Питерские эксперты разрушили обвинение против Гусейнова
Текст, фото: Антонина Кябелева
В конце февраля в Петрозаводском городском суде возобновилось рассмотрение уголовного дела, которое наделало немало шума в 2025 году. Собственно говоря, дело прошло бы мимо внимания общественности, а скорее всего, и дела бы не было, если бы в качестве пострадавшего был обычный человек без погонов.
Но инцидент между нетрезвыми гостями и охраной увеселительного заведения, произошедший в петрозаводском ресторане «Каудаль» в ночь с 6 на 7 декабря 2024 года, обернулся для одного из подполковников полиции переломом ноги. И на этой стадии все могло бы завершится незаметно для общественности, если бы из свидетелей происшествия не стали выбивать, в прямом смысле этого слова, нужные показания. Некоторым свидетелям после допросов пришлось обращаться за медицинской помощью, а другие потерями сон.
Так уголовное дело против бывшего охранника ресторана «Каудаль» Руслана Гусейнова, которого обвиняют в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью из хулиганских побуждений, попало в разряд резонансных.
Подполковник МВД Алексей Борик рассказал в суде, что он увидел, как его коллегу Максима Мартынова охрана выводит из ресторана. Он поспешил за приятелем и попытался «разъединить» охранников и Мартынова. Оба гостя оказались на полу, сдерживаемые сотрудниками заведения. Была вызвана Росгвардия. По словам Борика, когда он уже лежал, его дважды ударили по ноге и он почувствовал резкую боль. По версии потерпевшего, его ударил Гусейнов.
Допрошенные в суде свидетели инцидента утверждали, что Руслан Гусейнов ударов не наносил, а стоял чуть в стороне. Фактически на ударах настаивал только сам потерпевший. Зато свидетели рассказывали о безобразном поведении Алексея Борика, который был нетрезв и громко матерился в общественном месте.
Проведенная в рамках следствия экспертиза пришла к выводу, что у Борика был поперечный перелом, который обычно возникает от прямого сильного удара. Другими словами, экспертиза фактически подтверждала слова потерпевшего. В суде были допрошены два врача-травматолога, один из которых осматривал Борика сразу после инцидента в ресторане, а второй его лечил. Врачи не согласились с мнением экспертов. Они утверждали, что перелом был точно не поперечный, а спиральный. А это принципиально, так как указывает на совершенно иной механизм возникновения травмы. Спиральный или винтовой перелом возникает в результате падения. Получалось, что подполковник просто неудачно упал, его никто не бил, а значит и никакого умышленного причинения вреда здоровью, да еще из хулиганских побуждений не было. По делу была назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, результаты которой судья Ольга Ильичева зачитала на заседании суда 26 февраля.
Согласно заключению экспертов, у Борика был закрытый перелом с элементами винтообразного со смещением. Тем самым потерпевшему был нанесен, согласно заключению, вред здоровью средней тяжести.
«В данном случае в обнаруженной морфологической картине перелома не выявлено признаков ударного давящего воздействия»,
- к такому выводу пришла экспертная комиссия.
Другими словами, повторная экспертиза фактически опровергла версию гособвинения, что Гусейнов ударил Борика, и это привело к серьезной травме.
Несмотря на однозначность выводов экспертов, прокурор Владимир Луценко все же настоял на допросе эксперта.
«У нас есть две противоречие экспертизы»,
- отметил он.
На следующей день 27 февраля по системе видеоконференцсвязи был допрошен врач Санкт-Петербургского бюро судебно-медицинской экспертизы Игорь Цыцарев, стаж работы которого в бюро составляет более 20 лет. Ему пришлось отвечать главным образом на вопросы прокурора Владимира Луценко. Гособвинитель был мрачен. Шутка ли, выводы питерских экспертов фактически опровергали предъявленное Гусейнову обвинение. Да еще и вместо тяжкого вреда здоровью они оценили полученную в ресторане травму как вред здоровью средней тяжести.
Луценко задал немало специфических вопросов, касающихся особенностей полученного Бориком перелома. Он пытался поставить эксперта в тупик, чтобы тот усомнился в винтообразном характере перелома. Но Игорь Цыцарев твердо стоял на своем, что перелом именно винтообразный, и травма не могла быть получена от внешнего удара.
«Винтообразный характер перелома в данном случае полностью подтвержден экспертами»,
- заметил Цыцарев.
По его словам, к этому выводу пришли три эксперта, имеющие соответствующую квалификацию.
Луценко интересовался и тем, почему травму оценили как вред здоровью средней тяжести. Эксперт пояснил, что закрытые переломы костей квалифицируются как вред средней тяжести. По его словам, в последнее время произошли изменения в оценке тяжести подобного рода травм, и переквалифицировать нанесенный вред на тяжкий можно только после завершения лечения и реабилитации. Кстати, уже после окончания заседания один из адвокатов рассказал, что недавно случайно встретил Борика, который довольно бодро шагал без признаков прихрамывания.
Судья Ольга Ильичева поинтересовалась, подтверждает ли свидетель выводы экспертизы в полном объеме. Игорь Цыцарев ответил утвердительно.
Владимир Луценко попросил время для подготовки ходатайства о проведении повторной или дополнительной экспертизы. В случае повторной экспертизы придется искать новое бюро и исследовать все материалы заново, а в случае дополнительной экспертизы этим же экспертам просто зададут дополнительные вопросы. Очевидно, что выводы питерских экспертов гособвинение не устраивают, так как не оставляют, образно говоря, «камня на камне» от предъявленных Гусейнову обвинений. Одно дело, если Борик просто неудачно упал, а другое, когда охранник сознательно пнул ногой беспомощно лежащего на полу подполковника.
Следующее судебное заседание назначено на 12 марта. Ольге Ильичевой придется решать, удовлетворять ли ходатайство прокурора, что затянет судебный процесс, который длится вот уже десять месяцев. Если никаких дополнительных или повторных экспертиз не будет назначено, то сторонам придется переходить к прениям. Но с теми выводами, к которым пришли питерские эксперты, сторона гособвинения будет выглядеть, мягко говоря, очень бледно. Как минимум, нужно менять квалификацию уголовной статьи по делу, или вообще отказываться от обвинения. Так что «развязка» этой истории еще впереди.