Бестиарий на фасаде: кто и зачем поселил гаргулий на стенах Петербурга

Стоит отойти от широких проспектов и поднять голову где-нибудь на улице Восстания или на Петроградской стороне, и взгляд обязательно наткнется на оскаленную морду. Драконы, вцепившиеся в карнизы доходных домов, грифоны, распластавшие крылья на стенах особняков, фантастические твари, замершие в прыжке — повсюду. Рассказываем, как они появились на фасадах зданий.

Само слово «гаргулья» ведет нас во Францию, к старофранцузскому gargole — так в Средневековье называли горло или водосточную трубу. И это не случайно: каменные морды на готических соборах работали ливневками. Дождевая вода вырывалась из их пастей, отбрасывая далеко от стен тяжелые потоки, и кладка оставалась сухой. 

Впрочем, у гаргулий есть и своя легенда. Рассказывают, что в окрестностях Руана жил дракон Ла Гаргуйль. Он не извергал пламя, как полагается уважающему себя дракону, а топил все вокруг водой — корабли на Сене, поля, деревни. Святой Роман одолел чудовище, а голову побежденного зверя повесили на городской собор — в назидание другим водным бестиям. Говорят, именно с этого и пошел обычай украшать храмы каменными стражами.

В архитектурных учебниках до сих пор строго различают гаргулью — трубу для отвода воды, художественно оформленную, и гротескные скульптуры, фигуры чисто декоративные, которые только пугают прохожих, но никакой практической пользы не приносит. В городе, впрочем, эта разница давно стерлась: каменными чудовищами называют любых тварей, застывших на фасадах.

Львиные головы, извергающие воду, археологи находили еще в Древнем Египте — например, в храме богини Хатхор в Дендерах. Там каменные хищники работали по прямому назначению: отводили дождь от стен и заодно, как верили египтяне, отпугивали злых духов. Греки подхватили идею и сделали ее изящнее — на руинах храма Зевса Олимпийского до сих пор можно разглядеть мраморные львиные морды. Никакой мистики, чистая инженерия: вода, камень и желание защитить постройку от разрушения.

Все изменилось в Средние века. Готические соборы росли под облака, дождевая вода обрушивалась с них потоками — требовались длинные желоба, которые могли бы отбросить воду подальше от стен. И тут архитекторы начали экспериментировать, и на соборах появились гибриды: крылатые бегемоты, полулюди-полузвери, ухмыляющиеся черти с рыбьими хвостами.

Виктор Гюго, великий любитель и знаток готики, писал, что храм ускользнул из рук священника и поступил в распоряжение художника. И правда — скульпторы развернулись на полную катушку. Гаргульи стали наглядной проповедью: страшные морды напоминали, что зло всегда рядом и спасти может только вера. Хотя нравилось это далеко не всем. Еще в XII веке аббат Бернард Клервоский возмущался: «К чему в монастырях эти нечистые обезьяны, дикие львы и полулюди? Если мы не краснеем от таких нелепостей, то хотя бы пожалеем о потраченных силах». Но монахов слушали плохо — народная фантазия оказалась сильнее церковной цензуры.

Дом компании «Зингер» на Невском, 28. Павел Сюзор построил здание в стиле модерн, но с явными готическими нотками — острые шпили, башенки, и, конечно, фигуры валькирий на фасаде. Фото: Mistervlad/Shutterstock/FOTODOMДом Лидваля на Каменноостровском, 1–3. Фасады облепили хищные птицы, грифоны и фантастические звери, вплетенные в растительный узор. Фото: Wikipedia.orgОсобняк Кшесинской на улице Куйбышева, 2–4. Здание кажется легким, почти игрушечным, но стоит присмотреться: среди плавных линий модерна прячутся фантастические звери. Фото: shushonok/Shutterstock/FOTODOM

К XVIII–XIX векам гаргульи перестали быть необходимостью — водосточные трубы научились делать из металла, и каменные водометы ушли в прошлое. Но образ оказался слишком сильным, чтобы от него отказаться. В эпоху историзма и модерна архитекторы принялись рассаживать каменных чудовищ по фасадам просто так — для красоты, для ужаса, для настроения.

В Санкт-Петербурге этот тренд совпал с модой на неоготику и северный модерн. Вот, где к примеру поселились каменные чудовища.

Дом компании «Зингер» на Невском, 28. Сейчас здесь Дом Книги, а в начале XX века — штаб-квартира американской швейной империи, которая решила покорить Россию. Павел Сюзор построил здание в стиле модерн, но с явными готическими нотками — острые шпили, башенки, и, конечно, фигуры валькирий на фасаде.

Дом Лидваля на Каменноостровском, 1–3. Это первая крупная работа шведского архитектора Федора Лидваля в Петербурге. 1904 год, северный модерн во всей красе: грубоватый гранит, плавные линии, и конечно, звериный орнамент. Фасады облепили хищные птицы, грифоны и фантастические звери, вплетенные в растительный узор. Лидваль вдохновлялся средневековой скандинавской архитектурой — отсюда такая суровая, почти языческая сказочность. Интересно, что сам архитектор жил в этом доме, и каменные твари охраняли его собственный вход.

Особняк Кшесинской на улице Куйбышева, 2–4. Александр фон Гоген построил этот дворец для балерины Матильды Кшесинской в 1906 году. Здание кажется легким, почти игрушечным, но стоит присмотреться: среди плавных линий модерна прячутся фантастические звери. Пока прима-балерина устраивала здесь приемы, каменные твари молчаливо наблюдали за светской жизнью из своих укрытий. 

В XX веке каменные чудовища почти исчезли с фасадов новых зданий. Железобетон и стекло не нуждаются ни в водосточных трубах с мордами, ни в декоративных стражах. Казалось бы, история гаргулий закончилась, но нет: архитекторы иногда позволяют себе иронию.

На Вашингтонском кафедральном соборе, например, в 1980-х появилась гаргулья с лицом Дарта Вейдера — местные прихожане проголосовали за нее в детском конкурсе. В Австралии, на здании Сиднейского университета, поселились вполне традиционные твари, вырезанные уже в XXI веке. Студенты шутят, что они охраняют библиотеку от тех, кто не сдал сессию.

В Петербурге новых гаргулий не делают — разве что при реставрации восстанавливают утраченных. Но образ ушел в массовую культуру и живет там собственной жизнью: гаргульи стали персонажами видеоигр и городских легенд. 

Куда и как переносили дома в Москве: удивительная история «переездов»

5 сумасшедших архитектурных проектов, которые построили вопреки всему

Останкинская башня: история и современность