«На зону поедешь «петухом»!» Как силовики пытали задержанных «террористов» (видео)

Иван Зубов

Несмотря на громкие резонансные дела, возбужденные в последние годы против российских силовиков, которые подвергали своих жертв жестоким пыткам с целью выбить из них признания в преступлениях, подобных преступлений меньше не становится. На днях стало известно еще об одном таком. Как уже сообщали российские СМИ и социальные сети, 30 августа российские силовики задержали двоих антифашистов Никиту Олейника и Романа Паклина, при которых, по версии следствия, было взрывчатое вещество, - они якобы хотели использовать его в районе Тюменской ТЭЦ. 2 сентября им вменили статью по изготовлению оружия, а кроме того, Олейника обвинили в «создании террористического сообщества» из-за «своей ненависти к нынешнему государственному режиму», а Паклина в участие - в нем.

Позже в рамках этого дела в Тюмени, Сургуте и Екатеринбурге были арестованы шесть человек: тюменцы Кирилл Брик, Дениз Айдын, Даниил Чертыков, Юрий Незнамов и двое сургутян Роман Паклин и Никита Олейник.

И вот в начале ноября правозащитникам стало известно, что по меньшей мере троих из них по постановлению следователя этапировали из СИЗО-1 Тюмени - в СИЗО-2 Заводоуковска, но причина этого не раскрывается.

Правозащитники опасаются, что такой экстренный перевод в изолятор другого города может быть попыткой оказать на давление на арестованных. Дело в том, что все задержанные жаловались на жесточайшие пытки, которым их подвергли силовики, и теперь их таким образом заставляют отказаться от заявлений о пытках. Они рассказали, что после задержания их избивали, пытали током, заставляли приседать и петь националистические песни.

Канал «Тюменское дело», к примеру, приводит полный текст опроса одного из арестованных, Романа Паклина, который, в частности, рассказывает:

«В один из моментов, когда я лежал на полу в наручниках, первый мужчина полицейский (капитан) опустился ко мне, расстегнул мои штаны и сказал, что изнасилует меня и что на зону я поеду "петухом". Я растерялся и спросил, зачем они издеваются надо мной. Ответ не последовал, они снова включили ток, но уже сильнее»

По его словам, после издевательств силовиков у него отнялась рука и появились боли в сердце.

Само же признание в «участие в террористической организации» выглядело, по словам Паклина так: «Перед подписанием готовых бланков я говорил адвокату [Сеник Оксане Вячеславовне] о том, что меня пытали полицейские, применяли физическую силу и требовали подписать протоколы допросов. Адвокат сказала, что я сам должен решать, как поступить, но если я подпишу, то поеду в СИЗО и пытки закончатся».

Роман подписал признательные показания по делу о подготовке к теракту.

Практически нет сомнений в том, что и остальные «участники террористической организации» сознались в своих «преступлениях» по той же схеме.

Это подтверждает адвокат Андрей Белкин, который рассказал о пытках и похищении своего подзащитного Даниила Чертыкова. По словам адвоката, Чертыкова схватили вечером и затолкали во внедорожник. Его положили между рядами сидений и поставили на него ноги. Затем привезли в отдел. Анифашиста начали допрашивать, периодически били дубинкой по ногам и затылку. Несколько раз заставляли делать приседания и считать. Затем отвезли домой, провели обыск, вернули в отдел и продолжили. После этого транспортировали в Тюмень. Другого фигуранта дела Юрия Незнамова пытали пакетом, водой и током, а также заставили подписать пустые листы.

Теперь же один из правозащитников, на условиях анонимности сообщил журналистам радио Муксун.fm:

«Мы переживаем за ребят. Высока вероятность, в Заводоуковске пытки могут возобновиться». Он считает, что это сделано, чтобы оказывать на обвиняемых дальнейшее давление, в том числе принудить их отказаться от заявлений о пытках.

А адвокат Романа Паклина Владимир Лопарев подтвердил, что его подзащитный намерен привлечь силовиков к ответственности:

«По всем заявлениям моего подзащитного мы незамедлительно обратились в органы Следственного комитета, проводится проверка. Ждем результатов. Мы также не согласны с мерой пресечения в виде заключения под стражу и будем ее обжаловать».