Велосипед: минский путь и ставропольские реалии

На гражданском форуме «Вместе», который недавно состоялся в Ставрополе, отдельная секция была посвящена развитию велоинфраструктуры. Корреспондент «Победы26» пришёл к выводу: у города хорошие перспективы, было бы желание. Но важно брать хороший пример. Велосипедную тему на форуме открыл велоофицер и представитель «Минского велосипедного общества» Павел Нищенко. Про Ставрополь говорили мало, зато слушатели могли узнать «как там у них».

Опыт довольно показательный. Десяток лет назад в Минске не было велоинфраструктуры, зато были жёсткие правила дорожного движения. Велосипедисты не только не могли пересекать проезжую часть по зебре, как и в России, но ещё им было запрещено выезжать на дорогу и вообще кататься в гололёд.
Долго так продолжаться не могло, и со временем велосипедисты стали объединяться и просить у властей изменить ситуацию. И перемены начали происходить.
Прорывом стало строительство длинной и непрерывной веломагистрали почти через весь город. Благодаря этому жители увидели заботу о велосипедистах и стали больше кататься. Количество велодорожек продолжило расти и дальше. Также у сотен пешеходных переходов появилась специальная разметка, по которой можно проезжать не спешиваясь, что позволяет ездить по делам, не затрачивая лишних сил.

Но самое главное — это то, что генплан Минска переделали с приоритетом на комфорт пешеходов, затем — велосипедистов, а лишь потом — автомобилистов.
Конечно, сейчас не всё идеально. По словам Павла, периодически происходят «откаты»: то велодорожки начнут строить хаотично, то из плитки выложат, чтобы поддержать какое-то предприятие, но общий вектор движения при этом не меняется.
Статистика покажет
И это видно по цифрам: в Минске уже один процент всех поездок по городу совершается на велосипеде, а сейчас цифра приближается к двум процентам. Конечно, до мировых столиц, где по 40–50 процентов, ещё далеко, но по сравнению с началом пути это серьёзный результат.
Ещё один показатель — это отсутствие смертельных аварий с велосипедистами за последние три года. В Ставрополе гораздо меньше населения, но такой статистикой он похвастаться не может.

В чём секрет?
Нищенко рассказал, что главным ингредиентом в рецепте успеха является сильная команда, которая сформировалась сплочённым комьюнити. Насколько сильно оно развито? Для примера скажу, что как велоофицер Павел получает зарплату, которую ему платит некоммерческое «Минское велосипедное общество».
Ставропольский велопсихолог Алан Мисиков отметил, что подобная практика европейского уровня может быть полезна и Ставрополю:

«Я думаю, этот опыт тоже можно принять к сведению, чтобы постоянная коммуникация с властью была через человека, который вхож во все кабинеты. Который доносил бы не субъективное мнение, не отсебятину, а именно мнение в виде конкретных предложений, уже обсуждённых в социальных сетях и велосообществах», — говорит Мисиков.

Ставрополю, по его словам, важен именно качественный аргументированный разговор без претензий, но с реальными идеями. Как это было в Минске.
Нищенко рассказал, что велосипедисты, которые были вроде изгоев в городе, начали находить соратников в администрации, ГАИ, дорожных управлениях. В итоге теперь вместе с велосипедистами сотрудники этих ведомств разрабатывают новаторские экспериментальные планы, как сделать движение более комфортным и безопасным для всех участников.

На вопрос, возможно ли, по его мнению, развитие велосипеда в Ставрополе, Павел ответил весьма обнадёживающе:

«За всё время я не видел ни одного города вообще, где невозможно было бы сделать хорошую велоинфраструктуру».

Какое дело нам до Минска?
Минск идеологически, исторически, культурно да и как угодно иначе ближе Ставрополю, чем какой-нибудь Копенгаген, Оулу или Роттердам. Эти города  далеки настолько, что приглядываться к их опыту не имеет смысла, он кажется почти не существующим. Но вот Минск проложил и наметил путь для Ставрополя от почти идентичных стартовых позиций к желаемому будущему. Так почему бы не пойти по нему? Зачем, как говорится, изобретать велосипед?
Текст: Никита Пешков
Фото: Эдуард Корниенко, общественная организация «Наша инициатива»