Мистический лес Санкт-Петербурга
Памятник Александру Блоку, установленный в северной столице накануне Рождества, поделил гражданское общество на сторонников и противников. Адепты современного искусства восхищались падающей статуей работы заслуженного художника Евгения Ротанова. Противники, воспитанные на идеальных классических образцах монументального искусства, были возмущены такой трактовкой образа великого русского поэта. Кто-то даже отправил гневные реляции в Министерство культуры и Государственную Думу, потребовав не засорять культурную столицу России подобными «шедеврами».
Скорее всего, от гневных реляций толк будет такой же, как от письма Ваньки Жукова на деревню дедушке, и пример со сносом «распластанного» изваяния Сергею Есенину здесь не сработает. Ибо из упомянутых высоких московских кабинетов реляции будут направлены «по принадлежности вопроса» уважаемым главам исполнительной и законодательной власти Санкт-Петербурга – тем самым, кто и профинансировал, и открыл памятник накануне Рождества. Те, в свою очередь, дадут команду подчиненным и экспертам подготовить компетентный ответ. Нетрудно догадаться, каким он будет. Ведь именно эти эксперты научно обосновывали установление злополучной статуи.
Действительно, экспертное сообщество в нашем городе находится в авторитете. Пожалуй, главным экспертом по данной проблеме можно назвать легендарного Александра Давидовича Боровского – заведующего отделом новейших течений искусства в Русском музее, кандидата наук, члена-корреспондента Российской Академии художеств, лауреата многих премий. Его точка зрения однозначна: «Современная скульптура – это факт. Другой вопрос, нравится кому-то современное искусство или нет. Если мировые эксперты считают подобную скульптуру достойной и даже выдающейся, то к их мнению надо прислушаться, а не бить тревогу. А лишать молодежь современной скульптуры попросту недемократично».
Стоит напомнить, что еще недавно во дворе Мраморного дворца (филиал Русского музея) напротив знаменитой конной статуи императора Александра III работы Паоло Трубецкого возвышалась скульптура из стеклопластика в виде огромного тираннозавра. В общем, символ восточной державы (красный дракон) наяву противостоял здесь символу русской государственности. Представитель Русского музея, одобрив данную композицию, сказал: «Мы хотели бы, чтоб эта вещь (тираннозавр) стала экспонатом Русского музея и навсегда украсила наш дворик перед Мраморным дворцом и, соответственно, наш город».
Таким образом, позиции петербургского авангарда представляются глубоко эшелонированными. Как же пробиться через эти мистические чащи, донести глас народного возмущения до административных высот и приостановить торжественный марш современного скульптурного непотизма по площадям и улицам старинного классического города?
Следует обратиться к передовому зарубежному опыту. К примеру, в Израиле закон запрещает устанавливать какие-либо памятники на площадях и улицах, если хотя бы один жилец из окружающих домов с этим не согласен. Почему бы такой демократический закон не принять и в культурной столице России?
Во-вторых, исторический центр Санкт-Петербурга с окрестностями – от Кронштадта до Шлиссельбурга – еще в 1990 году был объявлен ЮНЕСКО культурным наследием мира как «шедевр человеческого созидательного гения». Основной культурный лейтмотив нашего города – классицизм и барокко. Это – традиционные ценности, так сказать, противостоящие современному нетрадиционному брутальному искусству (art brut). Почему бы, базируясь на мировых общечеловеческих ценностях, не принять в Санкт-Петербурге закон, запрещающий устанавливать изваяния нетрадиционного брутального искусства в историческом центре города и его окрестностях? В помощь такому закону будет служить и недавний указ (от 22.11.2022) президента о российских духовно-нравственных ценностях, которые должны формировать единое культурное пространство.
А что же делать творцам и адептам современного брутального искусства? Здесь также можно обратиться к передовому зарубежному опыту. В соседней Финляндии, неподалеку от коммуны Париккала, народный финский художник Ве́йо Рёнккёнен, ровесник Евгения Ротанова, в своем саду разбил парк необычных скульптур. Они сделаны в стилистике art brut и отлиты из бетона. Некоторые статуи украшены искусственными зубами и фосфоресцирующими глазами. Для одного изваяния скульптор даже не пожалел вставной челюсти своего покойного отца. Мистический лес Париккала, как окрестили этот парк многочисленные посетители, попал в десятку самых пугающих туристических мест. И приносит немалую прибыль владельцу.
Аналогичный мистический лес мог бы появиться и в Санкт-Петербурге. Скажем, в парке имени 300-летия. Ведь парк появился совсем недавно и не входит в список ЮНЕСКО. В парке уже высажено триста садовых деревьев из Финляндии. Оттуда же привезен гранитный валун с железной жемчужиной внутри. То есть дух мистического леса Париккала уже перекочевал на берега Невы. В парке установлены пять каменных статуй «Дольхарбан» – подарок корейских друзей. Внешне они так похожи на брутальные фигуры. Ну и главное – в этом парке уже есть Аллея парламентаризма, гуляя по которой демократически настроенные поклонники современного искусства могли бы насладиться его лучшими пугающими образцами, в том числе и падающим памятником Александру Блоку.
Какой общественный орган способен осуществить столь актуальные законодательные инициативы? Как представляется, таковым мог бы стать «Культурный фронт», недавно созданный депутатом Государственной Думы, народным артистом РФ Николаем Петровичем Бурляевым. На днях в Санкт-Петербурге было объявлено о формировании местного отделения «фронта». Петербуржцы ждут от него активных позитивных действий.
Евгений ЛУКИН, писатель, Санкт-Петербург