Музей про нас или семь кругов нашего мусора
Мусор — темная грань нашей жизни. Мы не терпим его дома, отводим взгляд от урн и свалок, и даже чистые бутылки, вздохнув, кидаем в общую кучу. Но есть место, где можно пройти по всем этапам его дальнейшей судьбы — и выйти на свет, изменившись.
Трехэтажное черное здание появилось на парковке «МЕГА Дыбенко» совсем недавно. Возвели его из списанной крупногабаритной тары, а у входа повесили интригующую табличку: «Музей про мусор». Все его залы посвящены обращению с отходами, и жители МО № 72 стали одними из самых первых посетителей.
Нашим проводником по мусорной вселенной стал экскурсовод Герман Хильченко: «Подробный рассказ может быть очень долгим, ведь в нашем музее продумана каждая мелочь. А начнем мы с трубы мусоросжигающего завода. Можете не бояться – она уже подостыла к вечеру».
И вот перед нами винтовая лестница — зловещая, узкая, страшная! Словно клубы дыма, мы поднимаемся по ней вверх, проделывая путь всего ненужного, что когда-то оставили на своем пути.
И попадаем... в первобытную пещеру! «Древний человек использовал вещи по максимуму, а под конец – закапывал в землю. Прошло 5-10 тысяч лет, а подход не изменился, только мы закапываем мусор вверх, и высота полигонов доходит до 150 метров!» — продолжает Герман.
Перешагнув долгий путь человечества, мы оказываемся в Советском Союзе. Играет радио, и хочется вспоминать старую жизнь — «макулатурные» книги, заработанное на кефирных бутылках мороженное, бачки с объедками для совхоза «Шушары»... «В СССР был реально эффективный способ обращения с отходами. Раздельный сбор макулатуры, пищевых отходов, металла. Вместо пакетов были авоськи, и даже стеклотара со сколами заново перерабатывалась на стеклодувных заводах».
Нехотя, мы уходим отсюда в настоящее. На карте — вся наша страна, как язвами, покрытая сетью свалок. 4200 фонариков — это предприятия по транспортировке, переработке и захоронению отходов. Лишь на Чукотке с Камчаткой огоньков нет, но не радуйтесь — оттуда просто нет данных.
Неожиданно до слуха доносится тревожный мышиный писк, крики чаек — в залах, посвященных перегрузу мусора и свалкам все, как в жизни, не хватает лишь гнилого запаха и живых грызунов! Печальная, но до чего же знакомая картина!
«Санитарно-защитная зона открытой площадки для перегруза мусора всего 50-100 метров. А у полностью закрытого сортировочного комплекса с оборудованной линией она должна быть 500-1000 метров. Вот и получается, что организовать их на городских площадках невозможно», — грустно рассказывает Герман. И сразу же вспоминаются зловонные свалки на Малой Балканской.
Последний круг ада — мусорный конвейр. Трудятся там работящие, непьющие люди с крепкой психикой. В основном, таджики — славяне не выдерживают. Всю смену, целых десять часов, они стоят у быстрой ленты, выбирая каждый свою фракцию. Грязный, монотонный труд вместо аккуратного раздельного сбора! Неудивительно, что таких линий ничтожно мало, всего пять на Санкт-Петербург.
Зал, посвященный вторичной переработке мусора, после конвейера кажется раем. Чего тут только нет — изделия из ткани, пластика, бумаги, дерева, резины! У каждого — своя история обретения второй жизни, а некоторые получают право на третью, и даже на пятую. Герман посвящает нас в их тайны и обучает искусству узнавать их на прилавках: «Когда мы видим черные боксики для мелочей, вероятность 99.9 процента, что они сделаны из вторички — в этот цвет ее легко окрашивать».
Однако выглядят эти вещи неброско, да и создают их разрозненные предприятия — ведь советской отходоперерабатывающей отрасли с тысячами заводов, у нас больше нет. А если и появится — найдется ли на такой товар достаточно покупателей?
Зато большим спросом пользуются дизайнерские поделки — и тут мы попадаем в самый светлый и привлекательный зал музея. Здесь вазы, конструкторы, картины, сувениры! Рядом с ними — биоразлагаемая посуда, многоразовые мелочи — все то, что призвано сократить объемы мусора. Любую вещь можно купить — этим вы не только поддержите музей, но и поможете производителям понять, какие товары нужнее.
В этом сказочном зале мы мечтаем о будущем. Вспоминаем страны, где почти нет свалок, а за неразобранный мусор — огромные штрафы. Где запрещен одноразовый пластик, а тара так дорога, что сдавать ее очень выгодно. Где из старых холодильников делают сложные протезы. Где культура обращения с отходами развита уже давно.
А у нас главный посыл идет снизу, от простых людей. Только за прошлый год пункт раздельного сбора в «МЕГА Дыбенко» собрал 16 тонн пластика, стеклянных бутылок, жестяных банок. Но несоизмеримо большее количество мусора до сих пор отправляется в общий бак и на свалку.
«Божественная комедия» Данте состоит из двух частей. Та, что про ад, читается запоем, а райскую мало кто осилил — она требует особого мышления, работы над собой. Наша ситуация с отходами очень похожа. Сможем ли мы изменить законы и привычки, чтобы спасти страну от свалок и ядовитого дыма? У «Музея про мусор» нет ответа, но он помогает нам задуматься.
Ольга Ясененко.