«Говорил, что сожалеет»: как петербургские сатанисты в 1990-х держали в ужасе Северную столицу
Почти четверть века назад в Санкт-Петербурге был оглашён приговор одной из самых кровавых банд сатанистов в истории современной России. Молодые люди вкалывали жертвам парализующий препарат собственного производства, после чего совершали ритуальные убийства. Двое членов оккультного кружка получили реальные сроки, однако один из них сразу был амнистирован. Ещё одного задержанного признали невменяемым. Почему убийства совершались именно в 1999 году и каким образом кактусы помогли задержать преступника — в материале RT.
В 1999 году в Санкт-Петербурге задержали банду сатанистов. Они считали, что наступил «год царствования сатаны», и решили служить ему, принося кровавые жертвы. Удалось доказать четыре убийства, часть из которых носила признаки ритуального характера. RT изучил судебные документы и узнал неизвестные детали этого дела, в котором были жестокие расправы, тайное производство ядов и наркотиков, знакомства в гей-клубах на почве интереса к «культу смерти», увлечения сатанизмом и нацизмом, а также бегство в женском платье и парике.
«Это была полноценная ОПГ. Четыре человека, каждый из них отвечал за своё направление. Там и убийства были, и наркотики сами делали в очень больших количествах, и оружие», — пересказывает признания одного из членов петербургских сатанистов, Михаила Заики, Максим (имя изменено). Он познакомился с Михаилом в психиатрической клинике, куда Заика был направлен на принудительное лечение.
Заика — наиболее примечательный участник этой группы. У него было два прозвища — «ДиКаприо» для гей-тусовки тех лет, в которую он был вхож (он действительно очень походил на киноактера), и «Гитлер» для близких друзей, знавших о его увлечении оккультными корнями Третьего рейха.
Главной его страстью была химия. Здесь Михаил достиг таких успехов, что, ещё будучи подростком, по сообщениям СМИ, влился в работу подпольной нарколаборатории, которая находилась в его же дворе. Вскоре кустарным производством запрещённых препаратов заинтересовались оперативники и лабораторию разгромили. Поскольку Заика был на тот момент несовершеннолетним и уже имел диагноз «параноидальная шизофрения», он смог избежать ответственности и продолжил эксперименты дома, изготавливая не только наркотики, но и яды.
В 1999 году Заика познакомился в одном из гей-клубов Санкт-Петербурга с Евгением Кондрашовым, ставшим его правой рукой в дальнейших преступлениях. Как отмечается в судебных материалах (есть в распоряжении RT), молодые люди подружились на почве увлечения «сатанизмом с исполнением обрядов «культа смерти»».
Кондрашов вырос в маленьком городе в Мурманской области, в семье офицера флота. Но по стопам отца идти не захотел, а вместо этого увлёкся чёрной магией. Когда Евгению пришла повестка, его отец использовал связи, чтобы устроить сына в одну из лучших флотских частей, вероятно, рассчитывая, что армия заставит того взяться за ум. Однако в части Кондрашов продержался всего несколько месяцев: якобы сослуживцы его плохо приняли из-за интереса к сатанизму. Начинающий маг сбежал домой, но там его укрывать не стали, поэтому молодой человек попал в дисбат. Жить с семьёй он после этого не захотел, периодически приезжал в Петербург и собирался при случае покинуть родной город навсегда.
В августе 1998 года Кондрашов познакомился в петербургском гей-клубе «Водолей» с 43-летним Александром Ошурковым, имевшим несколько судимостей. Помимо этого, Ошурков увлекался изготовлением холодного оружия — тайно делал на рабочем месте кинжалы и даже собрал арбалет.
В январе 1999 года Евгений Кондрашов переехал в Санкт-Петербург. Как он позже уточнил на суде, тот год, по его мнению, был «годом царствования сатаны» из-за перевёрнутых трёх шестёрок, и это внушало ему большие надежды.
Юноша поселился у Ошуркова, но весной ему пришлось съехать, поскольку у Александра появился новый фаворит — 17-летний Валерий Васильев. Это был классический трудный подросток: мать лишили родительских прав, сам он состоял на учёте в милиции из-за бродяжничества, а также проходил лечение в психиатрическом учреждении из-за черепно-мозговых травм. В мае 1999 года он сбежал из дома и поселился у Ошуркова, заняв комнату Кондрашова. Тогда Евгений, посоветовавшись с Заикой, решил вопрос радикально. Друзья давно хотели принести кого-нибудь в жертву сатане и выбрали на эту роль Васильева, из-за которого Кондрашов остался без угла.
5 мая Кондрашов с Заикой пригласили Васильева на заброшенную электроподстанцию. Там Кондрашов ударил Васильева палкой голове, а Заика вколол жертве обездвиживающий препарат собственного производства. После этого молодые люди перешли к исполнению «культа смерти», вооружившись самодельным кинжалом, который прихватили из дома Ошуркова. В ходе истязаний Васильеву срезали кусок кожи с шеи, а затем отрезали голову, которую следователи так и не нашли.
Как указанно в материалах суда, кожу потом поместили в банку с духами, таким образом, как пояснили убийцы, они завладели душой своей жертвы. Эту банку Заика прятал на лестничной площадке.
О произошедшем сразу сообщили Ошуркову. Как позже рассказывал на суде хозяин квартиры, он не поверил в слова молодых людей, ведь Кондрашов был, по его мнению, просто «дурачком», а Заика «шизофреником».
Когда Валерий Васильев так и не появился дома у Александра, тот разрешил вернуться предыдущему жильцу, Евгению. О пропаже беспризорника тогда никто не заявлял, а его тело обнаружили только после того, как Кондрашов сознался в убийстве.
Ритуальные убийства
Спустя два месяца после убийства Васильева Заика с Кондрашовым коротали летнюю ночь на Шуваловском кладбище, прихватив с собой кинжал Ошуркова. Там они решили, что пора принести ещё кого-нибудь в жертву и выдвинулись на поиски подходящей кандидатуры. На пляже Суздальского озера им попался Вячеслав Чехлов, который спал в одних плавках. Накануне он выпил после работы с двумя институтскими друзьями. На пляже компания познакомилась с тремя девушками, которые, предположительно, подсыпали мужчинам в напитки снотворное и ограбили (по делу о хищении было возбуждено отдельное уголовное дело). Заика тремя ударами кинжала перерезал Чехлову горло, пока Кондрашов стоял на стрёме.
Убийством друзья снова похвастались Ошуркову. На этот раз он им поверил, заметив у Заики на руках характерные порезы. Однако сообщать всё равно никуда не стал. На суде он объяснил, что из-за судимостей не доверял правоохранительным органам.
Жертвоприношения денег не приносили, поэтому Кондрашов решил объединить их с грабежом. Для этого он отправился в популярное место встреч геев тех лет — Екатерининский сад, где познакомился с парнем, представившимся Энди. Тот регулярно приводил домой случайных знакомых, и позвал Евгения к себе.
Кондрашов собирался вколоть жертве тот же препарат, что Валерию Васильеву, и провести очередной ритуал с убийством. Но вместо этого, потеряв самообладание, набросился на Энди с ножом, требуя денег. На шум прибежала мать молодого человека, Кондрашов кинулся на неё, но она успела запереться в своей комнате. Из-за двери женщина кричала, что вызовет милицию, Кондрашов в ответ угрожал убить её сына, если не получит денег. После коротких переговоров он скрылся, прихватив 4000 рублей и четыре куртки. При этом, покидая квартиру, обронил записную книжку, где на первой странице был телефон Ошуркова.
На следующий день его задержали по этому адресу, когда Кондрашов уже собирался бежать в женском платье и парике. Как заявил на суде Ошурков, будь на месте Кондрашова Заика, тот бы «довёл задуманное до конца и не попался так глупо».
Параллельно шло расследование серии грабежей в гей-среде, и Кондрашова задержали в его рамках по горячим следам. Евгений не только стал давать признания по этому преступлению, но и неожиданно признался в серии убийств. Через Кондрашова милиция вышла на Заику, которого подвела страсть к кактусам. Хотя в доме Михаила ждала засада, он, поколебавшись, всё же решил туда заехать, чтобы забрать особо редкие экземпляры этих растений.
При обыске в квартире у Заики обнаружили большое количество химических препаратов, наркотики, отравляющие вещества. Оперативники подозревали, что Михаил к тому моменту пытался синтезировать нервно-паралитический газ, но не стали углублять эту версию, уничтожив найденные препараты в соответствии с установленной процедурой. Также у Заики лежали примитивные предметы культового характера — осиновый кол и рогатина.
Вереница жертв
Как выяснилось после задержания Заики, он убивал людей ещё до знакомства с Кондрашовым. Об этом знал друг Михаила, Владислав Кудрявцев. Как вспоминают участники расследования, Кудрявцев был типичным теоретиком чёрной магии — из тех, что в 90-е заполняли курилки гуманитарных факультетов, обсуждая редкие трактаты и малоизвестные магические практики. Участники расследования полагают, что он мог не только знать о преступлениях, но и способствовать им, дав Заике сверхидею, которой можно служить.
В 1997 году, когда Кудрявцеву было 22 года, его брата арестовали по обвинению в грабеже. Дело строилось на показаниях человека по фамилии Андрущенко.
Позже Заика пригласил Андрущенко вместе с Кудрявцевым «попробовать новый наркотик», а когда тот подставил руку, то усыпил и зарезал знакомого. По словам Кудрявцева, он ничего не знал о плане Михаила: сам он якобы тоже потерял сознание после укола, а когда очнулся, то увидел, что Андрущенко мёртв.
Следующей весной Заика решил свести счёты с человеком по фамилии Борисов. Его он подозревал в сдаче нарколаборатории, в которой начинал Михаил. Борисова Заика ударил камнем по голове и добил ножом.
У экспертов, изучавших ритуальную составляющую преступлений, до сих пор остались сомнения, мог ли Кудрявцев не просто знать о том, что происходит, но и давать конкретные наставления. Ведь убийства, с точки зрения криминалистики, полноценным ритуалом не являлись, а были проявлением примитивного некрофилического культа (проявления тяги к смерти и расчеловечиванию). Непохоже, что преступники зашли дальше стереотипов о сатанизме из массовой культуры, считают эксперты. Например, число 666, часто встречавшееся в дневниках Заики, — число талантов золота, которые получал Соломон. В античной культуре это символизирует полноту земной власти и не имеет отношения к служению злу.
Из этой картины, по мнению экспертов, выбивается характерная деталь — вырезанный с шеи лоскут кожи, действительно древняя и сравнительно малоизвестная магическая практика для «пленения души», которую мог подсказать как раз Кудрявцев.
«Говорил, что сожалеет»
После задержания у Заики обострился психоз: в бредовом состоянии он обещал взорвать отделение милиции при помощи самодельной взрывчатки. Вскоре все участники группы сатанистов предстали перед судом. Приговор был вынесен 15 декабря 2000 года. Реальный срок — в общей сложности 24 года тюрьмы — получил только Кондрашов. Судебно-психиатрическая экспертиза признала его вменяемым, обнаружив при этом «признаки психопатии и симулятивного поведения».
Ошуркова приговорили к трём годам за изготовление и передачу холодного оружия, а также укрывательство преступлений. Однако в честь 55-летия Победы он был амнистирован. При этом, как сообщали СМИ, в том же 2000 году Александра Ошуркова привлекали к ответственности за вовлечение несовершеннолетних в проституцию.
Участие Кудрявцева в убийствах не доказали, но как сообщали СМИ, его всё же направили на принудительное лечение. Заика был признан невменяемым и бессрочно отправлен в психиатрическое учреждение тюремного типа.
Как вспоминают участники расследования, петербургских сатанистов в кругу криминалистов называли «типичные сверхчеловеки». Так, Заика в психиатрической клинике выписывал себе «характеристики», в которых назначал себя полковником культовых сил, высокопоставленным нацистским иерархом, доктором химических наук.
Молодые люди без определенных занятий, страдающие психическими нарушениями, шли на всё, чтобы придать себе ценность, полагают криминалисты. Для этого, по мнению экспертов, они хватались за все возможности, ставшие широко доступными подобным людям в девяностые, — оккультизм, нацизм, наркотики.
При этом участники банды дополняли друг друга, продолжают криминалисты. Заика в силу диагноза искал сверхидею, Кудрявцев его (неизвестно, специально или нет) к ней подтолкнул, а Кондрашов в этой ситуации оказался ведомым и был вовлечен в бред Заики, констатируют участники расследования.
След Кондрашова в тюрьме теряется, а для Михаила Заики всё кончилось относительно хорошо. Лечение принесло свои плоды — несколько лет назад его выписали. Заика пришёл к Богу и начал писать картины, в том числе и религиозные. Теперь он достаточно известный художник, и о прошлом вспоминать не любит — от интервью RT отказался наотрез. Кураторы, готовя его выставки, указывают в аннотациях только, что из-за отсутствия должной медицинской помощи у художника были некоторые проблемы с законом, которые привели к длительному принудительному лечению.
По мнению соседа Заики по палате Максима, Михаил увлекательно рассказывал о живописи, своих выставках, а также о химии. Во время лечения бывший сатанист знал состав каждого препарата, который им назначали, и понимал его действие на организм.
«Человеком он был спокойным, тихим, я бы даже сказал — нежным. Не похож на того, кто мог бы буйствовать, проявлять агрессию. Общаться с ним было интересно. Я удивился, когда мне рассказали, за что он туда попал. Сам он говорил, что сожалеет. Мол, просто был молодой, глупый, попал не в ту компанию», — рассказал он.
Благодарим за помощь в подготовке материала Алексея Холопова — заведующего криминалистической лабораторией Санкт-Петербургского юридического института (филиала) Университета прокуратуры РФ, кандидата юридических наук, доцента, старшего советника юстиции, специалиста по расследованию ритуальных убийств.