Маргариту лишили голоса. «Королева Марго» поссорила Жигунова и Харатьяна
Сериалы для нового российского телевидения начали снимать чуть ли не сразу после распада СССР. Образы были — ещё советские зрители увидели мексиканские мыльные оперы «Богатые тоже плачут» и «Рабыня Изаура», чуть позже к нам пришла и «Санта-Барбара», ставшая именем нарицательным. Так, в 1994-м вышли «Петербургские тайны» по роману Всеволода Крестовского, в 1995-м — детективный «На углу, у Патриарших», а в 1996-м до ТВ наконец добрался долгострой Краснопольского и Ускова «Ермак». Ещё одним хитом 1996 года стала экранизация романа Дюма «Королева Марго», премьера которой состоялась 7 сентября.
Ещё немного Дюма
Фильмы по книгам Дюма в СССР всегда пользовались большой популярностью — были французские версии «Трех мушкетеров», в том числе и пародийная, советский фильм Георгия Юнгвальд-Хилькевича, уже в восьмидесятые была снята картина по «Графу Монте-Кристо» — «Узник замка Иф» с Виктором Авиловым. Так что нет ничего удивительного, что популярный актер Сергей Жигунов для своего дебюта в качестве продюсера взялся за ещё один роман французского писателя — «Королеву Марго», первую книгу из цикла о второй половине XVI века. Напомним, что главным событием этой «Королевы» стала Варфоломеевская ночь 1572 года, когда после свадьбы короля Наваррского Генриха де Бурбона (будущий король Генрих IV) и принцессы Маргариты, сестры короля Франции Карла IX, католики устроили гугенотам резню. Главные герои — дворяне де Ла Моль и де Коконнас — находятся в разных лагерях, но их судьба оказывается связанной друг с другом и с королевой Марго.
Отказ от Воланда
Сериал снимался не в самые простые времена — советский кинематограф уже ушел в прошлое, российский фактически создавался с нуля, а амбициозный проект Жигунова требовал именно советского подхода. «Королева Марго» — это костюмный исторический фильм, весьма точная экранизация литературного оригинала, которая в середине 1990-х требовала немалого бюджета. Поэтому съемки растянулись — работа над фильмом заняла около двух лет, были целые месяцы простоя, пока Жигунов искал деньги. Впрочем, на актерский состав эти задержки почти не повлияли.
Вообще в сериале был собран буквально цвет российских актеров того времени. Сам Жигунов прославился ещё в восьмидесятые после фильма Светланы Дружининой «Гардемарины, вперед» — и для себя он присмотрел роль де Коконнаса; роль де Ла Моля практически без проб получил его друг и коллега по «Гардемаринам» Дмитрий Харатьян. Вспоминали, что на роль астролога мэтра Ренэ сначала позвали Валентина Гафта, но тот только что снялся у Юрия Кары в роли Воланда, и от предложения отказался; его заменил Сергей Юрский. Не захотела играть королеву-мать Анастасия Вертинская (кстати, Маргарита из экранизации Кары), и вместо неё эта роль досталась Екатерине Васильевой.
Остальные роли почти поровну разделили молодые и опытные актеры. Дмитрий Певцов стал Генрихом Наваррским, Михаил Ефремов — Карлом IX, Борис Клюев — герцогом де Гизом; ещё были Николай Караченцов, Михаил Боярский, Вера Сотникова, Армен Джигарханян. Сложности, как вспоминали участники съемок, были только с актрисой на роль Маргариты — и работу над сериалом начали без неё; лишь потом на площадке появилась Евгения Добровольская, тогдашняя супруга Михаила Ефремова — вроде бы её кандидатуру предложил режиссер «Королевы...» Александр Муратов, а Жигунов согласился от безысходности.
Никакого продолжения
Съемки проходили с определенным размахом. Если дворцовые интерьеры — это, по большей части, павильоны «Мосфильма», то натуру нашли в музее-заповеднике «Царицино», а средневековый Париж — в небольшом городке в Чехии, где сохранились здания XV–XVI веков. Сами съемки заняли около года, потом начался монтаж и озвучание — и на этом этапе случились несколько конфликтов, один из которых закончился ссорой Жигунова и Харатьяна.
Версий этой ссоры, как водится, несколько. Жигунов позже рассказывал об обычном бытовом конфликте, после которого дружба двух актеров, начавшаяся на съемках первого фильма «гардемаринской» серии, прекратилась сама собой. Харатьян рассказывал, что дело было в неуважении к актерам сериала — Жигунов вжился в роль продюсера и начал делать всё по-своему, не прислушиваясь к чужому мнению. Одним из его решений, к примеру, была переозвучка героини Добровольской — Жигунов хотел более мягкий тембр голоса; для этого позвали актрису Наталью Казначееву. Харатьян вроде бы высказал сомнения в том, что это удачное решение; Жигунов обиделся — и переозвучил ещё и своего бывшего приятеля (его голосом стал актер и бард Алексей Иващенко). Но вообще волна переозвучки была в «Королеве Марго» мощной — другими голосами говорили герои Ефремова и Сотниковой (она играла графиню Анриетту Неверскую, за которую говорила Анна Каменкова). Любопытно получилось с Евгением Дворжецким, который играл Генриха Анжуйского — этот персонаж говорил голосом актера Владимира Вихрова, а сам Дворжецкий озвучил герцога Алансонского, которого играл Виктор Аболдуев.
Жигунов задумывал этот сериал как начало масштабного проекта по экранизации романов Дюма. Одновременно с «Королевой Марго» снимался телефильм и по следующей книге цикла, «Графине де Монсоро»; этот сериал вышел в январе 1998 года. Жигунов хотел снять фильм и по роману «Сорок пять», завершающей части трилогии о гугенотских войнах во Франции XVI века, но тут взбунтовались актеры, которые работали над этим проектом уже несколько лет. Наотрез отказался от дальнейшей работы Певцов; в декабре 1999-го погиб Евгений Дворжецкий. В итоге экранизация остановилась на втором сериале.
Любопытно, что Жигунов рассчитывал на успех «Королевы Марго» и сиквела у молодежи, но просчитался — сериал понравился более возрастным зрителям, привыкшим к советским фильмах с их не слишком торопливым развитием сюжета. Ну а у молодежи в те годы были совсем другие приоритеты.