По небесным грядкам. Дополнение 4. Тропа Грина
0
3467
…Я шёл через Амеретскую долину, диким и живописным путём, но есть что-то недоброе, злое в здешних горах — отравленная пустынная красота. Я вышёл на многоверстное сухое болото; под растрескавшейся почвой кричали лягушки; тропа шла вдоль глубокого каньона с отвесными стенами. Духи гор показывались то в виде камня странной формы, то деревом, то рисунком тропы.
Те, кто читал историю моего похода, разумеется уже узнали эту цитату из письма Александра Грина коллеге по писательскому ремеслу.
Разумеется, прочитав такое заманчивое описание, мне тоже захотелось увидеть отравленную пустынную красоту и подземных лягушек. Однако в результате я всего лишь натер ноги и получил солнечные ожоги на руках, когда по жаре плелся, сбиваясь с дороги и чертыхаясь, в Старый Крым. Ни одного самого плюгавого духа, ни глубокого каньона, ни даже сухого болота, не то что многоверстного, но хоть какого.
Последующие изыскания в Интернете показали, что я шел не там, где нужно. Да, на картах эта дорога действительно подписана как тропа Грина, но она идет через балку Османов Яр, а Грин ходил через Амеретскую долину, то есть совсем в другом месте. То же, что нарисовано на карте, на самом деле представляет собой путь, которым в Коктебель спускались участники Гриновских фестивалей, проводившихся в 60-е годы.
Мне конечно очень хочется спросить у их участников: зачем же вы назвали свой путь именем Грина, если его там и близко не было? Но боюсь, что они бы сделали невинные глаза и спросили: а как же мы еще должны были его назвать? И ведь правда, не тропой же Сетона-Томпсона.
Ладно, мы пойдем другим путем. Теперь по настоящей Амеретской долине, где наконец увидим отравленную пустынную красоту.
Начало традиционное. Дом Волошина в Коктебеле. Воспет уже столько раз и в таких слащавых тонах, что добавлять еще и свои три копейки не хочется совсем.
1.
От дома Волошина добираемся до коктебельского рынка и от него бодро шагаем на север. На этот раз никаких блужданий по раскаленным почвам, никаких вонючих автомобильных трасс, как прошлый раз.
Судя по строящимся домам, благосостояние коктебельцев непрерывно растет. До моря тут расстояние приличное, так что это вряд ли для отдыхающих.
2.
Первый раз в жизни вижу такое чудо - между поселками проложена пешеходная тропка из плиток. Учитывая, что вчера прошел сильный дождь и земля размокла, очень кстати.
3.
Дальше я вышел на проселочную дорогу и как обычно решил немного срезать. В результате - опять же как обычно - я оказался, как выражаются американцы, in the middle of nowhere. На этот раз "нигде" имело как раз форму наглухо пересохшего ставка или болота, в котором почва растрескалась где-то на полметра вглубь. Жаль, не сфотографировал.
Потом я долго лез по краешку болота, но увы, ни одной лягушки, квакающей из-под земли, не увидел и не услышал. Наверное, не сезон.
В конце концов, я оказался на другом проселке.
М-да, вид скучноватый, но до описанной романтики все равно далеко. Пустынность имеется, но отравленности как-то не заметно. Впрочем, красоты тоже.
Просто небольшие холмы немарких цветов, натыканные там и сям.
4.
Однообразный пейзаж немножко разбавлен зеленеющими виноградниками. За ними возвышается холм повыше с непонятно почему красным бочком.
5.
Идем вперед, а холмик этот все растет и растет в размерах, оказываясь натуральной горой. На вершине ее имеется какая-то конструкция, а подходы к горе преграждает натуральный марсианский пейзаж.
6.
А это ничто иное, как село Наниково, спрятавшееся в чем-то типа кратера. Горная стена, слегка возвышающася за ним, - это гора Клементьева, она же Узун-Сырт ("длинная спинаЭ). То самое место, благодаря которому Коктебель в свое время переименовали в Планёрское. Именно над ней летали все эти знаменитые планеристы, включая Королёва и Арцеулова, время от времени устраивая там собственные фестивали. Там постоянно дует ветер, причем вверх, создавая восходящие потоки.
7.
Гора все ближе и все солиднее. Называется она, кстати, Коклюк. Теперь уже видно, что на ее верхушке стоит беседка, а один бок зарос какими-то красными кустами. Вообще-то нормальные люди заезжают на нее на личных авто по пологому склону, но мне надо промерить её лично. Поэтому мой путь вот по этой крутой тропинке.
8.
Вот и красота появилась. Но ничего отравленного в ней я не вижу. Живописные камни, поросшие лишайником, выгодно выделяются на фоне неяркой местности, пошедшей складками как подушки Дюрера.
9.
Опа! То, что издалека казалось невнятными камнями, на самом деле - огромные фигуры выветривания. И выглядят они так, будто их специально строили из отдельных плит для привлечения туристов. Но нет - всё это проделки самой природы.
10.
11.
12.
Взгляд на село Наниково с высоты. Большое серое пятно - начисто пересохшее водохранилище. Возможно, лягушки живут там, но идти их изучать уж слишком далеко.
13.
Сменим направление обзора и видим теперь очень даже знакомую местность. Вот там слева ровная дорога, а от нее ответвляется тонкая ниточка - именно так я и шел в походе, впереди меня вставали горы и мне казалось, что за ними нечто необыкновенное и неслыханное. А потом я балансировал на дамбе, которая наверху узкая-преузкая, и все время боялся съехать с неё в воду.
14.
15.
Ну как же без фотосессии? Как там писал Николай Васильевич? Только где-нибудь поставь какой-нибудь памятник или просто забор - черт их знает откудова явятся делать там селфи.
16.
А теперь передо мной как на ладони мое прошлое и будущее. Справа на горизонте под синей горой Агармыш городок Старый Крым. Прошлый раз я шёл в него, обойдя вот эту большую зеленую гору слева. А теперь пойду справа. Граница между зеленым и коричневым и есть та самая Амеретская долина.
17.
Накатанная трасса обходит Коклюк, и идти по ней очень уж далеко, поэтому я спустился вниз по методу д-ра Александры, то есть без всяких тропинок, наобум, прямо по сыпучим камням. Зато теперь понятно, почему весь бок горы красный - он зарос скумпией, которая осенью принимает прямо-таки пожарный цвет.
18.
Под горой шла дорога, но она снова уводила куда-то в сторону, поэтому я еще раз полез вниз без всякой тропы. Естественно, попал в колючие заросли, в которых приходится очень сильно петлять, пытаясь вырваться из сплошного шибляка. Но первый раз, что ли?
19.
Наконец вполне приличная проселочная дорога, окруженная все той же скумпией. На ней меня обогнал джип с любопытными матрасниками, приехавшими, очевидно, из того же Коктебеля.
20.
Красиво ведь, хоть красота эта и неброская. Но не отравленная же...
21.
Вот, собственно, и спуск в долину.
22.
Сама долина не представляет собой ровно ничего интересного. Дорога все время идет по лесу, обзора никакого, лишь с одной стороны все время тянется правый борт долины - однообразные холмы, стоящие сплошной стеной.
23.
24.
Часа через два лес наконец заканчивается и что-то становится видно.
25.
Это не деревня, а какая-то частная территория, огороженная для культурного отдыха. Рыбалка, шашлыки, ночные оргии и всё такое.
26.
Еще полтора часа по холмам, но солнце уже заходит, надо спешить и фотографии делать уже некогда. Разве что только перед самым Старым Крымом. Не знаю почему, но на закате там всегда очень красивые облака. Проверено уже несколько раз.
27.
И вот я уже почти у цели. Передо мной старокрымская Аркадия во всей своей идиллической красе.
28.
А дальше я бегом прошвырнулся по улице Лекспартизанской, выскочил на уже закрытую автостанцию, дождался керченского автобуса и блаженно кайфовал в его уютном неярко освещенном теплом чреве, где играла красивая музыка - не богомерзкий рок, не гадкая попса и уж конечно не рэп, прости господи, а что-то такое легко-джазовое, под которое на лобовое стекло нанизывались все новые и новые километры.
Ах, да, а как же с Грином? Констатирую - романтик, он романтик и есть. Амаретская долина ну никак не похожа на глубокий каньон, лягушки под землей не живут, а единственное место, где Грин мог видеть камни странной формы и принимать их за духов гор, - это гора Коклюк. Да только обходил он ее с другой стороны, где никаких фигур вовсе нет.
Объяснение я вижу самое простое. Писатель был тогда уже тяжело болен, практически при смерти, это было одно из последних его путешествий, так что и восприятие этих мест было у него мрачное и не сильно реалистическое.
На самом деле тут классно и без всяких духов. Если будете поблизости - обязательно заезжайте.
Те, кто читал историю моего похода, разумеется уже узнали эту цитату из письма Александра Грина коллеге по писательскому ремеслу.
Разумеется, прочитав такое заманчивое описание, мне тоже захотелось увидеть отравленную пустынную красоту и подземных лягушек. Однако в результате я всего лишь натер ноги и получил солнечные ожоги на руках, когда по жаре плелся, сбиваясь с дороги и чертыхаясь, в Старый Крым. Ни одного самого плюгавого духа, ни глубокого каньона, ни даже сухого болота, не то что многоверстного, но хоть какого.
Последующие изыскания в Интернете показали, что я шел не там, где нужно. Да, на картах эта дорога действительно подписана как тропа Грина, но она идет через балку Османов Яр, а Грин ходил через Амеретскую долину, то есть совсем в другом месте. То же, что нарисовано на карте, на самом деле представляет собой путь, которым в Коктебель спускались участники Гриновских фестивалей, проводившихся в 60-е годы.
Мне конечно очень хочется спросить у их участников: зачем же вы назвали свой путь именем Грина, если его там и близко не было? Но боюсь, что они бы сделали невинные глаза и спросили: а как же мы еще должны были его назвать? И ведь правда, не тропой же Сетона-Томпсона.
Ладно, мы пойдем другим путем. Теперь по настоящей Амеретской долине, где наконец увидим отравленную пустынную красоту.
Начало традиционное. Дом Волошина в Коктебеле. Воспет уже столько раз и в таких слащавых тонах, что добавлять еще и свои три копейки не хочется совсем.
1.
От дома Волошина добираемся до коктебельского рынка и от него бодро шагаем на север. На этот раз никаких блужданий по раскаленным почвам, никаких вонючих автомобильных трасс, как прошлый раз.
Судя по строящимся домам, благосостояние коктебельцев непрерывно растет. До моря тут расстояние приличное, так что это вряд ли для отдыхающих.
2.
Первый раз в жизни вижу такое чудо - между поселками проложена пешеходная тропка из плиток. Учитывая, что вчера прошел сильный дождь и земля размокла, очень кстати.
3.
Дальше я вышел на проселочную дорогу и как обычно решил немного срезать. В результате - опять же как обычно - я оказался, как выражаются американцы, in the middle of nowhere. На этот раз "нигде" имело как раз форму наглухо пересохшего ставка или болота, в котором почва растрескалась где-то на полметра вглубь. Жаль, не сфотографировал.
Потом я долго лез по краешку болота, но увы, ни одной лягушки, квакающей из-под земли, не увидел и не услышал. Наверное, не сезон.
В конце концов, я оказался на другом проселке.
М-да, вид скучноватый, но до описанной романтики все равно далеко. Пустынность имеется, но отравленности как-то не заметно. Впрочем, красоты тоже.
Просто небольшие холмы немарких цветов, натыканные там и сям.
4.
Однообразный пейзаж немножко разбавлен зеленеющими виноградниками. За ними возвышается холм повыше с непонятно почему красным бочком.
5.
Идем вперед, а холмик этот все растет и растет в размерах, оказываясь натуральной горой. На вершине ее имеется какая-то конструкция, а подходы к горе преграждает натуральный марсианский пейзаж.
6.
А это ничто иное, как село Наниково, спрятавшееся в чем-то типа кратера. Горная стена, слегка возвышающася за ним, - это гора Клементьева, она же Узун-Сырт ("длинная спинаЭ). То самое место, благодаря которому Коктебель в свое время переименовали в Планёрское. Именно над ней летали все эти знаменитые планеристы, включая Королёва и Арцеулова, время от времени устраивая там собственные фестивали. Там постоянно дует ветер, причем вверх, создавая восходящие потоки.
7.
Гора все ближе и все солиднее. Называется она, кстати, Коклюк. Теперь уже видно, что на ее верхушке стоит беседка, а один бок зарос какими-то красными кустами. Вообще-то нормальные люди заезжают на нее на личных авто по пологому склону, но мне надо промерить её лично. Поэтому мой путь вот по этой крутой тропинке.
8.
Вот и красота появилась. Но ничего отравленного в ней я не вижу. Живописные камни, поросшие лишайником, выгодно выделяются на фоне неяркой местности, пошедшей складками как подушки Дюрера.
9.
Опа! То, что издалека казалось невнятными камнями, на самом деле - огромные фигуры выветривания. И выглядят они так, будто их специально строили из отдельных плит для привлечения туристов. Но нет - всё это проделки самой природы.
10.
11.
12.
Взгляд на село Наниково с высоты. Большое серое пятно - начисто пересохшее водохранилище. Возможно, лягушки живут там, но идти их изучать уж слишком далеко.
13.
Сменим направление обзора и видим теперь очень даже знакомую местность. Вот там слева ровная дорога, а от нее ответвляется тонкая ниточка - именно так я и шел в походе, впереди меня вставали горы и мне казалось, что за ними нечто необыкновенное и неслыханное. А потом я балансировал на дамбе, которая наверху узкая-преузкая, и все время боялся съехать с неё в воду.
14.
15.
Ну как же без фотосессии? Как там писал Николай Васильевич? Только где-нибудь поставь какой-нибудь памятник или просто забор - черт их знает откудова явятся делать там селфи.
16.
А теперь передо мной как на ладони мое прошлое и будущее. Справа на горизонте под синей горой Агармыш городок Старый Крым. Прошлый раз я шёл в него, обойдя вот эту большую зеленую гору слева. А теперь пойду справа. Граница между зеленым и коричневым и есть та самая Амеретская долина.
17.
Накатанная трасса обходит Коклюк, и идти по ней очень уж далеко, поэтому я спустился вниз по методу д-ра Александры, то есть без всяких тропинок, наобум, прямо по сыпучим камням. Зато теперь понятно, почему весь бок горы красный - он зарос скумпией, которая осенью принимает прямо-таки пожарный цвет.
18.
Под горой шла дорога, но она снова уводила куда-то в сторону, поэтому я еще раз полез вниз без всякой тропы. Естественно, попал в колючие заросли, в которых приходится очень сильно петлять, пытаясь вырваться из сплошного шибляка. Но первый раз, что ли?
19.
Наконец вполне приличная проселочная дорога, окруженная все той же скумпией. На ней меня обогнал джип с любопытными матрасниками, приехавшими, очевидно, из того же Коктебеля.
20.
Красиво ведь, хоть красота эта и неброская. Но не отравленная же...
21.
Вот, собственно, и спуск в долину.
22.
Сама долина не представляет собой ровно ничего интересного. Дорога все время идет по лесу, обзора никакого, лишь с одной стороны все время тянется правый борт долины - однообразные холмы, стоящие сплошной стеной.
23.
24.
Часа через два лес наконец заканчивается и что-то становится видно.
25.
Это не деревня, а какая-то частная территория, огороженная для культурного отдыха. Рыбалка, шашлыки, ночные оргии и всё такое.
26.
Еще полтора часа по холмам, но солнце уже заходит, надо спешить и фотографии делать уже некогда. Разве что только перед самым Старым Крымом. Не знаю почему, но на закате там всегда очень красивые облака. Проверено уже несколько раз.
27.
И вот я уже почти у цели. Передо мной старокрымская Аркадия во всей своей идиллической красе.
28.
А дальше я бегом прошвырнулся по улице Лекспартизанской, выскочил на уже закрытую автостанцию, дождался керченского автобуса и блаженно кайфовал в его уютном неярко освещенном теплом чреве, где играла красивая музыка - не богомерзкий рок, не гадкая попса и уж конечно не рэп, прости господи, а что-то такое легко-джазовое, под которое на лобовое стекло нанизывались все новые и новые километры.
Ах, да, а как же с Грином? Констатирую - романтик, он романтик и есть. Амаретская долина ну никак не похожа на глубокий каньон, лягушки под землей не живут, а единственное место, где Грин мог видеть камни странной формы и принимать их за духов гор, - это гора Коклюк. Да только обходил он ее с другой стороны, где никаких фигур вовсе нет.
Объяснение я вижу самое простое. Писатель был тогда уже тяжело болен, практически при смерти, это было одно из последних его путешествий, так что и восприятие этих мест было у него мрачное и не сильно реалистическое.
На самом деле тут классно и без всяких духов. Если будете поблизости - обязательно заезжайте.