Реальная история семьи Мюнхгаузен: был ли барон на самом деле таким выдумщиком?
Имя барона Мюнхгаузена давно стало нарицательным для отчаянных выдумщиков. И не мудрено: герой книг немецкого писателя Рудольфа Эриха Распе летал на пушечном ядре, побывал на Луне и совершил множество других невероятных подвигов. Между тем, мало кто вспоминает, что барон Мюнхгаузен — вполне реальный человек с удивительной судьбой. Настоящий Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен был офицером и блестящим рассказчиком. Давайте же взглянем на правдивые факты его биографии и разберёмся, где заканчивается миф и начинается подлинная история самого знаменитого фантазёра Европы.
Как появился род Мюнхгаузенов
Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен родился 11 мая 1720 года в небольшом городке Боденвердер недалеко от Ганновера. Дом, в котором прошли его детство и последние годы, сохранился до наших дней. Сейчас в нём размещается городская ратуша. По соседству работает музей: его экспозиция включает личные вещи и архивные материалы, связанные с жизнью барона.
Неподалёку от музея установлена скульптурная композиция, посвящённая барону. Она иллюстрирует один из самых известных сюжетов его рассказов. Скульптура изображает Мюнхгаузена, который ухватился за косу собственного парика и вытаскивает себя вместе с конём из болота. К слову, эту фигуру создал московский мастер А. Орлов.
Барон Карл Фридрих Иероним принадлежал к древнему саксонскому роду. В XII веке его предок — рыцарь Хейно — участвовал в Крестовом походе вместе с королём Фридрихом Барбароссой. В те суровые времена вся семья рыцаря погибла в войнах и от эпидемий, поэтому Хейно решил уйти в монастырь.
Род мог прерваться вместе со смертью последнего представителя. Тогда мы никогда не узнали бы о приключениях его потомка. Но Хейно неожиданно передумал, и для него сделали исключение. Рыцарю разрешили покинуть монастырь, и он положил начало новой ветви семьи. Потомки рыцаря-монаха получили фамилию Мюнхгаузен, что в переводе с немецкого означает «Дом монаха». На гербе рода изображён монах с посохом и котомкой книг.
Барон Карл Фридрих Иероним принадлежал к древнему саксонскому роду. В XII веке его предок — рыцарь Хейно — участвовал в Крестовом походе вместе с королём Фридрихом Барбароссой. В те суровые времена вся семья рыцаря погибла в войнах и от эпидемий, поэтому Хейно решил уйти в монастырь.
Род мог прерваться вместе со смертью последнего представителя. Тогда мы никогда не узнали бы о приключениях его потомка. Но Хейно неожиданно передумал, и для него сделали исключение. Рыцарю разрешили покинуть монастырь, и он положил начало новой ветви семьи. Потомки рыцаря-монаха получили фамилию Мюнхгаузен, что в переводе с немецкого означает «Дом монаха». На гербе рода изображён монах с посохом и котомкой книг.
Всего известно около 1300 потомков Хейно, среди которых было немало известных личностей. Почти все они прославились на государственной службе. Самыми выдающимися считаются министр ганноверского двора Герлах Адольф фон Мюнхгаузен (1688—1770), основатель Гёттингенского университета, и барон Александр фон Мюнхгаузен (1813—1886) — премьер-министр Ганновера.
Ветвь рода, подарившая миру знаменитого барона, избрала военную стезю. Прадед и дед Карла были офицерами, а его отец — Георг Отто фон Мюнхгаузен — дослужился до звания полковника. Он умер, когда сыну исполнилось всего четыре года. В возрасте 15 лет Карл Фридрих Иероним согласно семейной традиции поступил на военную службу.
Паж герцога Ульриха
Ветвь рода, подарившая миру знаменитого барона, избрала военную стезю. Прадед и дед Карла были офицерами, а его отец — Георг Отто фон Мюнхгаузен — дослужился до звания полковника. Он умер, когда сыну исполнилось всего четыре года. В возрасте 15 лет Карл Фридрих Иероним согласно семейной традиции поступил на военную службу.
Первые два года он служил в войсках герцога Фердинанда Альбрехта II Брауншвейг-Вольфенбюттельского, а в феврале 1738 года отправился в Россию. Там юный Мюнхгаузен стал пажом герцога Антона Ульриха Брауншвейгского. В то время российский престол занимала Анна Иоанновна — племянница Петра I. У императрицы не было детей, но она страстно желала передать власть кому-то из родственников.
Анна Иоанновна решила выдать свою племянницу Анну Леопольдовну за представителя какого-нибудь европейского двора. Ребёнок от такого брака мог унаследовать российский престол. Выбор императрицы пал на молодого герцога Антона Ульриха. Он верой и правдой служил России и покрыл себя воинской славой в боях с турками.
Анна Иоанновна решила выдать свою племянницу Анну Леопольдовну за представителя какого-нибудь европейского двора. Ребёнок от такого брака мог унаследовать российский престол. Выбор императрицы пал на молодого герцога Антона Ульриха. Он верой и правдой служил России и покрыл себя воинской славой в боях с турками.
Герцог не щадил в сражениях ни себя, ни подчинённых. Во время штурма крепости Очаков он оказался в самой гуще боя. Вражеская пуля сразила под Ульрихом коня, а сопровождавшие его адъютант и двое пажей были ранены и вскоре скончались. Герцог искал новых пажей, и юный Мюнхгаузен не побоялся поступить к нему на службу.
Мюнхгаузен в России
В Россию Мюнхгаузен прибыл в 1737 году, преисполненный оптимизмом и честолюбивыми планами. Он рассчитывал на блестящую карьеру и твёрдо верил в свои перспективы. Для успеха у юного немецкого дворянина было всё: смелость, амбиции, неплохое образование, высокий рост и приятная внешность.
Настоящий Карл Фридрих Иероним сильно отличался от привычного книжного образа, созданного Гюставом Доре. Это был не комичный сухощавый старик с крючковатым носом и пышными усами, а привлекательный и ухоженный мужчина. Более того, у барона не было усов вовсе — он предпочитал гладко бриться и очень внимательно подходил к выбору одежды.
Когда Антон Ульрих женился на Анне Леопольдовне, у барона началась спокойная жизнь. Молодые супруги ждали наследника, и герцог проводил всё время при императорском дворе, а не в военных походах. Спокойная жизнь не устраивала барона Мюнхгаузена — он был горяч и мечтал о воинской славе. Карл Фридрих упросил Ульриха отпустить его на военную службу, и герцог, высоко ценивший пажа, нехотя согласился.
В конце 1739 года Мюнхгаузен начал военную службу в звании корнета. Он поступил в Брауншвейгский кирасирский полк, расквартированный в Риге. Покровительство принца Антона Ульриха, официального шефа части, заметно ускорило его продвижение по службе.
Когда Антон Ульрих женился на Анне Леопольдовне, у барона началась спокойная жизнь. Молодые супруги ждали наследника, и герцог проводил всё время при императорском дворе, а не в военных походах. Спокойная жизнь не устраивала барона Мюнхгаузена — он был горяч и мечтал о воинской славе. Карл Фридрих упросил Ульриха отпустить его на военную службу, и герцог, высоко ценивший пажа, нехотя согласился.
В конце 1739 года Мюнхгаузен начал военную службу в звании корнета. Он поступил в Брауншвейгский кирасирский полк, расквартированный в Риге. Покровительство принца Антона Ульриха, официального шефа части, заметно ускорило его продвижение по службе.
РЕКЛАМА
Уже через год барон получил чин поручика и возглавил первую роту полка. Он проявлял себя как грамотный и дисциплинированный офицер и имел все шансы продолжить успешную карьеру. Со временем он мог обеспечить себе достойное содержание и вернуться в Германию с репутацией уважаемого военного.
Но в судьбу барона вмешались обстоятельства, на которые он повлиять не мог. В ночь с 24 на 25 ноября 1741 года в Санкт-Петербурге произошёл переворот. Цесаревна Елизавета — дочь Петра I — при поддержке военных захватила власть. Сторонников Анны и Ульриха арестовали и заточили в Рижский замок.
Конец военной карьеры
Но в судьбу барона вмешались обстоятельства, на которые он повлиять не мог. В ночь с 24 на 25 ноября 1741 года в Санкт-Петербурге произошёл переворот. Цесаревна Елизавета — дочь Петра I — при поддержке военных захватила власть. Сторонников Анны и Ульриха арестовали и заточили в Рижский замок.
Беда не коснулась самого Мюнхгаузена, ведь он уже не числился в свите герцога. Но поневоле он стал стражником своего бывшего патрона, что, конечно, вызывало у него угрызения совести. Хотя к барону и не применяли репрессий, все знали о его прежнем покровителе. Из-за этого военная карьера Карла Фридриха застопорилась. Следующее звание ротмистра он получил лишь в 1750 году.
К тому моменту барон Мюнхгаузен прочно обосновался в Риге. В 1744 году он женился на прибалтийской немке Якобине фон Дунтен, дочери рижского судьи, и обзавёлся уютным домом. Рига уже входила в состав Российской империи, а жена барона стала российской подданной. Это обстоятельство ещё сильнее связало Мюнхгаузена с Россией.
К тому моменту барон Мюнхгаузен прочно обосновался в Риге. В 1744 году он женился на прибалтийской немке Якобине фон Дунтен, дочери рижского судьи, и обзавёлся уютным домом. Рига уже входила в состав Российской империи, а жена барона стала российской подданной. Это обстоятельство ещё сильнее связало Мюнхгаузена с Россией.
Став ротмистром, барон попросил отпуск для поездки на родину, в Германию. В прошении он написал, что едет в родовое гнездо в Боденвердер «для исправления крайних и необходимых нужд». Мюнхгаузен, понимая, что нового воинского звания ему не видать, охладел к военной карьере. Он дважды продлевал отпуск, а потом и вовсе пропал из поля зрения начальства. В результате в 1754 году его уволили из полка за длительное отсутствие.
В своём родовом поместье барон, привыкший к баталиям и светским приёмам, заскучал. В его городке жило всего 1200 человек — это была тихая, глубокая провинция. Деятельный Мюнхгаузен построил в поместье охотничий павильон, где начал собирать друзей. Позже эту постройку прозвали «павильоном лжи», ведь именно там барон рассказывал небылицы о своей службе в России.
«Павильон лжи» и его гости
В своём родовом поместье барон, привыкший к баталиям и светским приёмам, заскучал. В его городке жило всего 1200 человек — это была тихая, глубокая провинция. Деятельный Мюнхгаузен построил в поместье охотничий павильон, где начал собирать друзей. Позже эту постройку прозвали «павильоном лжи», ведь именно там барон рассказывал небылицы о своей службе в России.
Выдуманные, но захватывающие истории барона слушали его друзья, соседи и заезжие гости. Это были байки о взбесившейся шубе, которая рвёт одежду в гардеробе, о въезде в Петербург на волке, запряжённом в сани, о коне, разрезанном пополам под Очаковом, о вишнёвом дереве, выросшем на голове у оленя, и о многом другом.
Большинство гостей, конечно, не верили рассказам барона, но тот был прекрасным рассказчиком, и гости приходили снова и снова. Отставной ротмистр просто развлекал себя и окружающих. Он не стремился к славе, а просто любил поболтать. Но однажды его «павильон лжи» посетил Рудольф Эрих Распе, которого эти истории привели в полный восторг.
Большинство гостей, конечно, не верили рассказам барона, но тот был прекрасным рассказчиком, и гости приходили снова и снова. Отставной ротмистр просто развлекал себя и окружающих. Он не стремился к славе, а просто любил поболтать. Но однажды его «павильон лжи» посетил Рудольф Эрих Распе, которого эти истории привели в полный восторг.
Сам Распе был очень умным и творческим человеком. Он занимался писательством, переводами, историей и археологией. Рудольф Распе известен как автор популярного рыцарского романа «Хермин и Гунильда». Писателю пришла в голову идея собрать рассказы Мюнхгаузена и издать их отдельной книгой.
Стоит сказать, что истории барона издавались и раньше. Достоверно известно, что в 1761 году в Ганновере вышел небольшой сборник из трёх рассказов под названием «Чудак» («Der Sonderling»). В него вошли истории о собаке с фонарём на хвосте, о куропатках, простреленных шомполом, и о гончей, ощенившейся на бегу во время погони за зайчихой. Автор этого сборника остался неизвестен.
Книга, бросившая тень на королевскую семью
Стоит сказать, что истории барона издавались и раньше. Достоверно известно, что в 1761 году в Ганновере вышел небольшой сборник из трёх рассказов под названием «Чудак» («Der Sonderling»). В него вошли истории о собаке с фонарём на хвосте, о куропатках, простреленных шомполом, и о гончей, ощенившейся на бегу во время погони за зайчихой. Автор этого сборника остался неизвестен.
Через двадцать лет, в 1781 году, в Берлине опубликовали «Путеводитель для весёлых людей». В нём уже 16 рассказов из павильона излагались от имени некоего господина, чьё имя скрывало таинственное сочетание букв «М-г-з-н». Разумеется, все понимали, о ком идёт речь, ведь за долгие годы у барона в гостях побывали сотни людей.
Но всемирную известность барону Мюнхгаузену принесла всё-таки книга Распе, изданная им в 1785 году в Англии. Она называлась «Лживые или вымышленные истории». Сам барон, уже отметивший к тому времени 65-летие, но не растерявший молодецкую удаль, узнав о книге, пообещал вызвать автора на дуэль. Мюнхгаузен оскорбился, поскольку в книге его изобразили откровенным лжецом.
Но всемирную известность барону Мюнхгаузену принесла всё-таки книга Распе, изданная им в 1785 году в Англии. Она называлась «Лживые или вымышленные истории». Сам барон, уже отметивший к тому времени 65-летие, но не растерявший молодецкую удаль, узнав о книге, пообещал вызвать автора на дуэль. Мюнхгаузен оскорбился, поскольку в книге его изобразили откровенным лжецом.
Книга Распе порочила не только имя барона, но и бросала тень на репутацию… английского короля. Дело в том, что с 1714 года Британией правили земляки Мюнхгаузена. Правящая Саксен-Кобург-Ганноверская династия началась с короля Георга I, ганноверского курфюрста. Виндзорами королевская семья стала лишь в 1917 году, во время Первой мировой войны, когда Британия воевала с Германией.
Рудольф Распе больше никогда не встречался с Мюнхгаузеном, и кровопролития не случилось. Книга принесла автору деньги и всемирную славу. За бароном же прочно закрепилась репутация «короля лжецов». Всего через год, в 1786 году, книгу Распе перевёл на немецкий язык Готфрид Август Бюргер, и она стала невероятно популярна и в Германии.
Нежеланная слава и печальный финал
Рудольф Распе больше никогда не встречался с Мюнхгаузеном, и кровопролития не случилось. Книга принесла автору деньги и всемирную славу. За бароном же прочно закрепилась репутация «короля лжецов». Всего через год, в 1786 году, книгу Распе перевёл на немецкий язык Готфрид Август Бюргер, и она стала невероятно популярна и в Германии.
Произведение Распе превратило барона в мишень для насмешек. Конечно, чудаковатый отставной ротмистр этого не заслужил. Его старость и без того была невесёлой. В 1790 году супруга барона, Якобина, умерла. Овдовевший Мюнхгаузен женился на склоне лет на молодой женщине по имени Бернардина Фридерика Луиза фон Брун. Она оказалась расточительной и легкомысленной особой. За короткое время новая супруга разорила старика, и тот умер в крайней нужде 22 февраля 1797 года от апоплексического удара.
Настоящий Мюнхгаузен оказался куда сложнее и интереснее сказочного образа, созданного книгами и иллюстрациями. Возникает закономерный вопрос: как вы считаете, кем он был в большей степени — человеком своего времени, любившим приукрасить историю ради эффектного рассказа, или персонажем, чью репутацию навсегда определили чужие фантазии? Напишите в комментариях, каким вы видите подлинного барона и стоит ли пересматривать его образ сегодня.
Настоящий Мюнхгаузен оказался куда сложнее и интереснее сказочного образа, созданного книгами и иллюстрациями. Возникает закономерный вопрос: как вы считаете, кем он был в большей степени — человеком своего времени, любившим приукрасить историю ради эффектного рассказа, или персонажем, чью репутацию навсегда определили чужие фантазии? Напишите в комментариях, каким вы видите подлинного барона и стоит ли пересматривать его образ сегодня.
Источник: bigpicture.ru