Портреты императора Александра I. Часть 2.
По практически единодушному мнению современников великий князь Александр Павлович был образцом юношеской красоты. Впрочем, и на солнце были пятна. «Голова у него несколько наперед, но красивая голова. Как увидишь ее, так забудешь, что молодой человек держит ее не довольно прямо, а немножко наклоняет вперед. Это было уже часто ему замечено, но когда он сидит на лошади или танцует и держит голову прямо над плечами, то он напоминает Аполлона Бельведерского тем, кто имеет честь знать последнего.» (Из письма Екатерины II от 14 августа 1792) Обратим внимание: наверное, первый раз его назвали Аполлоном. Позже это сделают не единожды.
Е.П.Янькова вспоминает. «Александр Павлович был так хорош собой и привлекателен, что на придворных балах он всех мужчин превосходил красотою и императрица (Екатерина II) не могла на него налюбоваться. Но он имел два недостатка: голову как-то странно вытягивал вперед и был туг на одно ухо.»
Великий князь Александр. 1790-е. Гравюра по рисунку то ли Бореля, то ли Лампи, то ли Вуаля.
В 1792 году баденская принцесса Луиза так написала о своем нареченном: «Я смотрела на Великого Князя Александра так внимательно, насколько это позволяло приличие. Он мне очень понравился, но не показался мне таким красивым, как мне его описали.» (письмо 1792 года) Вероятно, наши дипломаты, стараясь устроить этот брак, несколько перестарались в восхвалениях. Но позже наш великий князь все-таки произвел должное впечатление на немецкую принцессу: «Он на самом деле прекрасно сложен, ноги, ступни красивой формы, но если ступни чуть велики, то это находится в пропорции к его высокому росту. У него каштановые волосы, голубые глаза, не очень большие, но и не маленькие, очаровательный оттенок кожи, прямой, довольно красивый нос. Ну, а рот почти точно такой, как у императрицы.»
Великий князь Александр. 1793. Ритт.
К свадьбе Александра и Елизаветы Алексеевны, бывшей принцессы Луизы, Державин написал стихи. И тогда, наверное, впервые прозвучало в адрес великого князя Александра слово «Амур».
Амуру вздумалось Психею,
Резвяся, поимать,
Опутаться цветами с нею
И узел завязать.
Прекрасна пленница краснеет
И рвется от него,
А он как будто бы робеет
От случая сего.
Она зовет своих подружек,
Чтоб узел развязать,
И он - крылатых своих служек,
Чтоб помочь им подать.
Приятность, младость к ним стремятся
И им служить хотят;
Но узники не суетятся,
Как вкопаны стоят.
Ни крылышком Амур не тронет,
Ни луком, ни стрелой;
Псишея не бежит, не стонет,-
Свились, как лист с травой.
Так будь чета век нераздельна,
Согласием дыша:
Та цепь тверда, где сопряженна
С любовию душа.
Современники радостно подхватили эту идею.
«Ничто не могло представить зрелища более интересного и приятного, чем прелестный союз Великого Князя Александра и Великой Княгини Елизаветы. Это были Амур и Психея.» (Из мемуаров Головиной)
Вот портрет Александра Павловича, который он подарил своей матери в 1794 году.
Великий князь Александр. 1794. Гравюра И.Г.Набгольца с рисунка Рита.
Кстати, французская художница Э.Виже-Лебрен, работавшая в России в конце XVIII века, считала, что «…Александр унаследовал от матери красоту и характер…»
Великие князья Александр и Константин. 1795. Лампи. Эрмитаж.
Вот как расшифровывает символику портрета сотрудник Эрмитажа М.П.Гарлова: "Молодые люди представлены на фоне классицистической архитектуры в орденских костюмах: Александр — в костюме ордена Св. Андрея Первозванного, Константин — ордена Св. Александра Невского. Справа статуя Минервы (Афины), богини Мудрости, традиционно ассоциирующейся с императрицей Екатериной II. У подножия статуи — курильница с воскуряющимся фимиамом. Братья держатся за руки, демонстрируя свою дружбу и единство. Композиция полотна навеяна «Портретом великих князей Леопольда и Иосифа», написанным Помпео Батони в 1769 году в Риме и снискавшим большой успех... Настроение любви и дружеского согласия было усилено на портрете российских великих князей введением барельефа на постаменте скульптуры Афины, где в тондо, обрамленном лавровым венком, изображены античные герои братья Диоскуры, Кастор и Полидевк - символ нерушимой братской любви и единодушия в героической борьбе... Надпись на греческом языке - цитата из Пиндара: «А Совоокая даровала им лучшие доблести и умение, превосходящие всех смертных».
Великий князь Александр Павлович был завзятым щеголем. "Тогда же была на Таврическом театре представлена комедия Русская Лебедянская Ярманка, сочин. г. Копьева, где осмеяны странныя моды молодых жеманов, толстые на шее платки, короткия трости и низкие башмаки, кои ежеминутно с ног спадывали. Государыни и всем тут присутствовавшим оная очень понравилась, кроме молодых в. князей, которые некоторым образом себя тут видели." (Из записок Протасова, 2 апреля 1794)
Великий князь Александр. 1797-98. Лампи (возможно). Русский музей.
Когда Павел I вступил на престол, его сыну на время пришлось забыть о щегольстве. Прусские наряды мало соответствовали требованиям тогдашней моды. Тем не менее, похоже, природные данные нельзя были испортить ни старомодными мундирами, ни нелепыми прическами. Характерный эпитет, относящийся к Александру конца 1790-х годов – «прелестный». Комаровский вспоминает о назначении его в 1797 году адъютантом великого князя Константина.
«Выходя от него, я встретил наследника; увидевши меня, с свойственною ему прелестною улыбкою его высочество сказал мне:
-Поздравляю, Комаровский.»
Великий князь Александр. Неизвестный художник. 1798-1800. Александровский дворец.
Вигель пишет более восторженно: «Я стоял с трепетом 10 мая 1798 г. на Тверской, подле дома главнокомандующего, когда Павел Первый в нескольких шагах проехал мимо меня. Он сидел в открытой коляске с своим наследником и с улыбкой кланялся (Безобразием его я был столько же поражен, как и красотою Александра).»
Великий князь Александр. 1798-1800. Неизвестный художник. Музей истории Санкт-Петербурга.
Ну, или вот юношеские воспоминания Е. Вюртембергского (Виртембергского). 1801 год. «В течение различных перипетий этого дня я наконец столкнулся в первый раз и с наследником престола. Сколько доброты и любезности светилось во взорах Александра! Прелестный 23-х летний юноша мимоходом проговорил мне какую-то любезность, более, чтоб сделать удовольствие своему отцу, чем во внимание к моей собственной маленькой личности; но его обращение со всеми окружающими внушило мне к нему полнейшее обожание.»
Е.П.Янькова вспоминает. «Александр Павлович был так хорош собой и привлекателен, что на придворных балах он всех мужчин превосходил красотою и императрица (Екатерина II) не могла на него налюбоваться. Но он имел два недостатка: голову как-то странно вытягивал вперед и был туг на одно ухо.»
Великий князь Александр. 1790-е. Гравюра по рисунку то ли Бореля, то ли Лампи, то ли Вуаля.
В 1792 году баденская принцесса Луиза так написала о своем нареченном: «Я смотрела на Великого Князя Александра так внимательно, насколько это позволяло приличие. Он мне очень понравился, но не показался мне таким красивым, как мне его описали.» (письмо 1792 года) Вероятно, наши дипломаты, стараясь устроить этот брак, несколько перестарались в восхвалениях. Но позже наш великий князь все-таки произвел должное впечатление на немецкую принцессу: «Он на самом деле прекрасно сложен, ноги, ступни красивой формы, но если ступни чуть велики, то это находится в пропорции к его высокому росту. У него каштановые волосы, голубые глаза, не очень большие, но и не маленькие, очаровательный оттенок кожи, прямой, довольно красивый нос. Ну, а рот почти точно такой, как у императрицы.»
Великий князь Александр. 1793. Ритт.
К свадьбе Александра и Елизаветы Алексеевны, бывшей принцессы Луизы, Державин написал стихи. И тогда, наверное, впервые прозвучало в адрес великого князя Александра слово «Амур».
Амуру вздумалось Психею,
Резвяся, поимать,
Опутаться цветами с нею
И узел завязать.
Прекрасна пленница краснеет
И рвется от него,
А он как будто бы робеет
От случая сего.
Она зовет своих подружек,
Чтоб узел развязать,
И он - крылатых своих служек,
Чтоб помочь им подать.
Приятность, младость к ним стремятся
И им служить хотят;
Но узники не суетятся,
Как вкопаны стоят.
Ни крылышком Амур не тронет,
Ни луком, ни стрелой;
Псишея не бежит, не стонет,-
Свились, как лист с травой.
Так будь чета век нераздельна,
Согласием дыша:
Та цепь тверда, где сопряженна
С любовию душа.
Современники радостно подхватили эту идею.
«Ничто не могло представить зрелища более интересного и приятного, чем прелестный союз Великого Князя Александра и Великой Княгини Елизаветы. Это были Амур и Психея.» (Из мемуаров Головиной)
Вот портрет Александра Павловича, который он подарил своей матери в 1794 году.
Великий князь Александр. 1794. Гравюра И.Г.Набгольца с рисунка Рита.
Кстати, французская художница Э.Виже-Лебрен, работавшая в России в конце XVIII века, считала, что «…Александр унаследовал от матери красоту и характер…»
Великие князья Александр и Константин. 1795. Лампи. Эрмитаж.
Вот как расшифровывает символику портрета сотрудник Эрмитажа М.П.Гарлова: "Молодые люди представлены на фоне классицистической архитектуры в орденских костюмах: Александр — в костюме ордена Св. Андрея Первозванного, Константин — ордена Св. Александра Невского. Справа статуя Минервы (Афины), богини Мудрости, традиционно ассоциирующейся с императрицей Екатериной II. У подножия статуи — курильница с воскуряющимся фимиамом. Братья держатся за руки, демонстрируя свою дружбу и единство. Композиция полотна навеяна «Портретом великих князей Леопольда и Иосифа», написанным Помпео Батони в 1769 году в Риме и снискавшим большой успех... Настроение любви и дружеского согласия было усилено на портрете российских великих князей введением барельефа на постаменте скульптуры Афины, где в тондо, обрамленном лавровым венком, изображены античные герои братья Диоскуры, Кастор и Полидевк - символ нерушимой братской любви и единодушия в героической борьбе... Надпись на греческом языке - цитата из Пиндара: «А Совоокая даровала им лучшие доблести и умение, превосходящие всех смертных».
Великий князь Александр Павлович был завзятым щеголем. "Тогда же была на Таврическом театре представлена комедия Русская Лебедянская Ярманка, сочин. г. Копьева, где осмеяны странныя моды молодых жеманов, толстые на шее платки, короткия трости и низкие башмаки, кои ежеминутно с ног спадывали. Государыни и всем тут присутствовавшим оная очень понравилась, кроме молодых в. князей, которые некоторым образом себя тут видели." (Из записок Протасова, 2 апреля 1794)
Великий князь Александр. 1797-98. Лампи (возможно). Русский музей.
Когда Павел I вступил на престол, его сыну на время пришлось забыть о щегольстве. Прусские наряды мало соответствовали требованиям тогдашней моды. Тем не менее, похоже, природные данные нельзя были испортить ни старомодными мундирами, ни нелепыми прическами. Характерный эпитет, относящийся к Александру конца 1790-х годов – «прелестный». Комаровский вспоминает о назначении его в 1797 году адъютантом великого князя Константина.
«Выходя от него, я встретил наследника; увидевши меня, с свойственною ему прелестною улыбкою его высочество сказал мне:
-Поздравляю, Комаровский.»
Великий князь Александр. Неизвестный художник. 1798-1800. Александровский дворец.
Вигель пишет более восторженно: «Я стоял с трепетом 10 мая 1798 г. на Тверской, подле дома главнокомандующего, когда Павел Первый в нескольких шагах проехал мимо меня. Он сидел в открытой коляске с своим наследником и с улыбкой кланялся (Безобразием его я был столько же поражен, как и красотою Александра).»
Великий князь Александр. 1798-1800. Неизвестный художник. Музей истории Санкт-Петербурга.
Ну, или вот юношеские воспоминания Е. Вюртембергского (Виртембергского). 1801 год. «В течение различных перипетий этого дня я наконец столкнулся в первый раз и с наследником престола. Сколько доброты и любезности светилось во взорах Александра! Прелестный 23-х летний юноша мимоходом проговорил мне какую-то любезность, более, чтоб сделать удовольствие своему отцу, чем во внимание к моей собственной маленькой личности; но его обращение со всеми окружающими внушило мне к нему полнейшее обожание.»