Памяти ветерана Великой Отечественной войны, протоиерея Евгения Фёдорова

Этот материал вышел на нашем сайте в 2014 году в рамках проекта «53 храма». Мы републикуем его в связи с кончиной протоиерея Евгения Фёдорова, старейшего клирика Новгородской митрополии, почётного настоятеля храма во имя Святой Живоначальной Троицы в селе Перетно Окуловского района, ветерана Великой Отечественной войны. Сегодня, 3 июля, состоялось отпевание и похороны отца Евгения.

***

Церковь Святой Троицы в селе Перетно была построена в 1818 году (по другим данным - в 1820-м) тщанием прихожан и помещицы Варвары Алексеевны Мусиной-Пушкиной.

Трехпрестольный храм выстроен в стиле классицизма. Главный престол освящен во имя Святой троицы, южный придел — Покрова Пресвятой Богородицы, северный — преподобного Нила Столобенского.

Внутри храма сохранилась роспись второй половины XIX века.

За все время церковь была закрыта лишь несколько лет: в 1935 году она перешла местному депутатскому управлению. Храм тогда был предан поруганию, а священник и дьякон были репрессированы. Местные комсомольцы выломали иконы и утопили их в близлежащем озере, кладбищенскую ограду переплавили, а церковную использовали на строительство дороги до Окуловки. Церковное здание стали использовать под склад зерна.

Дальнейшее разрушение остановила начавшаяся Великая Отечественная война. Церковь вновь открылась и долгие годы она была единствующим действующим храмом на территории Окуловского и Крестецкого районов.

Настоятель — протоиерей Евгений Федоров.

Жизнь многих православных новгородцев связана с этим небольшим храмом, где многие годы служит протоиерей Евгений Федоров, ветеран Великой Отечественной войны. Всего он отдал служению Богу и Церкви более полувека.

- Отец Евгений, сколько лет вы уже служите в этом храме?

- Лет не считал, а первая служба тут была в праздник Покрова, в 1974 году. Указ о моем назначении сюда подписал митрополит Никодим.

Священником я стал в 1959 году. До этого служил в Броннице, под Новгородом. У нас там в храме было два священника. Сюда я приезжал служить по воскресеньям, и мне тут очень понравилось.

- Известно, что вы участвовали в Великой Отечественной войне. Расскажите о том периоде.

- Я был связистом в артиллерии. На 1-й Украинский фронт попал в 1944 году из госпиталя. В госпитале, ранее, оказался после того, как был ранен в партизанском отряде.

Прошел до конца войны. День Победы встретил в сорока километрах западнее Берлина.

- Вы были верующий человек? И были ли еще в вашей части верующие?

- Я верил. О других не знаю, не спрашивал.

- А как во время боя вы молились Богу?

- Я тогда уже знал Отче наш, который читал с детства.

- Как вы решили стать священником?

- На меня повлияли переживания войны. Я там видел ад.

- Буквально или иносказательно?

- Буквально — быть в аду. А то, что я видел — было на земле. К примеру, участвовал в артподготовках. Вот это, к примеру, и был ад.

Верующим я был, как уже говорил, с детства. Перед войной исповедовался и причащался вместе с матерью в церкви святителя Николая, находящейся в крепости псковского города Порхова. Во время войны, в партизанах, на Псковщине тоже ходил в церковь.

То что я видел и во время войны и до нее, очень на меня повлияло... Человек-то живой, чувства есть. Тогда, как попал я на войну, только закончил девять классов. Видел как деревни горели, как людей вешали, стрельбу видал и разруху. Сам взял в руки оружие...

Так вот, все-таки о том, как я решил в будущем стать священником. На фронте со мной произошел один случай, когда я впервые сильно задумался об этом.

Однажды наши радисты не пришли с наблюдательного пункта в расположение части. А надо было уже двигаться вперед. Мы, связисты, уже сели в машины и готовы были ехать вперед, но начальник приказал ждать радистов. Нам дали маршрут, куда идти, после их возвращения с НП.

Мы ждали радистов, а их всё нет и нет. Тогда мы сами решили идти по указанному маршруту. Пришли к расположению нашей части, а она, оказывается, уже дальше уехала. И так мы догоняли ее трое суток.

Нас двое было, я да Трофим Мостиков, сибиряк. У него был орден Красного Знамени за форсирование Днепра. Шли пешком, да еще и без питания. Правда, однажды нам удалось прокатиться на попутной машине, но заехали не туда...

И вот впереди встретился нам один город. Уже не помню его названия, да тогда и не сильно интересовались мы этим. Как раз перед нашим приходом там закончился бой. Повсюду были убитые на улицах — и наши, и немцы. Некоторые были даже раздеты, в нижнем белье. А чувство у меня тогда на войне было такое: не сегодня-завтра — все-равно убьют. Ничего не интересовало.

И я подумал тогда:

Господи, оставь меня в живых, чтобы посмотреть — будет ли жизнь на земле после этой войны.

Вот какое у меня состояние было! Я тогда не мог представить, что где-то позади меня мирная жизнь своим чередом идет.

Служил я, кстати, в легком артиллерийском полку №1007. Основное орудие у нас была 76-миллиметровая противотанковая полуавтоматическая пушка. Нас тогда быстро перебрасывали с одного места на другое на «Студебеккерах» — то пехоту поддержать, то против танков. Дольше двух-трех дней на одном месте не задерживались. И все время бойня, бойня, бойня...

Когда между сражениями не было особых обязанностей, оставалось все-таки время подумать. И вот какая мысль однажды мне пришла в голову, после того как я выразил свою просьбу Богу:

...А может, если я останусь жить, Тебе послужу.

- Вы были ранены?

- Да. Только не на фронте, а когда был еще партизаном. Недолго мне довелось повоевать в партизанском отряде. Нашу третью бригаду направили оказывать поддержку армии в прорыве блокады Ленинграда. Конечно, мы не знали общего масштаба операции. Задание у нас было делать завалы на дорогах — задерживать отступление врага. Когда на дорогах мы создавали пробки из немецких колонн, налетали наши самолеты и бомбили гитлеровцев.

Вот во время перехода под обстрелом через шоссе и железную дорогу меня и ранило... Шоссе перешли хорошо, а на железной дороге я задержался с лошадью командира роты. Многих тогда ранило и убило у нас из-за огня немецкого десанта, который высадился с бронепоезда.

- Какое качество вы считаете самым главным для священника?

- Соблюдение того, что положено соблюдать.

Вообще же, человека спасает благодать Божия. Как говорил Серафим Саровский, «в Духе ли Божием вы обретаетесь или нет? И если в Духе, то благословен Бог. Не о чем горевать: хоть сейчас на Страшный Суд Христов».

Фото Артура Крейтора, фото 1 — сайт Новгородской епархии.

При подготовке материала использован справочник-путеводитель 2013 года «Новгородская митрополия».

Проект осуществляется в сотрудничестве с миссионерским отделом Новгородской епархии.