От любовницы царя до изгнанницы: как 48-летняя Кшесинская начала новую жизнь на Лазурном берегу
В марте 1920 года, почти 48-летняя Матильда Кшесинская, когда-то прима-балерина Мариинского театра и одна из самых богатых женщин Петербурга, ступила на землю своей виллы "Алам" на Лазурном берегу. В тот момент она практически не имела средств, при ней было лишь два старых платья и ее сын-подросток. Ей пришлось заложить собственное жилье, чтобы расплатиться с преданными слугами. Об этом сообщает "arts_tobe - просто об искусстве".
Судьба изменила жизнь Матильды Кшесинской в самый разгар её успеха. В 1917 году, на пике революционных событий, она была вынуждена покинуть свой роскошный особняк в Санкт-Петербурге, который впоследствии занял Ленин. Начался период скитаний: сначала она отправилась в Кисловодск вместе с сыном Владимиром и возлюбленным, великим князем Андреем Владимировичем.
Когда белая армия начала отступать, надежды на возвращение к прежнему образу жизни исчезли. 13 февраля 1920 года Матильда, Андрей, их сын Владимир и мать Андрея, великая княгиня Мария Павловна, взошли на борт итальянского судна в Новороссийске, навсегда покидая Россию. Их путь пролегал через Венецию, а затем - к долгожданному убежищу, о котором Матильда не могла и мечтать в самые тяжелые времена: на собственную виллу на Лазурном берегу.
Эта вилла стала центральным элементом её новой жизни. Виллу "Алам", названную в честь ласкового прозвища "Мала" (Матильда, прочитанное наоборот), она приобрела ещё в 1913 году во время гастролей. Возвращение туда 12 (25) марта 1920 года было полно смешанных чувств:
Я была счастлива быть дома... но было много душевных ран после всего пережитого и всего потерянного. - Матильда Кшесинская
Её финансовое положение было крайне тяжёлым. Кшесинская отмечала, что прибыла "без гроша" и была вынуждена немедленно заложить свою виллу, чтобы рассчитаться с прислугой и старым садовником, которые бережно хранили её дом на протяжении шести лет. Она оказалась в больших долгах, о чём свидетельствуют её письма 1920-х годов, полные беспокойства о финансах и благодарности тем друзьям, кто оказывал ей материальную помощь.
Несмотря на все сложности, личная жизнь Матильды в эмиграции также наладилась. 30 января 1921 года в русской церкви в Каннах она наконец вышла замуж за великого князя Андрея Владимировича, отца её сына. Этот морганатический брак принёс ей новые титулы: сначала княгини Красинской (в 1926 году), а затем и светлейшей княгини Романовской-Красинской (в 1935 году). Их сын Владимир, чьё отцовство долгое время вызывало споры (среди возможных отцов называли великого князя Сергея Михайловича и даже Николая II), также получил княжеский титул. Вместе они образовали крепкую семью, поддерживая друг друга в изгнании. Их дом в Париже, куда они переехали в 1929 году, стал местом притяжения для русской эмиграции.
Кшесинская отвергла заманчивые предложения, в том числе от Сергея Дягилева и директора Парижской оперы, заявив, что не будет выступать на сцене, пока не восстановлены Императорские театры. Тем не менее, она не оставила искусство полностью, найдя себя в преподавательской деятельности.
5 февраля 1929 года в Париже была открыта её балетная школа, а первый урок состоялся 6 апреля. Школа быстро обрела известность. Уже к 1933 году у Кшесинской обучалось более ста учеников. Её педагогический талант помог раскрыться целой плеяде звёзд, среди которых Марго Фонтейн, Татьяна Рябушинская, Анн Ховард и многие другие.
Последний раз Матильда вышла на сцену в возрасте 64 лет. В 1936 году, по приглашению лондонского театра "Ковент-Гарден", она исполнила знаменитый "русский танец" в сарафане и кокошнике. Сдержанная английская публика вызывала её на бис 18 раз, что стало триумфальным завершением её исполнительской карьеры.
Важным аспектом её жизни в эмиграции стало написание мемуаров. Воспоминания были впервые опубликованы на французском языке в Париже в 1960 году, а русское издание увидело свет лишь в 1992 году. Эта книга стала не только повествованием о её личной судьбе, но и ценным свидетельством о давно ушедшей эпохе.
Матильда Кшесинская прожила почти век, скончавшись 6 декабря 1971 года в Париже, за несколько месяцев до своего столетнего юбилея. Она пережила революцию, две мировые войны, потерю состояния, близких и родины. Однако благодаря силе своего характера и преданности искусству, она не просто выжила в изгнании, но и нашла новое призвание.
Её похоронили на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем, в одной могиле с мужем и сыном. На памятнике высечена эпитафия, объединяющая все её титулы и имя, под которым она вошла в историю: "Светлейшая княгиня Мария Феликсовна Романовская-Красинская, заслуженная артистка Императорских театров Кшесинская".