Москва и Пекин укрепляют экономические и политические связи

По итогам саммита НАТО в Вильнюсе было принято заявление аж из 90 пунктов. Понятно, что в документе много про Россию и Китай. Китай впервые представлен как угроза. "Заявленные Китайской Народной Республикой амбициозные цели и политика принуждения бросают вызов нашим интересам: безопасности и ценностям. Углубление стратегического партнерства между КНР и Россией и их взаимоукрепляющие попытки подорвать основанный на правилах международный порядок противоречат нашим ценностям и интересам", – говорится в заявлении.

Ответ Китая не заставил себя ждать. Отповедь дал постпред Китая при ООН Чжан Цзюнь: "НАТО вышло за географические рамки, которые были изначально предусмотрены, и сейчас планирует проецировать свою силу на всю планету. Поэтому настоящим виновником всех бед является не кто иной, как НАТО. Обвинения, которые НАТО выдвигает в адрес Китая, абсолютно беспочвенны. Китай стремится к глобальному миру".

Так или иначе, но враждебная риторика в адрес Китая не мешает американским чиновникам ездить в Пекин и пытаться о чем-то договариваться. Правда, как только американцы попадают в Поднебесную, вся спесь куда-то улетучивается.

В последних числах июня в Китай летал госсекретарь США Энтони Блинкен. Весь мир облетела фотография рукопожатия Блинкена и Си Цзиньпина. Американец в подобострастной позе просителя с опущенными вниз глазами и невозмутимый Си. Видно, что эта встреча Блинкену нужна гораздо больше, чем лидеру Китая.

На днях в Китае побывала министр финансов США Джанет Йеллен, и та же история. Тут уже и в Америке в соцсетях стали задаваться вопросом: "А почему русские не кланяются?" И сопровождают вопрос видеокадрами, где Си Цзиньпин встречается со спикером Совета Федерации России Валентиной Матвиенко. Как говорится, почувствуйте разницу.

Впервые русские песни Чжан Дасянь услышал в августе 1945-го, когда освобождавшие Маньчжурию советские войска, высадились неподалеку от его родной деревни. Ему тогда было пять.

"Советские солдаты были очень добры к нам и все время помогали. Я тогда очень удивился, что молодые солдатики, когда заходили к нам домой, попросить посуду, все время обращались к моим родителям "папа", "мама". Я еще спросил маму: они что, знают, как по-китайски "папа" и "мама"? Я не ожидал, что по-русски эти слова звучат точно так же", – вспоминает Чжан Дасянь.

Спустя годы Чжан Дасянь выучил русский, потом полвека преподавал его в Даляньском университете. Но детство, что прошло бок о бок с советским гарнизоном, врезалось в память настолько, что профессор Чжан занялся установлением имен похороненных тут красноармейцев. Вписав в книгу памяти героев Порт-Артура еще две тысячи фамилий.

"Это нужно, чтобы родные искали своих родных. Мы, китайцы, и Россия тоже не должны забывать их, потому что отдали свои жизни для освобождения Китая", – считает Чжан Дасянь.

Самое большое за рубежом русское мемориальное кладбище. Больше 17 тысяч бойцов. От Русско-японской до Второй мировой и даже Корейской – в этой земле лежат солдаты нескольких войн. Поэтому православные кресты на погосте соседствуют с пятиконечными звездами. В память о подвигах – венки и цветы от председателя Совета Федерации и всего российского парламента.

На барельефах обелиска – как встречали китайцы красноармейцев, с цветами. Но то, с каким чувством в Китае относятся к их героизму сегодня, Валентину Матвиенко особенно тронуло. "Наша благодарность и глубокое уважение руководству города, провинции за такое бережное отношение", – сказала она.

В 60-е культурная революция прошла катком по многим историческим мемориалам Поднебесной, и Люйшунь – так теперь называется Порт-Артур – не был исключением. Кладбище пришло в запустение, плиты обветшали. Восстановили некрополь в конце 2000-х на деньги российских фондов. Теперь китайцы и сами поддерживают порядок.

В обычно тихом месте, где точно, как в словах старинного вальса, "на сопках Маньчжурии воины спят и русских не слышат слез" – его написал один из героев Русско-японской войны, майор Шатров – снова звучит русская речь. С открытием после пандемии границ в Далянь вернулись российские туристы.

Потомки бойцов 88-й интернациональной бригады Второго Дальневосточного фронта, сражавшихся плечом к плечу с солдатами Красной Армии, тоже продолжают свою поисковую работу, не забывая, что современный Далянь – это все-таки бывший Дальний. И тот же Люйшунь, где теперь расквартированы китайские моряки, создавался в начале ХХ века как главная база русского флота на Тихом океане, которую после Второй мировой Советский Союз вернул себе еще на десять лет.

Советская военная база просуществовала в Порт-Артуре до середины 50-х, после чего СССР передал ее Китаю. Так Дальний окончательно стал Далянем. Но кто строил этот город, китайцы, конечно, до сих пор помнят. Русские мотивы в провинции Ляонин – сейчас нечто вроде туристической изюминки. Даже главная пешеходная улица называется Русской. Китайцы раскупают матрешки и поделки "под хохлому". Рядом с мороженым на прилавках горками выложена вареная колбаса. Сделана, конечно, в соседнем цехе, но надпись кириллицей как знак качества.

Рынок отреагировал на запросы появлением и своеобразного архитектурного стиля. Как в "Сказке о царе Солтане". Но Далянь уже давно вышел за рамки туристической экзотики. Один из крупнейших промышленных и логистических центров Поднебесной, ориентированный на экономические связи с Россией, о развитии которых как раз и говорила Валентина Матвиенко и в Даляне, и в Пекине, где делегацию российских парламентариев принял сам глава КНР.

"Госпожа спикер, вы давний друг китайского народа. Вы на протяжении многих лет посвятили себя содействию развитию китайско-российских отношений и внесли важный вклад в углубление традиционной дружбы и сотрудничества в различных областях между двумя странами", – отметил Си Цзиньпин, председатель КНР.

"Мы с президентом Путиным разговаривали перед моим отъездом. Он просил меня передать вам его теплый привет и наилучшие пожелания. Он с теплотой вспоминает вашу встречу в марте и ваши длительные переговоры", – сказала Матвиенко.

Для Матвиенко, чья жизнь и карьера прочно была связана с Петербургом, визит в Пекин – почти как в ставший родным город. Пекин же по-китайски – Бэйцзин, что переводится как "северная столица", а значит, Пекин и Петербург – в определенной степени тезки. Да, культурная жизнь здесь не менее насыщена, чем в Петербурге. Российским парламентариям показывают национальный музей. Здесь знаменитый древний китайский фарфор. Синий дракон на белоснежной керамической глазури, кстати, почти как гжель. А дальше – Пекинская академия танца.

Фантастическую пластику и невероятно яркую постановку спикер Совета Федерации отметила сразу, попутно сообщив студентам и важную новость: следующие два года лидеры России и Китая объявили годами совместных культурных обменов. И это прекрасная возможность еще больше окунуться в культуру и искусство двух стран. То, что делает только крепче экономические и политические связи. Точно так же, как крепче их делает и общее историческое прошлое, которое в Китае чтут.