспоказателям сложно дать однозначную оценку. «В Москве и Санкт-Петербурге, я думаю, 60/40, в пользу некитайского,– размышляет эксперт.– Китайцы “держат”, как правило, туроператорский бизнес, а транспорт (поезда, в частности), гостиницы, объекты показа – музеи и прочее, магазины – это все российский бизнес. И даже если китайские туристы покупают пакетные туры у своих операторов, все равно последние контрактуют гостиницы, питание и прочее у российских коллег. Здесь, конечно, операторы стараются сторговаться по минимальным ценам с гостиницами и прочими участниками процесса, но это свойственно ведь не только китайцам. В регионах (Иркутская область, Приморский край) доля китайского бизнеса выше, и он менее прозрачный». «Вопрос о так называемой недополученной выгоде от китайского туриста, безусловно, правомочен,– соглашается Александр Агамов, исполнительный директор туристической ассоциации “Мир без границ”– Специфика организации услуг для части приезжающих в Россию тургрупп из Китая заключена в трансформации экскурсионно-ознакомительного тура в шоп-тур, при этом основную прибыль организаторам дают покупки в специализированных магазинах по завышенным ценам».
Однако ситуация в целом не столь однозначна, парирует Николай Пана, заместитель директора по развитию Becar Asset Management. «Конечно, многие рисовали для себя воздушные замки, ожидая баснословных выручек от китайских групп и нескончаемого наплыва туристов, но на деле все оказалось сложнее,– делится г-н Пана.– Логично, что китайские туроператоры контролируют поездки китайских граждан за пределы своей страны, ведь когда российский турист покупает тур в Пекин или Гонконг, то он приобретает и подписывает договор с русской компанией, которая организует поездку “под ключ”. Почему с китайским туристом ситуация должна обстоять иначе? Многие говорят о том, что организованных китайских туристов (которых сейчас в России большинство) водят по каким-то отдельным ресторанам, магазинам, киоскам с более завышенным ценником, а заведения общепита и сувенирные лавки не зарегистрированы как ИП, соответственно не платят налоги и не декларируют свои расходы. Возможно, так оно и есть на самом деле, и китайский туроператор, продавший путевку по минимальной цене, пытается выжать максимум из туриста. Конечно, есть множество лазеек, как можно обойти систему и не показывать правдивую информацию о денежных поступлениях и выручках, полученных от китайских групп: мир современных технологий позволяет переводить деньги друг другу без пробития кассового чека или ведения какой-либо отчетности (популярные в Китае сервисы обмена сообщениями WeChat и QQ уже имеют функцию проведения денежных транзакций от пользователя к пользователю). И, к сожалению, этот риск будет присутствовать всегда. Но, с другой стороны, существуют же и организации, которые действуют в рамках правового поля. И их немало: да, они могут быть с долей иностранного капитала или управляться экспатами, но все же они платят налоги и не скрывают свои доходы от надзорных и контролирующих органов».
Елена Лысенкова, генеральный директор Hospitality Income Consulting, уточняет картину: «Во‑первых, надежд на китайцев никто из игроков таких уж больших не возлагал. Во‑вторых, сейчас с учетом структуры визовых разрешений (а оформляются групповая поездка и виза) к нам едет группа социальных туристов из Китая, которые получают визы в рамках межправительственного российско-китайского соглашения о групповых туристических поездках. И это было первым шагом и значительно упростило процедуру получения виз. Поэтому профиль данной целевой группы соответствующий: это эконом-поездка, по социальным программам для работающих и пенсионеров, короткого срока. Что, безусловно, накладывает отпечаток на формат приема и тип услуг, которые они хотят получить в стране пребывания. При этом стоит отметить, что жители Китая, путешествуя к нам, попадают в совершенно иную среду, и в большинстве случаев точки не адаптированы для приема китайских туристов».
Гни свою линию
По экспертным оценкам, 70% въездного потока, формируемого за счет организованных туристских групп, реализуют предприятия или физические лица, так или иначе связанные с представителями Китая. Однако назвать долю крайне сложно, так как с организационно-правовой точки зрения на рынке работают российские предприятия, причем многие – с российскими же учредителями.
В то же время к оценке экономического результата на китайском направлении нужно подходить профессионально и ответственно, убежден г-н Агамов. «В 2018 году китайские граждане совершили свыше 1,3 млн поездок в Россию, из них более 600 тыс.– в Москву и Санкт-Петербург,– продолжает эксперт.– Разумеется, они были постояльцами коллективных средств размещения, причем многие отели, работающие с китайским рынком, подтверждают, что в межсезонье (осень-зима) или в низкий сезон (зима) именно туристы из КНР обеспечивают им загрузку до 25% номерного фонда. Это позитивный фактор с учетом того, что тенденция последних лет – неуклонный рост числа прибытий из КНР в низкий сезон. Очень часто от наших коллег по отельному бизнесу приходится слышать, что “китайцы спасают в низкий сезон”. В целом в ситуации с китайскими туристами в выигрыше отели, работающие с групповыми туристами из КНР; транспортные предприятия (прежде всего, авиакомпании, аэропорты, поезда и автобусные компании, осуществляющие межрегиональные перевозки), объекты показа. В проигрыше – операторы, предоставляющие классический турпродукт и теряющие на демпинге; профессиональные российские гиды, чьи услуги в глазах демпингующих китайский компаний выглядят “экономически необоснованными” – просто потому, что удорожают турпродукт, который организатору шоп-тура не нужен». «Спрос рождает предложение – эта аксиома также применительна и к китайскому туристу,– напоминает Николай Пана.– Если раньше отели не были подготовлены к постепенно увеличивающемуся наплыву китайского туриста: его особенностям, потребностям, привычкам, то сейчас все намного проще. Первоначально, например, для многих было шоком, что китайцы всегда пьют горячую воду, быстро и много едят, не любят приватности, очень громки и некоторые формы этикета и соблюдения личного пространства чужды для них, сейчас все по-другому. Да, существуют отели, классифицированные по программе China Friendly, и они в приоритете при размещении китайского туриста. Однако успешно работают на прием азиатских групп и средства размещения, которые не проходили какие-то дополнительные классификации и аккредитации. Они просто приняли правила игры и переориентировались на запросы китайского гостя: так, например, Hilton Double Tree Marina в Москве на завтраках подает блюда китайской кухни, в лобби можно почитать китайскую газету, а в номере – посмотреть китайское телевидение».
Татьяна Белова, заместитель директора, руководитель подразделения индустрии гостеприимства отдела стратегического консалтинга CBRE, соглашается: китайские туристы обеспечивают стабильную загрузку гостиничного рынка. «Но здесь необходимо помнить, что основная часть китайских туристов – это чувствительные к цене гости, предпочитающие останавливаться в средствах размещения средней ценовой категории и ниже,– напоминает г-жа Белова.– Доля платежеспособного китайского спроса ограничена. На текущий момент и гостиницы более высокого уровня привлекают данный сегмент спроса, что оказывает влияние на уровень среднего тарифа».
В целом отношение к китайским туристам «классических» отелей строится на том, что сегодня в Россию едут не самые «продвинутые» китайцы, поддерживает Марина Смирнова. Туры стоят недорого, они доступны для массового спроса, и этот спрос формируют китайцы старшего возраста, которые ранее могли и вовсе не выезжать за рубеж. «Соответственно, на этом фундаменте строятся представления о том, что китайцы не тратят деньги в отеле, шумят, ведут себя не так, как европейцы, едят исключительно “свою” еду, в том числе готовя ее в номере, и т.д.– поясняет эксперт. – Но здесь, опять же, много пересечений с российскими туристами, выезжавшими за рубеж в 90‑е годы, – однако, это не мешало турецким, да и европейским отельерам работать с российским туристом и бороться за него».
По словам Александра Агамова, ситуация с отелями в России мало чем отличается от того, что происходит в этом сегменте в той же Европе. «Политика одних – никаких китайских групп, в то время как другие делают ставку именно на китайцев,– поясняет г-н Агамов.– Сhina Friendly – это маркер готовности работать с китайским рынком, показатель нацеленности на результат. Если ты решил выйти на китайский рынок, значит, должен показать серьезность своих намерений, ориентированность на китайского клиента. Но не только. На днях мы общались с одним из наших коллег-отельеров, участником программы. Он рассказал, что после сертификации исчезли проблемы с бегающими по этажам в поисках информации китайцами, гости стали менее шумными и более аккуратными. Китайцы вообще люди крайне дисциплинированные, когда информацию до них доводишь корректно и заинтересованно, проблемы с пресловутым поведением исчезают».
Плати, пока дорогой
Одной из главных причин роста в люксовом сегменте в России игроки называют именно увеличение туристического потока в страну, особенно – из Китая. Китайцы любят «тяжелый люкс», чем успешно пользуются московские и петербуржские магазины, дублируя всю информацию на китайском, сертифицируясь по программе China Friendly и приглашая продавцов со знанием китайского языка. По экспертным оценкам, не менее 19% всей выручки ЦУМа, ГУМа и ДЛТ приходится на китайцев. Китайских туристов в «Мире без границ» вообще называют самыми платежеспособными туристами в мире, отмечая, что европейские гости тратят, скорее, по необходимости, и не имеют четкой концепции – приехать в Россию и обязательно здесь оставить немалые деньги. Китайцы же почти всегда уже дома знают, что именно они купят в России, и откладывают на эти покупки определенные суммы. В «Мире без границ» отмечают, что китайцы вообще не большие любители импульсных и спонтанных покупок, и в этом смысле они – подарок для многих ритейлеров. Но вообще, что касается ритейла, то и здесь ситуация неоднозначная, убежден Александр Агамов. Так, в 2018 году совокупная выручка предприятий, реализующих товары премиум-сегмента, составила порядка 248 млрд рублей, при этом порядка 20–25% покупок были сделаны именно туристами из КНР (средний чек – 75 тыс. рублей– банк «Русский стандарт», Alipay). Средний чек в магазинах косметики у китайских туристов – свыше 7000 рублей; за 6 месяцев нынешнего года в одном только аэропорту Пулково китайцами было оформлено 2296 чеков tax free на общую сумму в 250 млн рублей. А по информации первого в России аэропорта China Friendly «Шереметьево», в магазинах duty free на его территории чек китайского туриста вдвое выше чеков покупателей из других стран. По экспертным оценкам, сопутствующие траты китайского туриста в период его путешествия по стране в среднем составляют $1500–2000 на человека. Но, кроме того, китайские туристы покупают в России сувениры – причем не только дорогие, но и дешевые, прямо на уличных развалах, одежду и часы мировых брендов, ювелирные украшения из золота. Тенденция последних дет – высокий спрос на продукты питания, которые приобретаются в последний перед отъездом день в обычных торговых сетях. Кстати, эти продуктовые магазины также вполне довольны притоком китайских туристов, отмечает Александр Агамов.
Марина Малахатько, директор отдела торговых помещений CBRE в Москве, парирует: несмотря на почти двойной рост гостей из Китая за последние пять лет, розничный рынок Москвы пока не прочувствовал эффект от притока новых покупателей. Причины, по словам эксперта, две. Многие магазины, расположенные в туристических кластерах, пока не ввели китайские платежные системы, которые заметно облегчают жизнь покупателям из этой страны. Также не все центральные ТЦ и магазины перешли на систему china friendly. Сервис продолжает оставаться довольно слабым на фоне успешно развитой и устойчивой системы работы с китайцами в европейских странах, таких как Италия и Франция».
Вторая причина – значительная доля туристов из Китая, приезжающих в Москву, весьма ограничены в средствах на путешествия, напоминает г-жа Малахатько. Групповые туры покупают, как правило, по причине невысокой стоимости и экономят на всем: гостинице, питании, покупках. При этом существует отдельная категория молодых обеспеченных китайских туристов 25–35 лет, которые предпочитают индивидуальные поездки или туры небольшой группой и как раз являются ядром иностранных покупателей в ГУМе, ЦУМе и т.д. Однако и здесь потенциал не исчерпан, поскольку цены на товары категории люкс продолжают оставаться более высокими на фоне той же Италии, Америки, Франции. «Среди китайских покупателей пользуется популярностью приложение Jessica’s secret, которое анализирует стоимость премиальных и люксовых товаров в разных странах и ищет наиболее выгодные предложения на конкретные изделия,– поясняет Марина Малахатько.– Кроме того, введенная система Tax Free пока имеет несовершенства в процессе возврата налога, также далеко не все сетевые магазины ее ввели. В общем, на мой взгляд, от покупателей, прибывающих в страну по групповым турам, не стоит ждать значительной выручки в индустрии розничной торговли. А вот индивидуальные обеспеченные туристы действительно могут тратить намного больше денег в России на товары роскоши, авторские рестораны и люксовые гостиницы. Для этого нужно достичь более высокого уровня сервиса и, конечно, суметь предложить больший комфорт для посещения нашей страны».
Впрочем, даже если китайские туристы платят через свои платежные системы, магазины все же получают свои деньги, констатирует Марина Смирнова. И немалые – например, во Владивостоке в магазине «Иль де Ботэ» чек китайских туристов доходил до 150 тыс. рублей. Больше всех из ритейлеров «грустят», по словам игроков, ювелирные и сувенирные бизнесы. Россия для китайцев – родина сакрального янтаря, и на этом фоне в Москве и Петербурге последние годы процветает множество полуподпольных магазинов, предлагающих или поддельные изделия, или настоящие, но по баснословным ценам.
«Да, “болевой точкой” при оценке вклада китайского туризма в экономику России является оценка возможных потерь для отрасли и бюджетов всех уровней при обслуживании туристов в магазинах по продаже сувениров и ювелирных украшений, а также при оказании услуг питания,– соглашается Александр Агамов.– И здесь главным вопросом, возможно, является не режим работы таких предприятий, не цена (владелец вправе назначать любую цену), а доступность информации о покупке для российских фискальных органов. К сожалению, есть все основания предполагать, что значительная часть покупок в таких магазинах остается неизвестной для налоговых органов, а оплата услуг в ресторанах идет по схемам, не предусматривающим отражения в официальных бухгалтерских отчетах. Здесь теряют и бюджеты, и отрасль: ведь сувениры и ювелирные изделия при других условиях могли бы быть куплены и в других магазинах, которые предлагают товар по более низкой цене и лучшего качества».
Что касается «прокитайских» ресторанов, то справедливости ради нужно отметить, что в силу национальных особенностей китайские туристы предпочитают посещать именно рестораны китайской кухни – российская кухня (как и европейская) им кажется невкусной, поясняет Александр Агамов. «Поэтому посещение таких ресторанов нельзя рассматривать как “саботаж” русской кухни по злому умыслу организаторов,– делится эксперт.– Ну и, кроме того, надо понимать, что зарплата сотрудников данных предприятий, аренда территории, закупка продуктов и т.п. фактически осуществляются за счет средств от приема китайских туристов, таким образом, говорить о полностью замкнутом на Китае круге при подобных взаиморасчетах нельзя. Говоря о “китайских” предприятиях, нужно помнить, что речь все-таки идет исключительно о российских юрлицах, стоящих на учете российских налоговых органов и работающих в соответствии с российским законодательством. Учредителем (инвестором) такого предприятия может быть как гражданин КНР, так и России».
Евгения Тучкова, заместитель директора департамента стратегического консалтинга Colliers International, поддерживает: поскольку основная часть китайских туристов приезжают в Россию организованными туристическими группами, питаются они преимущественно в китайских ресторанах. «И в целом в плане выбора поставщика услуг китайцы всегда отдадут предпочтение компаниям с китайскими корнями при наличии соответствующего предложения»,– отмечает г-жа Тучкова.
Городские, средние
На фоне наплыва китайских туристов Москва и Петербург изменились уже сейчас. «И это палка о двух концах,– вздыхает Николай Пана.– С одной стороны, все заточено на привлечение: на Невском проспекте в Петербурге, к примеру, все рекламные надписи, названия магазинов и афиши продублированы на китайском языке, что, безусловно, полезно как туристу, так и “завлекающему” заведению. Но, с другой стороны, можно посмотреть на Царское село и неслыханный наплыв китайского туриста в Янтарную комнату – очереди в музеи начинаются с рассветом, весь парк заполнен туристическими группами, и это, к сожалению, является отпугивающим фактором для привлечения локальных, местных туристов, которых в Пушкине также немало. По факту эту ситуацию можно масштабировать на город в целом».
Однако именно благодаря большому потоку из КНР – впервые в истории и СССР и современной России– туриндустрия вообще учится, по сути, азам гостеприимства, считает Александр Агамов. «Учится считать, работать на высококонкурентном рынке, учится работать с клиентом – необычным, непонятным, но все же – клиентом и притом платежеспоспособным,– перечисляет г-н Агамов.– Небольшой выбор существующих дестинаций для китайского потока показывает, на самом деле, какой объем инфраструктурных работ нужно провести, чтобы в принципе стать полноценной туристической страной. Другое дело, что китайский маршрут, к сожалению, все еще остается традиционным. Во многом это связано с неготовностью российской инфраструктуры обслуживать туристов – причем, не только китайских, но и российских. То же Золотое кольцо испытывает сегодня определенные трудности и держится во многом благодаря известному бренду. Исключение – это Мурманск, куда туристы из КНР едут за экзотикой северного сияния и в целом северных широт. Известное оживление мы фиксируем в регионах между Москвой и Петербургом, особенно в Тверской области. Рассчитываем, что после реализации проекта “Государева дорога”, который ведут турадминистрации Новгородской, Ленинградской, Тверской и Московской областей, китайский турист массово пересядет с поезда на автобус и ознакомится с этими местами».
Музейное дело
В «Мире без границ» отмечают, что китайский групповой турист по-прежнему возрастной, за пять последних лет средний возраст в группе снизился всего на один год, большинству гостей – за 50. Значительная часть туристов в самом Китае проживают в сельской местности, для многих поездка в Россию – вообще первая зарубежная поездка. Здесь большую роль имеет увеличение числа прямых рейсов между городами России и центрами китайских провинций, в год 3–4 новых города заявляют о прямом авиасообщении. И, несмотря на то, что растет турист индивидуальный (это молодые люди со знанием английского языка, люди среднего возраста, приезжающие в Россию с семьей, таких уже больше 100 тыс. в год), «трудности перевода» с китайскими гостями прочно проникли в города. «Проблема гармонизации локации и турпотока – сложная и важная проблема,– вздыхает Александр Агамов.– Нагрузка на инфраструктуру уже чувствуется – и это вовсе не Байкал, как можно подумать из сообщений СМИ, а музеи Московского Кремля, Государственный Эрмитаж и, как стало ясно этим летом, музей-заповедник “Царское Село”. Они работают на пределе пропускных возможностей для объектов показа, больше туристов, чем сейчас, они вряд ли примут. Это инфраструктурный “затык”, который надо кропотливо “расшивать”».
Однако, по словам г-на Агамова, говорить нам об овертуризме рановато: один Париж принимает в год 50 млн туристов, в то время как вся наша страна – чуть больше 4 млн. Поэтому Минэкономразвитию нужно не только работать по теме либерализации визового законодательства (что действительно важно), но и создавать механизмы управления потоками.
В «Мире без границ» прогнозируют, что темп роста турпотока из КНР сохранится и составит в среднем 15–20%. Доля гостей из Китая в 2020 году составит порядка 33% от общей численности туристов, приезжающих в Россию из стран дальнего зарубежья. Что касается изменений в «китайско-некитайском» бизнесе, то в решение вопроса должно включиться государство, которое для начала должно предоставить рынку понятную формулу обсчета экономики китайского туризма, считает Александр Агамов. «Пока же речь идет об “ощущениях” отдельных работающих на рынке групп, пострадавших, или, наоборот, выигравших от работы с китайским потоком,– отмечает эксперт.– Государству нужно провести трезвый аудит существующих на рынке практик, дать им оценку и предложить инструменты по коррекции ситуации. Нужны системные меры, а не полицейские операции, к чему часто призывают коллеги. Надеемся, что такие меры будут предложены, так как амбициозные задачи по увеличению объема экспорта услуг в туротрасли упираются в т.ч. и в неразрешенность вопроса об экономике китайского туризма. Если мы говорим об инвестициях, то в нынешних геополитических реалиях инвестиции со стороны китайского бизнеса – это хорошее подспорье не только для туристической отрасли, но и для других секторов экономики. При всех сложностях роста туризма в России как такового, развитие все же идет, Ростуризм прикладывает дополнительные усилия для усиления тренда. А это значит, что вкладываться в отрасль выгодно, тем более, когда поток китайских туристов стремительно растет. Поэтому полагаем, что инвестиции увеличатся».
По словам Николая Пана, в целом можно прогнозировать усиление доли китайского бизнеса в гостиничном сегменте: так, в Санкт-Петербурге реализовано и анонсировано несколько гостиничных проектов, ориентированных на привлечение китайского сегмента (как делового, так и туристического).
Валерий Трушин, руководитель отдела исследований и консалтинга IPG.Estate
– Если не брать в расчет отели для проживания, то на текущий момент порядка 90–95% туристических услуг оказываются туристам из поднебесной китайским бизнесом: рестораны и кафе, магазины сувенирной продукции, гиды и так далее. Локальные предприниматели на условиях подряда могут предоставлять, например, транспортные средства. Китайские бизнесмены стремятся сделать все, чтобы деньги китайских туристов не уходили из родной страны. При этом, если возникает потребность в участии местного бизнеса, то локальные предприниматели могут получить заказ лишь на условиях предоставления самых низких цен. Для экономики гостеприимства Петербурга сложившаяся вокруг китайского туризма политика весьма неблагоприятна, городской бюджет мог бы получать значительно больше доходов от этой категории туристов. Но нужно было изначально задуматься над развитием инфраструктуры для туристов из поднебесной – стоило посмотреть на аналогичную европейскую практику. На государственном уровне были приняты меры по безвизовому въезду туристических групп, но российский бизнес не отреагировал своевременно на эти действия, и китайский бизнес занял свободную нишу. Такова рыночная экономика.
Татьяна Попова, региональный директор Восточного региона Azimut Hotels
– Как показывает статистика по Владивостоку – поток туристов из Китая стабилен. В настоящий момент происходит рост гостей из Кореи. По отелю «Азимут Владивосток» по сравнению с 2017 годом это составляет 11%. Но оценку развития китайского туризма по России на примере только Владивостока делать некорректно. Поскольку поток, который формируется на направления – Москва, Петербург и Золотое кольцо, исторически отличается от приграничного туристического потока из Китая во Владивосток. Особенно учитывая тот факт, что сама история Владивостока пересекается с историей Китая, проживания народностей. Отель «Азимут Владивосток» третий год получает сертификат China Friendly, который включает ряд позиций, создающих комфортные условия для пребывания гостей из Китая, в т.ч. ТВ-каналы на китайском языке, адаптированное питание на завтраке, система приема оплат, указатели. Китайский туризм – основная составляющая доходной части бюджета не только отдельных компаний, но и в целом бюджета города. По Владивостоку отношение к китайцам не изменилось. Это приграничная страна-сосед, и город ориентирован на сотрудничество и тесные связи не только в сфере туризма, но и бизнеса. Структура расходов остается неизменной: питание (морепродукты), сувениры, российская косметика и золотые украшения. В низкий сезон приезжают бюджетные группы, в высокий сезон – более дорогие. Отсюда и структура расходов.
Алексис Деларофф, главный операционный директор подразделения Accor New East Europe (Россия, СНГ, Грузия, Украина, Турция и Израиль); генеральный директор ООО «Рашэн Мэнэджмэнт Хотэл Кампани»
– Мы не можем сказать, что наш бизнес в «китайской теме» потерпел фиаско. Пока, как вы говорите, китайские девелоперы приглядываются и пытаются осваивать строительство «китайских» отелей, туристы из Китая останавливаются в наших отелях наряду с туристами из других стран. Accor точно не проиграл – к европейским и российским гостям добавились еще и гости из Китая. Разве это плохо? Проигравшими на данном этапе являются государство и налоговые службы. Они недополучают налоги. На индустрию гостеприимства в принципе влияют не китайские туристы, а меняющиеся в целом потребности гостей, которые подталкивают гостиничную индустрию к движению вперед. Отели вынуждены меняться, иначе они не смогут противостоять конкурентам. Рост количества туристов из Китая помогает персоналу наших отелей становится более гибким и подталкивает их получать дополнительные профессиональные навыки. В меню ресторанов при наших отелях появляются блюда китайской кухни, которые, кстати, пользуются популярностью и у других гостей. А что касается доброжелательного отношения к гостям – в отелях Accor оно распространяется не только на китайских туристов, но и на всех остальных гостей. Сотрудники индустрии гостеприимства просто не имеют права быть негостеприимными, и для нас нет разницы, туристов из каких стран мы обслуживаем, – китайцы ли это или приезжие из российской глубинки. От лица компании Accor могу сказать, что во всех наших отелях одинаково ровно (дружелюбно и гостеприимно) относятся к любым туристам, будь то американцы, немцы, китайцы или россияне.