Океанолог Агафонов рассказал, можно ли было отпускать в Черное море дрессированных дельфинов
Можно ли было выпускать в море дельфинов, выросших в дельфинарии, как это сделали 2 ноября в Севастопольской бухте? И как их теперь найти? Сколько стоит содержание дельфинов в год? Могут ли краснокнижные животные находиться в частной собственности? Существуют ли боевые дельфины? Об этом в интервью "Газете.Ru" рассказал старший научный сотрудник Лаборатории морских млекопитающих Института океанологии им. П. П. Ширшова РАН Александр Агафонов.
- Вы участвовали в разных судебных процессах вокруг Владимира Калниболотского - директора дельфинария Flipper, который вечером 2 ноября выпустил в море четырех афалин. Вы знаете его лично?
- Знаю. Тут дело сложное. Говорят, что сейчас он ведет себя неадкеватно. Впрочем, когда-то мы с ним были во вполне нормальных отношениях, я ездил записывать сигналы афалин к нему в Севастополь. Это было в 2014 году.
- Как вы узнали про выпуск дельфинов?
- Примерно за месяц до этого события сын Калниболотского проинформировал меня о том, что отец собирается выпускать афалин.
Я ему написал, что желательно, чтобы исследователи дельфинов, которые работают в Крыму, приняли в этом участие, записали их индивидуальные сигналы и поучаствовали в самом выпуске. Я хотел, чтобы дело приняло какой-то легальный оборот. Потом месяц никаких сообщений не было, а 2 ноября мне пришел е-мейл: "Батя дельфинов выпустил". Они хотели это сделать тихо, но не получилось. Скорее всего, там был какой-то конфликт между дельфинариями.
- В чем суть конфликта?
- Конкретно не могу сказать, но когда речь идет о дельфинариях в России, то всегда это дело в какой-то мере криминальное. Черноморский подвид афалины находится в Красной книге, это значит, что их нельзя ни промышлять, ни отлавливать. Более того – по нашим законам краснокнижных животных нельзя иметь в частной собственности; те дельфины, что находятся в дельфинариях, как бы даны государством в пользование их владельцам. Но тогда возникает резонный вопрос: а откуда эти афалины вообще появляются в дельфинариях? Здесь есть некий юридический тупик.
Что касается данных конкретных дельфинов, то предыстория начинается в 2008-2009 годах, когда создавался коктебельский дельфинарий. Одним из создателей этого дельфинария был Владимир Калниболотский, и привезли туда дельфинов из Севастополя.
- Получается, мы не должны иметь в стране дельфинариев?
- Я считаю, что в конечном итоге не должны.
Дельфинарии запрещены во многих странах. Лично я бы все коммерческие дельфинарии закрыл, а оставил только научные.
Причем научные следует строить таким образом, чтобы там была "калитка в море". Время от времени можно дельфинов в море выпускать, а потом они будут возвращаться обратно. Такие эксперименты были многократно проведены - дельфины возвращаются.
- А нельзя ли просто сделать условия содержания дельфинов такими, чтобы им было в дельфинариях хорошо?
- Об этом власти уже подумали. С нынешнего года резко ужесточились требования к организации дельфинариев. Теперь уже нельзя взять какую-то бочку, посадить туда афалин и показывать их публике… Должна быть определенная кубатура, фильтрация, смена воды, рацион, ветеринарное обслуживание и т.д. И многие дельфинарии сейчас действительно призадумались над тем, что они могут эти требования и не выполнить…
Возвращаясь к коктебельским дельфинам, за прошедшие 13 лет там состав менялся. Рождались детеныши, некоторые дельфины умерли естественной смертью, подвозили новых дельфинов.
- Лично вы работали в этом Коктебельском дельфинарии?
- Да, в течение нескольких лет. Кстати – для справедливости должен заметить, что это один их наших лучших дельфинариев. Но в последние годы мы перевели свою научно-исследовательскую деятельность на Карадагскую научную станцию (пос. Курортное, между Феодосией и Судаком). Там находится чуть ли не единственный в России научный дельфинарий (принадлежит Российской академии наук).
Летом дошли слухи, что в феврале 2022 года Калниболотский забрал всех дельфинов из Коктебельского дельфинария и перевез в Севастополь. Причин этого я не знаю. А там оставались три самки, которые практически всю жизнь прожили в дельфинариях, или вообще там и родились. Еще были детеныш одной из самок (родившийся в коктебельском дельфинарии) и молодой самец - его историю я не знаю. При перевозе в Севастополь одна из самок погибла, причем она была беременна. Далее Калниболотский держал дельфинов в Севастополе. А в Коктебеле летом гастролировал дружественный Утришский дельфинарий из Анапы.
- Для чего он их перевозил туда-обратно?
- Скорее всего, это были какие-то разборки между владельцами дельфинариев. Против Калниболотского уже возбуждалось несколько судебных дел. В 2018 году он пытался вывести двух дельфинов на материк, но, благодаря активности зоозащитников, этих дельфинов задержали пограничники. Все это связано с тем, что дельфинарии – это, конечно, дело очень выгодное.
- А большие нужны деньги, чтобы содержать дельфинов?
- Да. Или это должно делать государство, или они должны сами себя окупать, давая представления. Так, например,
стоимость рыбы, которую дельфины коктебельского дельфинария съедали за год – это примерно 4 млн рублей (в ценах на 2014 год).
Сумма довольно большая, но с другой стороны, эти же 4 млн летом, во время представления, поступают в кассу за несколько дней.
- Вы специалист по морским млекопитающим, ученый. С вашей точки зрения, плохо то, что Калниболотский в результате выпустил афалин на волю? Это действительно преступление?
- В нынешней системе моральных ценностей считается, что хорошо бы вообще всех дельфинов выпустить на волю.
Но тут возникает вопрос – смогут ли приспособиться к свободной жизни те дельфины, которые моря в глаза не видели? Самое главное – получится ли у них самостоятельно добывать рыбу? Ведь в дельфинарии они получают рыбу размороженной и нарезанной.
- Так вроде же выпускали уже дельфинов в море?
- За рубежом да, но у нас это впервые. Владельцы дельфинариев не хотят их выпускать - это же прибыль. За границей разработаны специальные программы адаптации дельфинов для таких случаев.
- Вроде бы даже у нас есть?
- Если вы имеете в виду центр "Дельфа", то у них это скорее теория. Насколько мне известно, практических выпусков дельфинов в море они не проводили. Правда были случаи, когда у нас дельфины сбегали. Так, в 2014-2015 годах один из севастопольских дельфинариев держал афалин в вольерах в бухте Ласпи. Однажды во время шторма их разбило, и несколько дельфинов предпочли свободу. Однако часть их осталась в районе вольеров, решив, что "нас и тут неплохо кормят".
- Но афалины Калниболотского не вернулись?
- Пока нет. В операции по их поиску участвовала моя сотрудница с Карадагской научной станции Ирина Логоминова, а также тренер, которая много лет с этими дельфинами работала. Ира взяла с собой аппаратуру, с помощью которой их можно искать по индивидуальным сигналам. Однако попытки отыскать дельфинов в окрестностях Севастополя ни к чему не привели… Конечно, есть некоторая надежда, что дельфины вернутся. Как сообщают власти Севастополя, "поисковая операция" продолжается.
- Так смогут ли они жить в дикой природе, ловить рыбу?
- Здесь мнения специалистов разделились. Если бы все дельфины были отловлены в море до того, как попасть в дельфинарий, то проблем бы не было: инстинкты бы возобладали, и они начали бы ловить рыбу. А вот
по поводу тех дельфинов, которые родом из самого дельфинария, возникают вопросы. Но так как подобных прецедентов не было, нам не на что ориентироваться.
- Как же не было? Ведь существовали же служебные дельфины? Их же отпускали в открытое море?
- Служебных дельфинов и в СССР, и в США действительно готовили. Их на какое-то время вывозили на задание в открытое море – что-то найти на дне или помочь аквалангистам, а затем собирали и отправляли обратно в дельфинарий. И они с удовольствием с этим соглашались.
- То есть они сами соглашались на несвободу?
- Да. Если бы хотели уйти - ушли бы. В жизни в дельфинарии есть свои преимущества: тебя кормят, у тебя есть компания, есть игрушки, есть ветеринарное обслуживание… А в море если заболел, то, скорее всего, погибнешь…
- Дельфины способны такое понять?
- Я думаю, да. Это высокоразвитые животные. Кроме того,
поработав в дельфинарии, я могу сказать, что люди у дельфинов определенно вызывают интерес.
Тренеры тоже в этом убеждены. Может быть, дельфины исследуют нас, как и мы их?
- А боевые дельфины существуют?
- Вы имеете в виду тех, на которых надевают торпеды и запускают подрывать вражеские корабли? Нет.
Дельфин, какой бы могучий ни был, не может нести большое количество взрывчатки - ну, максимум, килограмм десять. Этого не хватит, чтобы взорвать современный корабль!
Ведь для атаки по кораблю его надо выпустить за несколько десятков километров – а иначе какой смысл дельфина использовать? Если же выпускать его недалеко от цели - то легче выпустить торпеду. Дальше - необходимо, чтобы он поплыл в нужную сторону. И, наконец – а как дельфин отличит "свой" корабль от вражеского?
- Сейчас также пошли слухи, что в Севастополе используют дельфинов для охраны кораблей от диверсантов…
- И мой первый же вопрос: каким образом дельфин диверсанта отличит от просто плавающего в воде купальщика?
- Эти четыре дельфина, которых выпустил Владимир Калниболотский, чипированы. Что передают эти чипы?
- Чип ничего не передает. Он находится под кожей дельфина, к нему нужно поднести специальный считыватель, и тогда станут известны имя, год рождения и прочие данные.
- То есть, по чипу невозможно отследить перемещение дельфина?
- Невозможно. Чип – это паспорт. Кроме того, тут большое поле для махинаций. С погибшего дельфина чип может быть легко пересажен в добытого "левым образом", и мы с Вами будем думать, что это "тот самый".
- То есть понять, умерли ли они, мы не сможем никак?
- В общем, да. Большинство мертвых дельфинов тонут, небольшое количество море выбрасывает на берег. Кроме того, они могли уйти куда-то далеко от Севастополя.
А вот обратное - то есть, что они живы-здоровы - установить можно. Афалин идентифицируют по свистам-автографам.
Такой индивидуальный "позывной" формируется в течение первого года жизни, и потом афалина его регулярно издает. Мы уже много лет работаем в акватории Крыма, поэтому у нас есть "Крымский каталог свистов-автографов". У нас записаны "автографы" двух самок из этих четырех дельфинов - и мы всегда сможем их определить.
- Каким образом вы ловите сигнал?
- Мы опускаем гидрофон под воду. При хорошей погоде он слышит всех дельфинов в радиусе до полутора километров. Мы записываем эти свисты, потом прогоняем через компьютер, чтобы свист выглядел в виде некоего рисунка – спектрограммы - и дальше сравниваем их между собой, меряем частотные характеристики.
- Вы выплываете в море или с берега опускаете гидрофон?
- И так и так, в зависимости от задачи и нахождения дельфинов. Афалины - довольно оседлые животные. У них есть предпочитаемые участки – 20-30 км вдоль берега. Есть особи совсем резидентные, они далеко не уходят, а есть транзитные - мы их засекали в разных районах Крыма. Более стабильны и оседлы "материнские группы" (самка и ее детеныши, другие самки). А есть "мужские" альянсы, они более мобильны.
- А сколько уже свистов в каталоге?
- Около 800. По нашим представлениям, в акватории Крыма сейчас обитает не больше тысячи афалин. Если пересчитать на все Черное море – то примерно тысяч восемь. А когда-то популяция насчитывала десятки тысяч. А белобочек - это другой вид, их часто видят с кораблей - в Черном море было несколько миллионов. Но это относится к черноморским подвидам, по всему миру афалин насчитывается много сотен тысяч (а может, и миллионы).
- Почему черноморская популяция так сильно уменьшилась?
- В первую очередь – это, скорее всего, подрыв рыбных ресурсов. "Шаланды, полные кефали" уже никто не привозит. Сейчас, по нашим наблюдениям, сейнера долавливают последних хамсу и шпрота. Но это уже другая тема – надо ихтиологов спрашивать.
- Так все-таки есть вероятность еще услышать знакомый свист выпущенных Калниболотским самок?
- Есть. Мы занимаемся записями постоянно, круглогодично. То есть вероятность их услышать есть. Будем надеяться.