Павел Астахов об убийстве девочки из Костромы: Хватит жалеть преступников. Нужны химическая кастрация и пожизненные сроки

Pinned onto Новости

Бывший детский омбудсмен рассказал, почему после колонии педофилы вновь насилуют и убивают детей, но никто с этим ничего не может сделать

5-летняя девочка пропала 4 января ФОТО: «КП-Кострома»

История 5-летней девочки из Костромы, которую при свете дня похитили в центре города двое мужчин потрясла многих. Малышку несли через весь город, но никто из прохожих даже не заподозрил, что в конце пути ее ждет смерть в незнакомом общежитии от рук незнакомых мужчин. Предварительно, она было изнасилована и убита.

Одним из ее мучителей оказался 44-летний Денис Герасимов, который ранее уже отбывал наказание за свою нездоровую тягу к несовершеннолетним. Тем не менее, мужчина вышел на свободу и совершил еще одно преступление. «КП-Петербург» поговорила с бывшим уполномоченным по правам ребенка при президенте России, адвокатом Павлом Астаховым, чтобы разобраться, почему педофилы так часто оказываются рецидивистами, что с этим делать, и как защитить своих детей от рук подобных злодеев.

В убийстве девочки подозревается 44-летний Денис Герасимов (справа)

«КАСТРАЦИЯ ЕСТЬ, НО МЫ ЕЕ НЕ ИСПОЛЬЗУЕМ»

К сожалению, история девочки из Костромы — это не что-то новое, это сценарий, которые периодически повторяется в разных уголках страны и мира. К примеру, в 2014 году в Оренбургской области из интерната пропал 9-летний мальчик. Его похитителем оказался ранее дважды судимый за педофилию 41-летний Сергей Ушков. Мальчика удалось спасти, он остался жив. Но намного меньше повезло 3-летней девочке из Томска, которая была похищена из детского сада уже другим рецидивистом. Мужчина убил ребенка и вскоре покончил с собой.

— Они не могут остановиться, потому что это серьезное психическое заболевание, — рассказал «КП-Петербург» Павел Астахов. — Я помню случай, когда в аппарат уполномоченного по правам ребенка писал письма один из осужденных за педофилию. Он говорил, что хочет бороться с болезнью, но ему просто отказывают в помощи. К сожалению, сейчас в нашей стране системно не занимаются лечением этой болезни даже после доказанного преступления. Знаете, дикий зверь, находящийся на привязи, все равно опасен. Так и здесь. Нужно лечить психику и применять химическую кастрацию.

По словам Павла Астахова, педофилия — это одна из главных мировых проблем

Опыт борьбы с педофилией при помощи кастрации преступников уже есть у некоторых европейских государств. По словам Павла Астахова, там эти законы не просто существуют, но и эффективно работают.

— Положительный опыт других стран нельзя не замечать. Например, в 2012 году я общался с генеральным консулом Чехии. Он рассказал, что с принятием закона о химической кастрации у них за год в два раза уменьшилось количество преступлений против несовершеннолетних. У нас этот закон с трудом, но все же был принят. Он существует, но не работает, потому что отсутствует механизм. Никто не знает, как им пользоваться, — отметил Павел Астахов.

«ЗАБРАЛ ЖИЗНЬ РЕБЕНКА — РАСПЛАТИСЬ СВОЕЙ»

Принятый в 2021 году закон действительно разрешает кастрацию в отношении осужденных за педофилию людей, но на практике не применяется. Тем не менее, такое «новшество» в российском законодательстве стало небольшим, но прорывом в борьбе с преступлениями в отношении несовершеннолетних.

У общежития, где была убита девочка, местные жители возлагают цветы и игрушки ФОТО: "КП-Кострома"

— Сейчас сложно анализировать причины «пробуксовки» законодательства в отношении педофилов. Просто эти законы очень долго не принимались в стране из-за существовавшего тогда педофильского лобби (личное мнение Астахова — прим.ред.), — рассуждает Павел Астахов. — На заре молодой демократии во власть прорывались разные люди, это действительно так. Из-за этого не принимались законы, не ужесточалась ответственность. Тогда мы в этом плане были на одной строчке с такими странами как Гана и Сенегал.

Тем не менее, с мертвой точки законодательство сдвинулось, так почему же преступления повторяются, а педофилы все еще выходят на свободу?

— К этой проблеме нужно подходить более масштабно, здесь не может быть какой-то панацеи, только системная работа. Нужно установить пожизненный административный надзор за выходящими на свободу преступниками. Запретить им подходить к детям, смотреть фильмы с изображением несовершеннолетних и так далее, — предлагает Павел Астахов. — Тогда они будут знать, что за каждым их шагом следят, что они не останутся безнаказанными. Ну и, конечно, давать пожизненные тюремные сроки. Если он забрал жизнь ребенка, то пусть расплатится своей. Кого мы жалеем? Преступников? А почему мы не жалеем родителей, потерявших самое дорогое? Почему не вспоминаем муки ребенка? Хватит жалеть преступников.

Девочка из Костромы вышла посмотреть на елку, откуда ее и украли педофилы ФОТО: «КП-Кострома»

Часто родители не просто становятся жертвами, теряя ребенка, но еще и обвиняемыми в глазах общественности.

«Не досмотрели!», «Зачем отпустили?», «Нужно было рассказывать, что нельзя ходить с чужими» — сыпется со всех сторон на убитых горем матерей и отцов. Но возможно ли вообще защитить ребенка от гуляющих на свободе преступников?

— Можно обвешать ребенка следящими гаджетами с ног до головы, но все равно найдется негодяй, который его схватит и утащит. Это так не работает, это работает только в комплексе. Да, родителям нужно разговаривать на эту тему с детьми, но это не панацея, — вздыхает Павел Астахов. — Общественность должна обращать внимание на людей странного вида, которые вдруг уводят куда-то маленького ребенка. Не стесняться, а подходить и спрашивать, в первую очередь у ребенка, знает ли он этих людей. Надо быть бдительными, потому что, к сожалению, мы живем в мире, где подобное происходит очень часто, на наших улицах, на наших глазах.