Санкт-Петербургский ПЕН-клуб выразил солидарность с писательницей Еленой Чижовой
На сайте Санкт-Петербургского ПЕН-клуба опубликовано открытое письмо в поддержку директора этой организации, писателя, лауреата премии «Русский Букер-2009» Елены Чижовой, в отношении которой в пропагандистских СМИ была развязана травля за ее статью о блокаде Ленинграда. Ниже текст заявления приводится полностью.
Наш друг и коллега, писатель Елена Чижова написала для швейцарской газеты «Neue Zürcher Zeitung» статью о блокаде Ленинграда и назвала ее «Память, запертая с двух сторон». Русский текст статьи выложен здесь: https://mr-7.ru/articles/201867/, и всякий может его прочесть и составить свое мнение. Некоторые, впрочем, уже прочли и составили, причем не только мнение, но и заявление в Следственный комитет, решив, что не стоит зазря пропадать законам о «фальсификации истории», «оскорблении чувств» и «реабилитации нацизма» (хотя даже признаков «оскорбления», «реабилитации» и т. п. в статье Чижовой нет и в помине).
Тема статьи Елены Чижовой (впрочем, проще ее прочесть, чем пересказывать) – восприятие блокады, сохранение блокадной памяти теми, кто родился уже после войны. Трансляция не только блокадной истории, но и самого ощущения блокады, которое прорастало и прорастает в жителях нашего города, несмотря на капризы государственной историографии, которая то замалчивала блокаду, то превращала ее в патриотический транспарант.
Статья Елены Чижовой – ясный и в то же время страстный призыв хранить личную, человеческую, а не казенную память о блокаде. И заканчивается она обоснованным сожалением о том, что блокада пока не стала частью коллективной памяти человечества. «Мне жаль, — пишет Елена Чижова, — что в европейском сознании тема блокады — в отличие от холокоста и сталинского ГУЛАГа — остается маргинальной».
Однако вовсе не тема памяти, точнее, конкуренции двух памятей – официальной, государственной, с одной стороны, и низовой, народной, с другой, взволновала обвинителей Елены Чижовой. Их вывели из равновесия несколько фраз, в которых автор статьи возлагает персональную ответственность за блокадную трагедию не только на Гитлера, но и на другого «монстра-диктатора» – Сталина. Елена Чижова считает, что Сталин ненавидел Ленинград и ленинградцев и увидел в блокаде возможность расправиться с городом. Тут возможны разные точки зрения, но несомненно одно: на Сталине лежит чудовищная ответственность за военные неудачи, следствием которых стала блокада. Сталину и сталинскому режиму в целом было в равной степени наплевать на жизнь, на возможность выживания не только ленинградцев, но и всех своих подданных. Впрочем, послевоенное уничтожение Музея истории блокады и его коллекции показывает, что если не к самому Ленинграду, то к его подвигу, к попытке увековечения этого подвига Сталин относился, как минимум, неприязненно.
В обсуждаемой статье есть, по мнению многих, одна существенная неточность. В самый суровый блокадный период железнодорожное сообщение с городом было перерезано, соответственно, ни вывоз военной техники, ни подвоз сырья вместо продовольствия, о чем пишет Чижова, был невозможен. (Различные суждения о статье Чижовой здесь https://www.svoboda.org/a/29930207.html). Как бы то ни было, арбитром в спорах об интерпретации прошлого должен выступать не Следственный комитет, а профессиональное сообщество.
Самое главное, центр тяжести статьи – не блокадное прошлое, а современная «политика памяти». Возникает подозрение, что волна ярости и пошлой брани, нарастающая в последние дни, вызвана не столько характеристикой роли Сталина, сколько вот этим абзацем из статьи Елены Чижовой: «А еще моя память это — стыд: за то, как российское государство относится к оставшимся в живых блокадникам. С одной стороны, военный парад на Дворцовой площади в День снятия блокады. А с другой, «Блокадное общество» (официальная организация, финансируемая городскими властями), в качестве поздравления с Новым годом подарило моей маме три пачки крекеров, сухого печенья; мало того, просроченных. О том, что в этот момент почувствовала мама, я, щадя ее, не спрашивала. Просто выбросила подарок в помойку».
Власти политизируют память о блокаде, превращают эту память в политическое оружие для расправы с инакомыслящими, о чем открыто заявила Чижова. Она пишет: «Официальные власти пользуются этим <памятью о блокаде> для дискредитации своих политических оппонентов. Так, временный губернатор Петербурга обвинил оппозиционного депутата: якобы, тот заявил, что город следовало сдать. Когда оскорбленный депутат, защищая честь и достоинство, попытался подать в суд, его иск был отклонен».
Кажется, что в первую очередь оппонентов Елены Чижовой волнуют эти точные, злободневные обвинения, а вовсе не историческая роль тов. Сталина в блокадной истории.
Мы, члены петербургского ПЕН-Клуба, отчетливо сознаем, что репутация Елены Чижовой, автора недавно вышедшей прекрасной блокадной книги «Город, написанный по памяти», основанной на семейных воспоминаниях, не нуждается в нашей защите. Мы понимаем, что не о чем спорить с людьми, которые полагают донос формой рецензии. Да и не в первый раз русского писателя ставят к позорному столбу и клеймят за его публично выраженные взгляды. Как сказал поэт, мы «живем в мрачные времена». Тем не менее, мы не можем молчать. Елена Чижова честно сформулировала свою позицию как петербурженка, как художник, как человек, чья семья пережила блокаду. Честность не нуждается в оправдании, а заслуживает понимания и уважения. Мы выражаем свою солидарность с Еленой Чижовой, а многие из нас полностью разделяют ее точку зрения.
Константин Азадовский, историк литературы, житель блокадного Ленинграда
Евгений Анисимов, доктор исторических наук, профессор, член Совета при Президенте РФ по науке и образованию
Анатолий Бергер, член Союза писателей СПБ и России
Тамара Буковская, поэт
Борис Вишневский, депутат Законодательного Собрания СПб, писатель, журналист, политолог, член Федерального политического комитета партии «ЯБЛОКО»
Татьяна Вольтская, поэт, журналист
Яков Гордин. писатель, публицист
Дмитрий Григорьев, поэт, прозаик
Любовь Гуревич, прозаик, искусствовед
Александр Долинин, историк литературы, сын, внук, брат блокадников
Валерий Дымшиц, переводчик, преподаватель
Борис Егоров, доктор филологических наук, профессор
Вадим Жук, поэт, драматург
Сергей Завьялов, поэт
Нина Катерли, писатель, общественный деятель
Александр Кобринский, доктор филологических наук, литературовед
Николай Кононов, поэт
Ирина Кравцова, филолог, издатель
Александр Лавров, академик РАН, историк русской литературы, родился в семье жителей блокадного Ленинграда
Ирина Левинская, историк
Александр Мелихов, писатель, публицист
Валерия Михалевич, член Союза писателей Петербурга, Союза писателей России
Григорий Михнов-Вайтенко, публицист, общественный деятель
Геннадий Николаев, писатель
Николай Подосокорский, публицист, литературный критик
Давид Раскин, доктор исторических наук, литератор
Борис Рогинский, критик, преподаватель
Наталия Сивохина, поэт, журналист
Наталия Соколовская, писатель, редактор блокадных дневников ленинградцев
Сергей Стратановский, поэт
Александр Тимофеев, историк русской литературы XX века
Дмитрий Травин, научный руководитель Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге
Мариэтта Турьян, доктор филологических наук, член Союза писателей СПб
Андрей Чернов, литератор
Татьяна Чернышева, переводчик
Илья Штемлер, писатель, лауреат премии Правительства Петербурга и ряда литературных наград и премий
Валерий Шубинский, писатель
Михаил Яснов, поэт, переводчик
Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky
Наш друг и коллега, писатель Елена Чижова написала для швейцарской газеты «Neue Zürcher Zeitung» статью о блокаде Ленинграда и назвала ее «Память, запертая с двух сторон». Русский текст статьи выложен здесь: https://mr-7.ru/articles/201867/, и всякий может его прочесть и составить свое мнение. Некоторые, впрочем, уже прочли и составили, причем не только мнение, но и заявление в Следственный комитет, решив, что не стоит зазря пропадать законам о «фальсификации истории», «оскорблении чувств» и «реабилитации нацизма» (хотя даже признаков «оскорбления», «реабилитации» и т. п. в статье Чижовой нет и в помине).
Тема статьи Елены Чижовой (впрочем, проще ее прочесть, чем пересказывать) – восприятие блокады, сохранение блокадной памяти теми, кто родился уже после войны. Трансляция не только блокадной истории, но и самого ощущения блокады, которое прорастало и прорастает в жителях нашего города, несмотря на капризы государственной историографии, которая то замалчивала блокаду, то превращала ее в патриотический транспарант.
Статья Елены Чижовой – ясный и в то же время страстный призыв хранить личную, человеческую, а не казенную память о блокаде. И заканчивается она обоснованным сожалением о том, что блокада пока не стала частью коллективной памяти человечества. «Мне жаль, — пишет Елена Чижова, — что в европейском сознании тема блокады — в отличие от холокоста и сталинского ГУЛАГа — остается маргинальной».
Однако вовсе не тема памяти, точнее, конкуренции двух памятей – официальной, государственной, с одной стороны, и низовой, народной, с другой, взволновала обвинителей Елены Чижовой. Их вывели из равновесия несколько фраз, в которых автор статьи возлагает персональную ответственность за блокадную трагедию не только на Гитлера, но и на другого «монстра-диктатора» – Сталина. Елена Чижова считает, что Сталин ненавидел Ленинград и ленинградцев и увидел в блокаде возможность расправиться с городом. Тут возможны разные точки зрения, но несомненно одно: на Сталине лежит чудовищная ответственность за военные неудачи, следствием которых стала блокада. Сталину и сталинскому режиму в целом было в равной степени наплевать на жизнь, на возможность выживания не только ленинградцев, но и всех своих подданных. Впрочем, послевоенное уничтожение Музея истории блокады и его коллекции показывает, что если не к самому Ленинграду, то к его подвигу, к попытке увековечения этого подвига Сталин относился, как минимум, неприязненно.
В обсуждаемой статье есть, по мнению многих, одна существенная неточность. В самый суровый блокадный период железнодорожное сообщение с городом было перерезано, соответственно, ни вывоз военной техники, ни подвоз сырья вместо продовольствия, о чем пишет Чижова, был невозможен. (Различные суждения о статье Чижовой здесь https://www.svoboda.org/a/29930207.html). Как бы то ни было, арбитром в спорах об интерпретации прошлого должен выступать не Следственный комитет, а профессиональное сообщество.
Самое главное, центр тяжести статьи – не блокадное прошлое, а современная «политика памяти». Возникает подозрение, что волна ярости и пошлой брани, нарастающая в последние дни, вызвана не столько характеристикой роли Сталина, сколько вот этим абзацем из статьи Елены Чижовой: «А еще моя память это — стыд: за то, как российское государство относится к оставшимся в живых блокадникам. С одной стороны, военный парад на Дворцовой площади в День снятия блокады. А с другой, «Блокадное общество» (официальная организация, финансируемая городскими властями), в качестве поздравления с Новым годом подарило моей маме три пачки крекеров, сухого печенья; мало того, просроченных. О том, что в этот момент почувствовала мама, я, щадя ее, не спрашивала. Просто выбросила подарок в помойку».
Власти политизируют память о блокаде, превращают эту память в политическое оружие для расправы с инакомыслящими, о чем открыто заявила Чижова. Она пишет: «Официальные власти пользуются этим <памятью о блокаде> для дискредитации своих политических оппонентов. Так, временный губернатор Петербурга обвинил оппозиционного депутата: якобы, тот заявил, что город следовало сдать. Когда оскорбленный депутат, защищая честь и достоинство, попытался подать в суд, его иск был отклонен».
Кажется, что в первую очередь оппонентов Елены Чижовой волнуют эти точные, злободневные обвинения, а вовсе не историческая роль тов. Сталина в блокадной истории.
Мы, члены петербургского ПЕН-Клуба, отчетливо сознаем, что репутация Елены Чижовой, автора недавно вышедшей прекрасной блокадной книги «Город, написанный по памяти», основанной на семейных воспоминаниях, не нуждается в нашей защите. Мы понимаем, что не о чем спорить с людьми, которые полагают донос формой рецензии. Да и не в первый раз русского писателя ставят к позорному столбу и клеймят за его публично выраженные взгляды. Как сказал поэт, мы «живем в мрачные времена». Тем не менее, мы не можем молчать. Елена Чижова честно сформулировала свою позицию как петербурженка, как художник, как человек, чья семья пережила блокаду. Честность не нуждается в оправдании, а заслуживает понимания и уважения. Мы выражаем свою солидарность с Еленой Чижовой, а многие из нас полностью разделяют ее точку зрения.
Константин Азадовский, историк литературы, житель блокадного Ленинграда
Евгений Анисимов, доктор исторических наук, профессор, член Совета при Президенте РФ по науке и образованию
Анатолий Бергер, член Союза писателей СПБ и России
Тамара Буковская, поэт
Борис Вишневский, депутат Законодательного Собрания СПб, писатель, журналист, политолог, член Федерального политического комитета партии «ЯБЛОКО»
Татьяна Вольтская, поэт, журналист
Яков Гордин. писатель, публицист
Дмитрий Григорьев, поэт, прозаик
Любовь Гуревич, прозаик, искусствовед
Александр Долинин, историк литературы, сын, внук, брат блокадников
Валерий Дымшиц, переводчик, преподаватель
Борис Егоров, доктор филологических наук, профессор
Вадим Жук, поэт, драматург
Сергей Завьялов, поэт
Нина Катерли, писатель, общественный деятель
Александр Кобринский, доктор филологических наук, литературовед
Николай Кононов, поэт
Ирина Кравцова, филолог, издатель
Александр Лавров, академик РАН, историк русской литературы, родился в семье жителей блокадного Ленинграда
Ирина Левинская, историк
Александр Мелихов, писатель, публицист
Валерия Михалевич, член Союза писателей Петербурга, Союза писателей России
Григорий Михнов-Вайтенко, публицист, общественный деятель
Геннадий Николаев, писатель
Николай Подосокорский, публицист, литературный критик
Давид Раскин, доктор исторических наук, литератор
Борис Рогинский, критик, преподаватель
Наталия Сивохина, поэт, журналист
Наталия Соколовская, писатель, редактор блокадных дневников ленинградцев
Сергей Стратановский, поэт
Александр Тимофеев, историк русской литературы XX века
Дмитрий Травин, научный руководитель Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге
Мариэтта Турьян, доктор филологических наук, член Союза писателей СПб
Андрей Чернов, литератор
Татьяна Чернышева, переводчик
Илья Штемлер, писатель, лауреат премии Правительства Петербурга и ряда литературных наград и премий
Валерий Шубинский, писатель
Михаил Яснов, поэт, переводчик
Вы также можете подписаться на мои страницы:
- в фейсбуке: https://www.facebook.com/podosokorskiy
- в твиттере: https://twitter.com/podosokorsky
- в контакте: http://vk.com/podosokorskiy
- в инстаграм: https://www.instagram.com/podosokorsky/
- в телеграм: http://telegram.me/podosokorsky
- в одноклассниках: https://ok.ru/podosokorsky