Как среди свистулек социальное расслоение появилось
«Сухоложская свистуха» известна далеко за пределами Свердловской области. Её автор Николай Колодкин живёт и творит в Сухом Логу, поэтому к географическому отсылу в названии «марки» вопросов нет. А вот почему «свистуха», а не традиционная свистулька? «Даже не спрашивайте, сам не знаю», – смеётся мастер.
Не было бы счастья...
Много лет Николай Перфильевич, выпускник Миасского педагогического училища и художественно-графического факультета Нижнетагильского пединститута, преподавал керамику в детской художественной школе Сухого Лога. В неделю его занятия посещали по 250 человек – от малышей до выпускников. Мастер смеётся: «Наверное, в каждой десятой семье города имеется коллекция керамических игрушек». Но однажды вышестоящее руководство предмет «керамика» вдруг посчитало ненужным, и Колодкин был вынужден училище покинуть. Расстроился тогда – не передать как. А теперь философски замечает, что, не случись этой неприятности, быть может, и не занялся бы он плотно народным художественным промыслом, не было бы сил, времени и настроения выдумывать авторские свистульки. Не было бы «сухоложской свистухи», одним словом.
По словам мастера, любовь к свистулькам корнями уходит в детство. «Тогда по сёлам ездили сборщики вторсырья, мы их называли ряможниками, – рассказывает Николай Перфильевич. – Кто-то сдавал им ржавые вёдра, тряпки всякие, а мы, ребятишки, – кости, которые за зиму собаки в огородах нагрызли. Зачем ряможникам кости – понятия не имею, но за них нам давали свистульки. Простенькие, неказистые, но главное, что они свистели».
С устройством свистульки Колодкин познакомился много позже опытным путём. Купил в магазине сельхозкооперации («в них всё было!») глиняную свистульку не совсем понятной образной принадлежности – то ли дракончик, то ли креветка. Принёс домой и, не мудрствуя лукаво, распилил её аккуратно вдоль ножовкой по металлу. А потом, поняв принцип, принялся мастерить свои собственные свистухи. «Пробы пера» были скромные, не особо выдающиеся, но творческая мысль быстро расправила крылья и понеслась вдаль. В результате этого полёта появился, например, тромбончик (или, по-свойски, тромбик), в основе которого обыкновенный одноразовый медицинский шприц. Благодаря его поршню свистуха выдаёт не просто свист, а мелодию.
«Щельник» – тоже авторское изобретение, навеянное древним инструментом окариной, или свистковой флейтой, представляющей собой камеру с отверстиями для пальцев. «Пытался я делать окарины и играть, но не мелодия получалась, а так – шаляй-валяй, – рассказывает Николай Перфильевич. – И тут мысль пришла: почему бы не попробовать свести все дырочки в единое отверстие? Попробовал – изумительная гамма звуков извлекается».
Бабушкин пикан
«Мысль пришла» – эту фразу мастер повторяет часто. Причём творческая мысль приходит к Колодкину по разным поводам. Скажем, не так давно ему приснилась его будущая авторская работа – свистулька в форме яблока с головой птицы, а уже наяву Николай Перфильевич додумал сделать свистуху так, чтобы при свисте крылышки птицы трепыхались. Почему бы и нет? У него уже есть свистулька-самолёт, у которой пропеллер крутится.
Другой музыкальный инструмент, который назвать свистулькой язык не поворачивается, родился из воспоминаний о бабушке. «Она меня учила траву косить, – рассказывает Николай Колодкин. – По пути на покос, бывало, сорвёт бабушка пикан, срежет определённым образом и свистит. А ещё есть такой инструмент – кувиклы (кудиклы), это многоствольчатая флейта, которая делается из дерева. А мне мысль пришла сделать такой же инструмент из глины». Николай Перфильевич демонстрирует глиняную флейту, играет на ней нежную мелодию, а потом скромно замечает: «У каждого ствола – своя тональность, но я же не музыкант, только дуть могу».
Этот инструмент дивно расписан руками мастера. Роспись свистулек со временем Николай Колодкин тоже совершенствовал. От незамысловатого орнамента «мазок к мазку» он пришёл к сложным узорам и теснению, которое выполняет с помощью «того, что под рукой находится» – колёсика от зажигалки, к примеру, или детали от игрушечной машинки. А самые нарядные свистухи обязаны своей красотой фольклорному ансамблю «Воронежская воля». Его Колодкин увидел в 2016 году на фестивале и обомлел от костюмов XIX века, в которые были одеты исполнители. После чего к нему пришла очередная мысль – почему бы птичек не сделать понаряднее? Сделал. В итоге среди птиц-свистулек образовалось социальное расслоение: царицы, дворянки, крестьянки, казаки, шуты, в том числе гороховые.
Но Николай Перфильевич не только авторской свистухой занимается, он мастерит и вполне известные её разновидности, но, разумеется, привнося что-то своё, «сухоложское». Скажем, свистуха-водянуха Колодкина, в отличие от своих китайских сестёр, после того, как в неё заливается вода, поёт прямо-таки соловьем. А носовые свистульки, которые родом из Латинской Америки, но подсмотрены Колодкиным на Всероссийском фестивале керамики в Пермском крае, имеют свои, ни на что не похожие образы. «Интересные свистульки, – говорит Николай Перфильевич, – дуешь носом, а поток воздуха регулируется ртом, за счёт чего и получается мелодия. Один в них минус – они под определённый нос делаются. Поэтому, когда кто-то берёт мои, пробует свистеть и недоумевает, что не получается, я смеюсь: «Так у меня нос картошкой, а у вас носик красивенький».
Занявшись свистульками, в том числе «сухоложской свистухой», Николай Колодкин влюбился в неё и пропал – ищи-свищи человека. Эта беззаветная любовь в 2016 году была «узаконена» званием мастер народных художественных промыслов Свердловской области.