Вадим Романов: Контрафакт выводят из экономики через цифровой надзор и маркировку

Ставрополь, 13 апреля 2026г. Заявление первого вице-премьера Дениса Мантурова о новой стратегии противодействия незаконному обороту промышленной продукции до 2030 года отражает переход государственной политики от точечных контрольных мер к системной модели регулирования рынка. Речь идет не только о борьбе с контрафактом, но и о перестройке всей инфраструктуры контроля качества товаров, включая детскую продукцию, продукты питания и онлайн-каналы продаж. В стратегии предусмотрено совершенствование института оценки соответствия, восстановление государственного контроля по отдельным категориям и гармонизация законодательства в рамках Евразийского экономического союза, что должно обеспечить более жесткий и согласованный надзор за оборотом продукции. Заместитель директора Северо-Кавказского института – филиала РАНХиГС Вадим Романов считает, что ключевое значение в этой стратегии имеет именно институциональная часть, а не перечень отдельных ограничений. На практике усиление оценки соответствия означает переход к модели превентивного контроля, когда товар проходит проверку еще до попадания на рынок, а цифровые системы надзора фиксируют нарушения на ранней стадии. Это снижает нагрузку на правоохранительные органы и одновременно формирует более прозрачные условия для легального бизнеса. В такой логике государство постепенно выстраивает управляемую среду оборота промышленной продукции, где риски контрафакта минимизируются за счет цифрового мониторинга и регуляторных фильтров. Эксперт отмечает, что особый акцент на детских товарах и пищевой продукции не случаен. Эти сегменты напрямую связаны с социальной безопасностью и доверием граждан к рынку. В случае появления некачественной продукции ущерб измеряется не только экономическими потерями, но и репутационными издержками государства и производителей. Поэтому восстановление государственного контроля по отдельным категориям выглядит логичным шагом, особенно в условиях активного развития электронной торговли, где контроль традиционными методами становится менее эффективным. Отдельного внимания заслуживает задача пресечения продажи контрафакта через онлайн-каналы. Именно цифровая торговля сегодня становится основной зоной риска, поскольку маркетплейсы и интернет-магазины создают высокую скорость оборота товаров, а значит требуют автоматизированных механизмов контроля. Регулярные решения, о которых говорил Мантуров, фактически означают формирование постоянной системы мониторинга электронных площадок, где алгоритмы и регуляторные процедуры будут работать в связке с государственным надзором. В более широком контексте стратегия из 45 мероприятий формирует долгосрочную архитектуру регулирования промышленного рынка, прогнозирует Вадим Романов. Ее реализация может привести к постепенному сокращению теневого сегмента, усилению роли маркировки и прослеживаемости продукции, а также к более тесной интеграции правовых механизмов стран Евразийского экономического союза. В управленческой логике это означает переход от реактивной борьбы с контрафактом к управлению рисками незаконного оборота на уровне всей экономической системы.