«В жизни не смогу отказаться от сладкого!» Лыжница Булычева о лучшем сезоне в карьере, детстве в деревне и менталке

Интервью с призером чемпионата России.

Екатерина Булычева — открытие лыжного сезона 2025/26.

Ей 25, она родилась в Кировской области, но бегает за Ленинградскую.

В этом сезоне Булычева впервые громко заявила о себе. На Кубке России в Сыктывкаре она стала второй в командном спринте, а на чемпионате России 2026 года в Южно-Сахалинске взяла серебро в женской и смешанной эстафетах, а также бронзу в 50-километровом масс-старте. Ранее лыжница таких высоких результатов не показывала.

Sport24 познакомился с Булычевой и узнал, что помогло ей так раскрыться именно сейчас.

— Ты родом из города Зуевка Кировской области. Каким было твое детство там?

— Скучно не было. Когда меня отдали в лыжную секцию, мы с ребятами и на тренировки ходили вместе, и гулять, если было время. Несмотря на это, я все равно меньше уделяла этому времени, потому что были тренировки. Папа учил, что, если ты что-то начал, надо делать качественно. И для меня это в первую очередь были занятия в секции. Я могла даже с уроков в школе отпрашиваться, чтобы успеть сделать тренировку. Только после этого я была свободна.

Мы с друзьями и гуляли, и шалаши строили, и в карты играли, и с палками бегали, и гадали с девочками. Помню, как какие-то корни ели. Они хрустели как морковка. Чего только не было. Детство в деревне — оно особенное. Мой молодой человек вырос в Санкт-Петербурге, и он этого не понимает. В большом городе все иначе. В тапочках и пижаме на улицу гулять не выйдешь, а в деревне — запросто. Там свобода, никаких тебе многоэтажек. Простор, да и только.

— Ты в семье не единственный ребенок. У тебя есть сестра. В детстве, как ты признавалась, вы дрались, ненавидели друг друга, вредничали, но с возрастом стали близки. Самый негативный и позитивный момент ваших взаимоотношений?

— В детстве мы реально могли жестко подставлять друг друга перед родителями. Прям вот напакостить. Со стороны это некрасиво выглядело. Какое-то непонятное соперничество было, ревность.

Я очень рада, что наши отношения сейчас не такие. Мы начали с сестрой больше общаться, когда она родила ребенка. Постепенно стали делиться друг с другом секретами, рассказывать о своих жизненных проблемах.

— Родители — каков их вклад в тебя?

— Мне еще в детстве заложили, что делать то, что начал, нужно качественно, до конца и с полной самоотдачей. Поэтому для меня спорт был и остается на первом месте.

Большое спасибо родителям за моральную и душевную поддержку. Финансово они тоже очень помогли. Как только меня отдали в секцию, папа купил экипировку, считая, что у меня должно быть все самое лучшее. На то время иметь все это было шикарно.

Сейчас я максимально чувствую, что весь их вклад в меня, все жертвы, на которые приходилось идти, принесли свои плоды. Вера родителей дала мне стимул ко всему, что есть в жизни.

— В лыжные гонки ты попала благодаря школьному учителю физкультуры. Вспомни, как это было.

— В третьем классе все случилось. Я была активная. Учитель физкультуры это заметил и привел к моему первому тренеру в лыжную секцию. У нас городок маленький, поэтому все друг друга знают.

Первый тренировочный год был в игровой форме. Мы и на лыжах, конечно, катались, но еще не на очень серьезном уровне. Мне как-то сразу все понравилось. Плюс база в двух минутах от дома. Это было очень удобно.

— Был вариант связать свою жизнь не со спортом?

— Не знаю. Я просто ничего больше и не пробовала, кроме лыжных гонок. Занималась еще легкой атлетикой — бегала. Просто мне там не нравилось так, как в лыжах.

— Тренер Анатолий Наговицын отмечал твою работоспособность, старательность, трудолюбие, упорство в достижении намеченных целей. А какие у тебя есть слабости?

— Сладкое (смеется). Я не знаю, как у меня хватает финансов на это. Не могу без сладкого. Казалось, раньше я только им и питалась. Я, наверное, никогда в жизни не смогу отказаться от него.

Хорошо, что у меня сейчас здоровые отношения и со сладким, и со всей едой.

— На Кубке России в Казани ты получила майку самой дерзкой лыжницы. В жизни ты такая же дерзкая, как и на дистанции?

— Я — человек, который воспринимает все близко к сердцу. При этом могу повести себя жестко, дерзко. Мне из-за этого порой бывает неловко. Хотя я никому никогда просто так ничего не говорю. Если ко мне грубо, кто-то попался под горячую руку, могу быть жесткой. Ничего не могу с этим поделать.

— Когда-то ты ставила себе целью как можно больше побеждать. Это до сих пор главное желание или, может быть, ты стала мыслить, как многие, более глобально? Например, выиграть Олимпиаду, дебютировать на международных стартах.

— Моя цель — победить себя. В начале этого сезона я ставила себе цель — быть в топ-20 в гонках. Для меня это было бы хорошо. Так и получилось. Потом сил стало больше, я поняла, что могу показать результат еще выше. К чемпионату России поняла, что надо стараться быть в топ-10. Я ведь никогда так не выступала. Когда у меня в Южно-Сахалинске не получился скиатлон и я финишировала 17-й, очень расстроилась. Поняла, что совершила грубые ошибки. Потом получилось их исправить и выполнить поставленные цели. Это круто.

Вот так шаг за шагом в своей карьере я и двигаюсь. Анализирую, что сделала хорошо, что плохо, исправляю ошибки. Глобально я не мыслю. У меня все плавно. Если попадаю в топ-10, значит, дальше должна не только подтверждать эти результаты, но и стремиться быть в топ-5, в топ-3.

— Многие лыжники подавали заявку на нейтральный статус. Ты это делала?

— Мне сейчас нет смысла. Я еще не настолько стабильна и сильна. Мне нужно в Росси для начала быть таковой и показывать высокие результаты. Если я пойму, что все идет так, как я задумала, начну думать о нейтральном статусе.

— Тебе уже 25. Для лыжных гонок ты уже давно не ребенок. Довольна тем, как складывается карьера?

— Да, конечно. Я начала думать головой, поменялось мышление. Теперь понимаю, зачем и для чего делаю ту или иную тренировку, выходя на гонку, знаю, как побегу. Не жалею, что только сейчас раскрываюсь. Кто-то скажет, что я уже старая и все такое, но я так не считаю. У каждого человека все индивидуально — кто-то раньше о себе заявляет, кто-то — позже. Если сравнивать с прошлыми годами, я довольно тем, как выросла, как пошли вверх мои результаты.

— Нынешний сезон по результатам у тебя лучший в карьере. Согласна?

— Конечно, согласна. Я в топ-3 на чемпионате России, наверное, 1-2 раза заезжала и то на лыжероллерах. Раньше для меня такой результат был очень солидным. Сейчас я мало того, что стабильно в двадцатке сильнейших, показываю результаты и выше, есть медали. Это очень хорошо. Сама от себя немного такого не ожидала. У меня еще не было таких гонок.

— За счет чего ты так прибавила?

— Считаю, что именно понимание в голове каждого своего действия в спорте помогло мне. Я чувствую свое тело, контролирую нагрузки, слежу за питанием, дополнительно забочусь о своем восстановлении, где-то сама хожу к массажистам, к врачам, читаю специализированную литературу. Спорт не заканчивается на одних тренировках и соревнованиях. Нужно изучать себя, свое тело.

— В спринте ты неоднократно была в топ-3 квалификации. Почему так круто не получается в забегах на вылет?

— Я хорошо готова: тело работает, голова — тоже. Я могу бежать все дисциплины. Просто в спринте у меня проблема с тактикой. Я могу хорошо бежать пролог, а в контактной борьбе не могу выступать так, как мои соперницы. У меня мало опыта в спринте. Пока не получается думать так, как девчонки. Еще у меня слабая финишная часть. На чемпионате России в соперничестве с Лизой Пантриной можно было это увидеть — я оказалась слабее. Сильное спринтерское ускорение мне нужно нарабатывать так же, как и тактику.

— На ЧР-2026 у тебя серебро в смешанной и женской эстафетах, бронза в марафоне. Ты кайфанула от того, что получилось сделать?

— Медали в смешанной эстафете я была очень рада. Сначала не верила, что такое реально произошло. Я порадовалась, но затем успокоилась и продолжила работать. Не распылялась на эмоции. Осознала, что результат проделанной работы дал свое. Не было такого, что я скакала и прыгала от радости без остановки. Это у меня папа дома рано утром прыгал от счастья у телевизора и всех соседей будил, наверное, своими криками от радости (смеется).

— Есть те, кому просто важно выступать и все, а есть те, кому, помимо этого, еще и хочется быть заметным вне лыжни. Ты из какой категории?

— Я стараюсь вести соцсети, давать интервью, но опыта в этом всем у меня пока мало.

Знаю, что мало пишу текстов — чаще выкладываю только фото. Мне даже тренер, например, после медали чемпионата России в смешанной эстафете сказал: «Фото есть, а где текст?» А у меня просто не было вдохновения, и я запостила лишь фотографии с гонки.

Что касается интервью, я стараюсь не отказываться от этого. Мне все еще бывает некомфортно, но это тоже часть работы спортсмена. Просто раньше у меня ее не было. До этого я должна была только на лыжах бегать, а теперь еще прибавилось и общение после выступлений. Я все это понимаю. Тем не менее мне еще учиться и учиться правильно и структурированно общаться с аудиторией, с журналистами.

— Что тебе лучше всего разгружает голову после гонок, в межсборье, в отпуске?

— Общение с близкими: позвонить или приехать домой к родителям, поговорить с молодым человеком, с лучшей подругой, написать сестре с племянницей.

Еще люблю посидеть на «Вайлдберриз». Это классика.

Раньше рисовала картины по номерам, чтобы отвлечься. В этом сезоне времени как-то поменьше, поэтому не делала этого.

— Топ-3 желаемых товара с «Вайлдберриз»?

— Да я много чего хочу. У меня в корзине кофточки, штанишки, уходовая косметика, спортивное питание и так далее. Потом что-то идет в «вишлист» для молодого человека.

— У тебя много друзей. Какой ты друг?

— Конечно, это лучше спросить у моих друзей. Но я дружу до конца, до гроба, так сказать. Помогаю всем и всегда. Отдаюсь дружбе на все сто процентов.

— Собака. Расскажи о ней?

— Собаку у меня захотела сестра. Родители согласились на хаски, но с условием, что она будет ухаживать и гулять с животным. Сестра согласилась, но в итоге с Улей проводила время я, так как чаще бывала дома.

Она очень активная, игривая, все чувствует и понимает. Меня как-то долго не было дома, а когда приехала, Уля начала ругаться, возмущаться. Обиделась на меня, что я отсутствовала.

Я — абсолютная собачница. У нас дома две кошки, но я держусь от них на расстоянии. Собаки — любовь. У родителей в прошлом году появилась еще и овчарка, поэтому мне теперь дома еще веселее с двумя собаками.

— Татуировки — когда они появились?

— Мне кажется, у меня папа до сих пор не знает про все татуировки. Он к этому негативно относится. Мама гораздо проще воспринимает мои эксперименты.

Первую я набила давно. У меня на ребрах веточка с листьями. Я сидела на сборе и вдруг почувствовала желание сделать тату. Увидела где-то эскиз и на следующий день уже пошла к мастеру. Затем долгое время я что-то хотела, но не понимала что. Знала только, что рисунок должен быть на моей ключице. Я полгода с этой мыслью прожила, поняла, что все серьезно и начала искать эскизы. В итоге там появились цветы, а затем с другой стороны звездочки и солнышко.

Как-то на массаже меня спросили о значении татуировок, но у меня нет такого, что они несут какой-то глубокий смысл. На моем теле то, что мне понравилось. Правда, сейчас подумываю, чтобы убрать солнышко. Оно не получилось. Не все понимают, что это именно оно. Мне не мешает, но звезды хочу оставить, а солнце — убрать.

— У тебя есть прозвище Булка — от твоей фамилии и имени. Самой нравится?

— Все началось еще в детстве. Тогда для меня это было обзывательство, а потом как-то прижилось. Все те, кто давно меня знают, зовут именно так. Порой уже на имя Катя я могу не среагировать или подумать, что что-то случилось. Когда я перешла в команду Ленинградской области к своему нынешнему тренеру Дмитрию Анатольевичу Колыванову, там уже Булка не фигурирует. Если на соревнованиях слышу, что меня зовут по прозвищу, сразу понимаю, что это кто-то из близких, кто давно меня знает. Это очень душевно. Я нормально к этому отношусь.