Никита Третьяков: «Почему-то многие люди, когда думают о Российской империи, автоматически считают, что они были бы в среде помещиков, а не в среде холопов»
В современной России на фоне специальной военной операции идут и сражения идеологические. Помимо охранителей, есть две группы довольно активных публицистов и общественников. По привычке одних называют левые» – это те, кто в первую очередь призывают не отказываться от советского опыта и не очернять его. Другие правые» – сюда, кроме прочего, относят множество довольно экзотических групп монархистов, некоторые из которых делают из власти большевиков чуть ли не главную трагедию русского народа. Владимир Ленин / Википедия Историк и журналист, добровольно ушедший на фронт и получивший тяжелые ранения, Никита Третьяков теперь выступает в роли постоянного гостя Ваших Новостей». Сегодня он рассказал, есть ли вообще в 2024 году смысл говорить о левых» и правых». ВН»: – Никита, существует мнение, что современность настолько изменила изначальное понимание левых» и правых» в политике, что это деление потеряло смысл. Вы согласны с такой гипотезой? – Сами по себе критерии, сама по себе эта политическая шкала от права» до лева» не устарела. Но, к сожалению, многие люди используют эту правизну-левизну либо как просто ярлык без всякого значения, либо как сильно устаревшие понимания этих ярлыков. Б. Н. Ельцин и В. В. Путин. Фото: ИТАР-ТАСС Вот простой пример. В нашей стране после 1991 года была очень успешна политическая сила, которую мы с вами привыкли называть либералы». Потом они стали менее успешны.
По политической шкале они были правыми или левыми? Они зачастую себя позиционировали как левые. Говорили про гражданские свободы, про защиту прав.
Некоторые из них были активными участниками правозащитного движения, правозащитных организаций тех или иных. То есть как бы это была левая повестка. Но есть нюанс. Одновременно с этим они говорили про частный капитал, про частный бизнес и частную медицину в том числе. То есть как будто бы это правая повестка. А в чем тут нюанс?
Нюанс в том, что повестка наших либералов в какой-то момент была скопирована с повестки либералов, то есть членов демократической партии американцев, определенных ее течений. Относительно американского центризма те, конечно, являются левыми.
Но относительно той системы государственной поддержки населения, которая существовала в Советском Союзе и которая потихонечку разрушалась, они оказывались как бы справа в политическом плане. Леонид Ильич Брежнев. Фото: Владимир Мусаэльян/ТАСС Советская система была очень мощной в плане поддержки населения. Зачем я этот пример привожу? Чтобы показать, что эти право» и лево» – это относительные понятия. Мы всегда должны понимать, относительно чего мы эту правизну или левизну отмеряем, от какого положения вещей. ВН»: – От нашего советского прошлого или от американской прошлого? – Либо от сегодняшней системы России, либо от нашего представления о Советском Союзе. Но опять же, когда мы говорим про Советский Союз, возникает тоже масса проблем. Потому что одни люди часто говорят про Советский Союз эпохи расцвета, а другие говорят про Советский Союз эпохи уже позднего заката, про середину 80-х годов. И эти люди тоже между собой не могут договориться.
Это как говорить про спортсмена на пике его карьеры и когда ему уже 80 лет. Если его запустить на беговой трек, когда ему 80 лет.
Никита Третьяков / ВН ВН»: – Имеет ли смысл сегодня вообще критиковать большевиков за то, что они уничтожили прекрасную Российскую империю»? – По поводу Российской империи такая же у нас проблема. Люди зачастую основываются не на научных данных о том, как дела обстояли в Российской империи, а на очень сильно растиражированных пропагандистских штампах о том, как дела обстояли.
Здесь играет роль еще один эффект, очень важный. И он не только к Российской империи относится, он относится почти ко всем историческим периодам. Дело в том, что если мы возьмем почти любой исторический период, кроме последних лет от конца XX века до начала XXI века, 95% произведений культуры являются произведениями высшего правящего класса или людей, которые находятся вокруг них, их обслуживают. И таким образом, воспринимая эту культуру, читая книги того времени, смотря на картины того времени, слушая музыку, человек автоматически представляет себя, грубо говоря, патрицием, а не плебеем в той эпохе.
Почему-то люди, когда думают о Российской империи, многие автоматически считают, что они были бы в среде помещиков, которых было, если память не изменяет, 3−5%, а не в среде холопов, крестьян и рабочих. Они себя представляют автоматически аристократией, такими Львом Толстым, или Гончаровым, или даже Обломовым. Лев Николаевич Толстой в Википедии Очень интересно, если взять Гончарова и рядом с ним Чернышевского. Вот они жили в одно и то же время и писали про одно и то же общество. Но если вы возьмете Обломова», то вы народа не увидите вообще, его там нет. Там есть два персонажа из народа, у них есть один диалог, по-моему, или два на всю книгу. И они представлены в самом нелицеприятном отношении. Ну и в качестве представителя народа там есть его этот самый слуга Обломова Захар, с которым они все время комично вступают в перепалку.
Больше там никакого народа нет. Там есть Обломов, есть его терзания, есть его возлюбленная, но народа там нет. В это же время рядышком сидит Чернышевский, будучи заточен в Петропавловской крепости, в Петербурге, и пишет книгу Что делать?», которая вся посвящена тому, как представители, грубо говоря, среднего» сословия могут хотя бы чуть-чуть помочь сословию низшему». То есть как им существовать в условиях этого угнетения, если они уже увидели несправедливость существующего вокруг них общества, что им делать. Это практическое пособие.
В этот же момент, но чуть позже, существует Лев Николаевич Толстой, который пишет Воскресенье», которое все посвящено как раз этому столкновению. Там два главных персонажа. Один из Нехлюдов, который как раз представитель помещиков среднего достатка, средне-высокого достатка. Второй – Катюша, которая, понятно, из нищих, случайно выжившая в детстве, вынужденная заниматься проституцией, она потом попадает в тюрьму и так далее. Никита Третьяков / ВН И получается, что были люди, которые это все видели, и были люди, которые ничего этого не видели. ВН»: – То есть суждение об эпохе очень зависит от точки зрения на эпоху. – И если читать только тех, которые ничего этого не видели, для которых это не было важно, это не существовало, то человек автоматически себя ассоциирует с представителями высшего класса. Он экстраполирует то, что запечатлено в той или иной книге, на все общество. Ему представляется, что Российская империя была вся пространством такого сложного пира, бала и веселья.
И он не задумывается о том, что 95% населения находилось в бедствующем положении, не на что было кормить своих детей, они не могли переехать из одного города в другой и вообще имели очень мало пространства личной свободы. И верхом мечтаний было то, чтобы за поколение хотя бы кто-нибудь из их детей выбился в чуть лучшее состояние.
Россия. Император Николай II с имп. Австро-Венгрии Францем-Иосифом I. 1897 г. / Википедия ВН»: – То есть эта повестка сегодня актуальна, как и раньше? – Давайте здесь договорим всё же, что очень сложно любому сегодняшнему социальному политическому движению быть левее того, что было уже реализовано в Советском Союзе в периоды расцвета.
На практике – очень левый коммунистический Китай пока что не может позволить себе реализовать бесплатную медицину. Кроме того, что мы договорились, что левизна и правизна – это относительные понятия, нужно понять, откуда эта шкала взялась, какой ее ключевой принцип, на чем она вся основывается. Есть много умных, сложных определений, но я бы все немножко упростил в целях практических и свел бы это к одному простому параметру.
Чем правее человек находится на этой условной нашей политической шкале, тем больше ему кажется, что общество опирается и зависит от усилий не очень большого количества очень выдающихся и сильных людей. Elon Musk arrives at the 10th Breakthrough Prize Ceremony on Saturday, April 13, 2024, at the Academy Museum of Motion Pictures in Los Angeles. (Photo by Jordan Strauss/Invision/AP)США. Лос-Анджелес. Глава Tesla Илон Маск на церемонии вручения премии Breakthrough Prize Awards. AP/TASS И как правило, эти люди, которые придерживаются этой идеологии, они себя этими сильными людьми считают, и они очень любят приводить в пример выдающихся людей: изобретателей, бизнесменов и так далее. Они считают, что эти люди и двигают все общество вперед, и поэтому они являются сторонником такого построения общества, при котором общество максимально приподнимает тех людей, которые и так уже выделяются. Логично, если эти люди двигают общество вперед, давайте дадим им все ресурсы, и они у нас поведут вперед. По пути прогресса».
Это очень большое обобщение, мы сейчас занимаемся невероятным упрощением, это нужно понимать.
Левые в этой схеме склоняются к тому, что общество должно создать такие условия, в которых как раз люди, которые сами не могут пробиться, получают шанс. Они хотят не общества, которое будет подталкивать вверх тех, кто и так выбивается вперед, а общество, которое будет давать всем равные условия и даже, может быть, больше поддерживать тех, кому как раз труднее выбиться вперед.
И тогда за счет общих усилий всех этих людей, которые будут поддержаны, общество будет вперед двигаться. И это две принципиально разные точки зрения.
Владимир Ленин в 1918 году. Репродукция ТАСС Я вспомню случай. Был большой скандал в 2011-2012 годах, когда Барак Обама, будучи президентом Америки, вышел на встречу какой-то ассоциации средних бизнесменов, и в его речи прозвучало, что успех этих людей частично обеспечен политикой государства в отношении каких-то тарифных льгот и еще чего-то. Обаму подвергли жесточайшей критике, потому что сама идея, что достижения этих людей не целиком принадлежат им, а в какой-то части обеспечены государственной политикой, это уже было нарушение священной коровы» американской идеологии – правой идеи о том, что один единичный самостоятельный и сильный хозяин из ничего создает что-то. На самом деле это идея полного игнорирования того, что все существуют в некоторой среде.