В Судаке семью с детьми выселяют в чистое поле
В Судаке на территории турбазы под кронами сосен раскинулся советский городок-общежитие из жилых блок-контейнеров и вагончиков-бытовок. Строения здесь капитальными назвать сложно, но те, кому негде жить, как правило, довольствуются малым. В советское время здесь давали прописку, и пока предприятия строили многоквартирные дома для своих трудяг, их семьи пытались перекантоваться в этих времянках.
В редакцию «Примечаний» обратилась Светлана Колягина. Еще 30 лет назад она заселилась в маленький бытовой вагончик стройгородка с мужем, дочкой и сыном. Муж трудился водителем, а она – завскладом. При Союзе рабочие могли получить квартиры, поэтому заселение в бытовку тогда виделось временным решением. Потом – развал, перестройка. Из двух запланированных многоэтажек для таких рабочих, как Колягины, построили только одну. Те, кому не хватило квартир, остались прозябать в вагончиках и летних домиках-контейнерах.
Вагончик Колягиных
Когда у детей Светланы появились внуки, то Колягиным выдали еще один такой же вагончик. Теперь в бытовках растет уже третье поколение семьи: 13-летний Александр, 3-летний Алексей и 2-летняя Дарья.
Проблемы возникли после воссоединения Крыма с РФ: при переоформлении документов на арендуемое имущество ООО «Икар+» передало общежитие из блок-контейнеров на баланс города. Но город бытовки Колягиных не принял из-за их несоответствия нормам жилых помещений.
В апреле прошлого года Светлане с детьми и внуками приказали освободить территорию турбазы. Владельцы объекта подали в суд на выселение семьи.
Жителям контейнеров повезло больше, чем жильцам вагончиков
В отличие от многих других руководителей крымских пансионатов, которые просто вышвырнули своих работников на улицу, директор ООО «Икар+» Сергей Шенцов пытался поступить по-человечески. Он дал Колягиным право забрать свои две старенькие бытовки бесплатно. Но, по словам Светланы, перевезти их на новое место нереально.
«Вагончики прогнили во многих местах и просто развалятся на части, если попытаться транспортировать, – объясняет «Примечаниям» женщина. – А идти нам больше некуда, это единственное жилье, которое у нас есть.
Да, у нас есть участок — это чистое поле без коммуникаций и строений. Я только переоформляю на него документы, потому что он был выдан на мужа. А муж умер и пошла бумажная волокита».
Шенцов настаивает: бытовки мешают реконструкции турбазы, на их месте должны располагаться объекты инфраструктуры. «Это не потому, что я так хочу, — поясняет «Примечаниям» управленец ООО «Икар+». — Это в законе даже прописано, что бытовки не являются объектом жилищных отношений».
Директор фирмы заверяет, что готов безвозмездно передать в собственность еще один такой же, как у Светланы, вагончик, но при условии, если Колягины переместят на свой участок все три бытовки.
«По закону я мог бы я выселить их, но понимаю, что так не-по-человечески. Поэтому, зная, что у них есть возможность, куда отвести мои же две бытовки, дарю им еще одну», — заключил Сергей.
Г-н Шенцов считает, что все вагончики переезд переживут и добавляет: о том, что придется съехать, Светлана была предупреждена шесть лет назад. Он дает понять, что у семьи было время обустроить выданный в городе участок.
Бытовка Колягиных
Время построить маленький скромный домик после смерти мужа у вдовы, и правда, было - но не было ни сил, ни денег. Тем более что вскоре беда вновь постучала в двери Колягиных: умерла невестка, и смотреть за маленькой девочкой Светлане пришлось самой. Встать на квартирный учет у них получилось только в этом году. Исходя из скорости, с какой выдают квартиры очередникам в этом регионе, ждать им придется не одно десятилетие.
Справедливости ради еще раз отметим: директор фирмы Шенцов готов обеспечить хотя бы ветхим, но жильем тех, кому в судебном порядке рекомендует съехать с территории своей турбазы.
Но случай Колягиных — отражение процессов, ставших для Крыма повседневными. Владельцы пансионатов, получившие в наследство от СССР людей и их служебные квартиры, делают все возможное, чтобы те освободили занимаемые площади. Судя по массовости и совокупности, этот «анатексис», превращающий малоимущих в бездомных, остановить невозможно.