«Орешковая дипломатия»: как выпускник ТГУ Алексей Альпет перепридумал сибирские сладости
Студенческие годы – одна из вех, определяющих жизнь человека, а общность по отношению к вузу – повод для гордости. Где бы ни оказались выпускники Томского госуниверситета, какой бы профессиональный путь ни выбрали, Томск для них – alma mater. В третьем сезоне проекта «Выпускники ТГУ» мы собрали истории, как учились и с чего начинали люди, связавшие жизнь с предпринимательством и IT.
Технология успешного решения проблем имеет универсальный характер, вне зависимости от профессиональной специфики проблемы. Этому учил своих студентов Феликс Тарасенко, любимый преподаватель Алексея Альпета на международном факультете управления ТГУ. Сейчас у Алексея крупнейшая в России компания по производству кондитерских изделий из кедрового ореха - «Сибирский кедр». Как кризис 1998 года помог начать первый бизнес в «пищевке» и как мечта стать дипломатом реализовалась в переработке орехов – в специальном проекте Томск.ру «Выпускники ТГУ».
Гибкие навыки
Я из Стрежевого – города нефтяников, и большинство моих однокашников рассматривали для себя эту профессию. Один из главных «нефтяных» университетов России, Губкинский, проводил у нас двухлетние выездные курсы для подготовки к поступлению. Я, конечно, тоже туда ходил. Но мне быстро стало скучно – понял, что не мое. Хотелось чего-то более гуманитарного, например, интересны были языки. Начал изучать предложения в Томске и выбрал для себя международные отношения в ТГУ. Было плохо понятно, что это такое конкретно, но звучало красиво. Плюс манили перспективы. Декан Савелий Вольфсон всегда подчеркивал: «Вы все будете дипломатами!»
Но в начале 1990-х сложно было учиться (и особенно учить) тому, чего полноценно в нашей новой стране еще не существовало. После первого года наш курс (а это был второй набор отделения) даже ходил писать петиции: два семестра сплошной истории, сколько можно! На втором курсе я понял: не можешь изменить систему – меняй себя и свое положение в системе. Напротив нас находился международный факультет управления, я посмотрел расписание, и предметы мне понравились больше. Например, там была экономика, а я всегда любил цифры. За три месяца выучил английский язык до очень приличного уровня и поступил на МФУ. Учился сразу на двух факультетах, было не сложно - процентов 20-30 предметов совпадало.
«Отделение международных отношений я так и не закончил – ушел с четвертого курса, но именно там реализовалась моя страсть к языкам: было пять пар французского языка в неделю и три пары английского. А история дала в итоге хорошее понимание причинно-следственных связей. На всю жизнь запомнил фразу одного из преподавателей: «Каждая селедка - рыба, не каждая рыба - селедка. Различайте часть и целое». После школы такие простые истины – как озарение».
На МФУ я особенно полюбил системный анализ у Феликса Петровича Тарасенко, учившего нас решению проблем в управлении. На этих принципах строится образование MBA. Феликс Петрович был блестящим лектором, а еще – в каком-то смысле нашим «окном в мир»: он являлся членом Американского математического общества, регулярно бывал в Америке. Привозил и делился со студентами знаниями о системном подходе в бизнесе…
На третьем курсе я пошел стажироваться, а потом и работать в «Восточную нефтяную компанию» (из-за чего, собственно, и не получил второй диплом – перестало хватать времени на два факультета). Экономика в реальности сильно отличается от того, чему учат в теории, впрочем, университет – это место, которое дает тебе не конкретные профессиональные навыки, а системное мышление. Вузу всегда сложно успеть за меняющимся миром – любая учебная программа устаревает очень быстро. Нужны более гибкие подходы к своему образованию. Но университет учит учиться, и за то, что ТГУ мне этот навык дал, ему огромное спасибо».
«Университет – сильно отличающееся от школы сообщество, которое собирает отборных людей».
Чем бы накормить?..
Сейчас в каждом уважающем себя университете есть предпринимательский трек, о собственном бизнесе говорят еще со школы. В 1990-е мы, скорее, хотели выучиться на хороших управленцев младшего и среднего звена с перспективой роста. После получения диплома я продолжил работать наемным менеджером, 1998 год «застал» меня в банковской сфере в статусе начальника клиентского отдела. В августе 1998 года, когда рубль подешевел в четыре раза, из нашего банка уволили разом всех молодых…
К тому времени я успел скопить небольшой капитал – три тысячи долларов. Немного отойдя от болезненного увольнения, мы с моим партнером решили создать собственное дело. Одна из первых идей – купить макаронный аппарат и производить лапшу. Я привык все изучать – меня же в университете научили! – и обзвонил все объявления в «Желтых страницах». Выяснилось, что в Москве то же самое вдвое дешевле. Поехал, выбрал, привезли, поставили – и закрутилось. Макароны пошли отлично, они назывались «Домашние» и были реально очень вкусные, хотя и чуть дороже среднерыночной цены. Мы делали их из особенной алтайской муки – из твердых сортов пшеницы, считавшейся тогда экспериментальной.
Люди хвалили и просили еще, но мы быстро уперлись в потолок: возить макароны дальше чем за 250 км от Томска было невыгодно – если ты не бренд определенного уровня. Но чтобы вырасти до этого уровня, нам не хватило опыта, знаний в маркетинге. Потом были и другие «продуктовые» истории: выпускали, например, «советские» леденцы-петушки, конфеты-карандаши и т.д. Вообще, мы многие вещи в Томске придумывали первыми – и очень скоро находились последователи. Томск город активный и мобильный, любой бизнес мультиплицируется здесь быстро, потому что много молодежи с горящими глазами, которая идет по пятам. Ты все время должен что-то придумывать, чтобы быть впереди, поэтому мы с партнером постоянно искали – чем бы еще заняться?
В какой-то период я увлекся темой здорового питания. И подумал: я люблю орехи, большая часть из них импортируется – в России растет только кедровый орех, плюс немного фундука и грецкого ореха на Черном море. Почему бы нам самим не возить их из-за границы? Следующие 12 лет мы занимались орехами: привозили издалека, сушили, жарили, делали орехово-фруктовые смеси, восточные сладости. Это был реально классный продукт. Наш бренд назывался «Крепкий орешек» - как раз тогда Брюс Уиллис был популярен …
«Дипломатом я так и не стал, но благодаря бизнесу объездил массу стран. Ведь, например, кешью – это Южная Америка, Вьетнам, Бразилия, Индия. Турция – это фундук и абрикосы. Был даже в маленькой, но очень интересной стране Бенин, в Западной Африке, – оттуда тоже импортируется орех кешью. Знание языков очень пригодилось».
В 2014 году случился очередной обвал национальной валюты. Было очень больно: покупать сырье приходилось в долларах (и обязательства были взяты на полгода вперед), а продавать – в рублях. Как раз тогда началось поглощение мелких региональных сетей крупными федеральными гигантами, мелкие сети массово закрывались и «уносили» с собой наши деньги (за товар). Это были довольно большие потери. Даже мелькала мысль: может, вообще бросить все и не работать?..
Но не работать скучно, поэтому мы в скором времени придумали «диверсификацию» бизнеса. Наряду с другими видами орехов, мы уже тогда начали перерабатывать кедровый орех у себя на фабрике. И в период валютного кризиса он единственный остался более-менее доступным – растет практически за окном! На нашем производстве стояло много оборудования для восточных сладостей (из нуги и орехов). И мы решили попробовать сделать свои, сибирские сладости. Когда я представил первую конфету из кедрового орешка, все хохотали. Немногие в нас тогда поверили – зато потом многие стали нас копировать…»
«Сколько бы я не ездил по свету, всегда с большим удовольствием возвращаюсь в Томск. Это симпатичный город со своим духом и своей историей, который я, как предприниматель, могу сделать еще краше и комфортнее для проживания томичей и привлекательнее для гостей города».