Прогулка из Орджоникидзе вдоль подножия и по склонам Джан-Куторан
Последняя декада марта. Когда не дует пронизывающий ветер, не холодно, и не жарко, идеально прогуляться по диким просторам Феодосийского мелкогорья.Феодосийское мелкогорье образуют три невысоких, протяженных хребта, формирующих восточную оконечность (а по мнению местных жителей – начало) Главной гряды Крымских гор. Тепе-Оба, Узун-Сырт и Биюк-Янышар. Максимальная высота до 300 метров над уровнем моря. Протяженность 5-10 километров.
Биюк-Янышар тянется вдоль побережья – от пос. Орджоникидзе мимо Коктебеля, до трассы Судак - Феодосия, параллельно хребту Тепе-Оба. Возвышение Биюк-Янышара на участке от Орджо до Тихой бухты – гора Джан-Куторан (Джан-Хуторан) – с тюрского «спасение души», высотой 238 метров.
Целью поездки стала именно гора Джан-Куторан. Честно говоря, выбираться куда-либо в воскресенье большого желания не было. Работы накопилось через край. Но соблазн прогуляться несколько часов по окрестностям поселка Орджоникидзе был велик.
Во второй половине дня отправились в Орджо. Традиционная прогулка по набережной, почти пустынной, с закрытыми на зиму кафе и магазинчиками. Дальнейший маршрут сымпровизировали по ходу движения. Пройти по галечному пляжу бухты Провато, подняться на 1-й мыс, по песчаному пляжу ко 2-му мысу, а далее по обстоятельствам.
Из поселка, за компанию, всё путешествие сопровождала местная собачонка. Вела себя достойно, демонстрирую навыки бывалой туристки, хорошо знакомой со всеми тропинками местности.
Среди любителей пеших прогулок мы были не одиноки. На 1-м мысе встретили пару небольших групп и отдельных путешественников, увлеченно делающих селфи на фоне поселка и Кара-Дага. А вот на дальнейшем пути никого встретить не удалось.
У пляжа между 1-м и 2-м мысами, то тут, то там, из всего, что под руки попалось, сколочены-сложены хижины. Почти все в той, или иной степени разрушены. И только одна, наиболее обустроенная, с цветниками и целой инфраструктурой, похоже, что обитаема. Но окна и двери прочно заделаны или закрыты. Обиталище известного среди местных жителей Панчо, по слухам отошедшего уже в мир иной. Можно предположить, что фавела перешла по наследству то ли родственникам, то ли поклонникам.
Медленно, но уверенно продвигается весеннее возрождение. Цветущие фиолетовые и желтые ирисы, мелкие малиновые соцветия яснотки, почти незаметные нежно-голубые незабудки. Встретились по одному кустику морская горчица и темно-бордовая нонея.
На 4-м мысе, вершина которого имеет вид небольшого плато с травянистой растительностью, множество молодых побегов пиона тонколистного, желтых соцветий козельца, которого несведущий человек обозвал бы одуванчиком. Пару раз попались мелкие, до 1 см в диаметре, желто-белые цветки фиалки, почти незаметной в траве, а на южном склоне – белые, с нежно фиолетовым оттенком, соцветия резухи кавказской. Время эфемероидов – растений с коротким ранневесенним вегетационным периодом, когда солнце еще не способно сжечь их нежные лепестки.
Несмотря на пробивающуюся молодую зелень, склоны Биюк-Янышара кажутся безжизненными. Круто наклонно, вниз, к морю, подобно складкам наброшенного ковра, обрываются береговые клифы Джан-Куторан. Сложен хребет в основном глинами, песчаниками и конгломератами, доминируют глины. Именно поэтому здесь так ярко проявляются следы водной эрозии. Большая часть склонов – бедленды, лишенные травянистой растительности. После зимних ветров и осадков, натоптанные прошлым летом тропки вверх-вниз по склонам кажутся вылизанными языком какого-то огромного животного.
2-й мыс обошли берегом, пробираясь среди глыб конгломерата под высокими, почти вертикальными обрывами и вышли на галечный пляж. Огибать 3-й мыс по воде не было никакого желания. Вверх взбегает узкая тропка. Коллега предложила подниматься по ней: «Раз до нас натоптали тропу, значит, и мы пройдем». Прошли. Последний участок перед перевалом особенно впечатлил. Круто, осыпи, тропка почти теряется, а вниз лететь и лететь, но всё прошло благополучно.
Один из любителей окрестностей Орджоникидзе дал название 3-му мысу «Чокюрли-Бурун» из-за сходства с мордой носорога. Глядя на его профиль со стороны Орджоникидзе, трудно не согласиться с таким названием. В результате древнего прогиба слои горных пород здесь идут не горизонтально, а вертикально.
С вершины, глядя на запад, открывается вид на уютную бухточку с песчано-гравийным пляжем. Добраться сюда можно либо тропами, либо морем, так что угроза освоения и застройки этим местам не грозит, хотя… кто его знает, что могут задумать любители наживы – губители крымской природы.
С 3-го на 4-й мыс – всё также, по тропе вдоль крутого склона. Еще пара моментов с выбросом адреналина. И вот мы на небольшом плато вершины 4-го мыса. Открывается панорама Тихой бухты, мыса Хамелеон, а за ними – грандиозный Кара-Даг. Потраченные усилия полностью окупились великолепием увиденных пейзажей. И только рокот квадроциклов, гоняющих по пляжу Тихой бухты, диссонировал с эйфорией первооткрывателей.
Перекусив, поднимаемся по тропке на вершину Биюк-Янышара и ложимся на обратный курс в Орджо. Вдоль вершины накатана квадроциклами грунтовая дорога. Обратный путь оказался легкой прогулкой. На остановку у церкви св. Стефана Сурожского подошли буквально перед приездом автобуса. Грустно было расставаться с четвероногой спутницей, но здесь ее родная стихия, ее свобода. До следующей встречи, лохматый друг, до следующей встречи Орджо.