Братцы, горим!
В прошлом году, по официальным данным, лес в России горел на территории в 9,3 млн гектаров, а по данным автоматизированной спутниковой системы дистанционного мониторинга (ИСДМ) – на 16,5 млн гектаров.
Как рассказал руководитель лесного отдела Гринпис Алексей Ярошенко, по действующему Лесному кодексу в сводку не попали леса, расположенные на землях сельхозназначения и на так называемых землях запаса. Маленькая хитрость, а картина совсем иная.
В отчётах по июньским пожарам в Нюрбинском лесничестве Якутии данные, по сравнению со спутниковым мониторингом, были занижены в 27–29 раз. Пытались справиться сами, не привлекая федеральные власти? Но ведь это по меньшей мере глупо. Как рассчитать, сколько региону нужно дополнительных материальных средств, людей, техники? В тушениях уже задействовано более двух тысяч человек, 284 единицы техники, 18 самолётов и вертолётов. Люди работают круглосуточно, но ситуация изменяется мало. Пятьдесят населённых пунктов окутаны едким дымом, в столице республики нормы загрязняющих веществ превышены в три раза, закрыт аэропорт, остановлено судоходство по реке Лене.
Полыхает не только Якутия. Режим ЧС введён в 8 регионах. Сгорели два посёлка в Челябинской области, началась эвакуация жителей из посёлка в Карелии. Очаги возгораний несколько раз возникали даже в тёмнохвойной тайге, пожары в которой крайне редки. По мнению экспертов Минприроды, причина в жаре, сильном ветре и сухих грозах. А вот по мнению экологов, истоки надо искать и в принятом в 2006 году Лесном кодексе, разрушившем лесную отрасль и приведшем к сокращению специалистов в пять раз. Болезни, захламлённость леса тоже могут стать причиной очень быстрого разрастания огня. На участке, повреждённом шелкопрядником, например, или короедом, все деревья – мёртвые, сухостой. Сколько ни сбрасывай на них воды с самолётов – всё бесполезно. Кстати, специалисты вообще считают эти сбросы пиар-акцией – красиво, в принципе полезно, но очень затратно и малопродуктивно. Самый эффективный способ – изобретённые столетия назад окапывание и отжиг. А значит, людские ресурсы, которых почти не осталось, и спецтехника. На всё это, включая охрану лесов, регионам требуется, по данным Минприроды, 90–100 млрд рублей, выделяется 30 млрд...
В прошлом году в Якутии огнём было уничтожено 6 млн гектаров леса – 70% от всех пожаров в стране. А площадь тушения не превысила двух процентов. Получается, что львиная доля лесов находится в зоне контроля, то есть за пожарами там наблюдают, но из-за экономической нецелесообразности и труднодоступности не гасят. Да, мы не самая богатая страна и у нас масса «дырок», но лес мы не имеем права потерять. Именно он, благодаря своим поглощающим возможностям, способен хотя бы немного повлиять на стремительно изменяющийся климат. «Газпром», конечно, наше достояние, но всё же в начале слогана просто просится слово «лес».
Людмила Мазурова
ПРЯМАЯ РЕЧЬ
Игорь Шутов, заслуженный лесовод РСФСР, член-корреспондент РАСХН (1993), член-корреспондент РАН (2014).
– Вскоре после отмены крепостного права Александр III издал указ о лесоохранении, за исполнение которого в каждой губернии отвечали губернатор, прокурор, судья и ещё несколько человек. Это была, по существу, лесная полиция. Сегодня у нас ответственных за сохранение лесов нет. Изобрели даже новое слово – не лесные пожары, а «природные». Как будто не люди виноваты в этой ситуации, а чёрт знает кто. Конечно, бывают пожары от гроз, но это где-то процентов 10, не больше. Нам показывают по телевидению насосы, которыми поливают возгорания, так они были созданы нашим Санкт-Петербургским институтом лесного хозяйства ещё до войны! Новых мощных современных машин нет.
Нужны коренные изменения в системе организации лесного хозяйства. Но, похоже, пока не загорится территория вокруг Кремля – а так уже было, – ничего не изменится.