Уроки архангельского протеста: «Москве придется раскошелиться»
В России нет культуры коммуникации с реальным, не имитированным общественным мнением. С живыми людьми, а не их псевдопредставителями в регионах власть разговаривать не умеет. Поэтому протест против строительства мусорного полигона в Шиесе в Архангельской области превратился в символ борьбы Русского Севера с Москвой. Эту историю назад не отыграть, но верно сделанные выводы позволят не повторить ошибок, тем более, впереди в России две важнейшие выборные кампании — в Госдуму в 2021 году и собственно «трансфер власти» в 2024 году.
Станция Шиес, вокруг которой находится давно опустевший поселок в тайге, находится в четырех километрах от границы с Коми. Чтобы добраться оттуда на поезде до Архангельска, нужно потратить сутки. Чтобы добраться по железной дороге до Сыктывкара, столицы Коми, нужно потратить шесть часов. Эти данные к тому, что это не совсем история о протесте Архангельской области, это о протесте Русского Севера, который выступил против конкретно Москвы.
Ни в коем случае не будет верным утверждать, что регион в целом остался вне мусорного протеста в Шиесе. Во всех городах Архангельской области были митинговые кампании. Но сейчас в протест вовлечены, помимо жителей Ленского и окружающих районов, жители Коми, преимущественно Сыктывкара. Помимо поста у Шиеса, организован еще один пост Мадмас-Межег на границе регионов, где активисты ведут регулярное патрулирование, стремясь не допустить в зону стройки тяжелую технику и строителей. Столкновения там уже были и еще, несомненно, будут.
Власти Москвы и Архангельской области выбрали для строительства полигона, безусловно, самое неподходящее место. Восток и юго-восток Архангельской области, сопредельные районы Коми и северо-восточные районы Вологодской области — единый в географическом и культурном смысле регион — тот самый Русский Север. Здесь не просто сосредоточение древних храмов и старинных изб. Здесь очень активное гражданское общество, активные люди, есть достаточно развитые районы. Это не медвежий угол в таежных лесах, как может показаться из столицы.
В Устьянском районе Архангельской области, одном из соседних с Ленским (по местным меркам), на деньги местного бизнеса построен горнолыжный курорт, отстроена социальная инфраструктура в сельской периферии. Конкретно в Архангельской области действует широкая программа поддержки местных социальных инициатив из регионального бюджета. В соседних районах Вологодской области очень много общественных инициатив, связанных с культурой, образованием детей. Это своего рода прообраз нормальной живой глубинной России. Но до сих пор энергия этих людей была направлена на реализацию гуманитарных инициатив. В политику они не лезли. Перелом произошел сейчас, когда Москва и Архангельск наступили на самосознание — экология, сохранность природы, одна из основ идентичности населения Русского Севера.
Возможно, если бы все это дело с полигоном провернули где-нибудь в Орловской области, никто бы и не заметил. Отсюда вывод первый: страну нужно знать. В разных регионах европейской части России живут разные люди, у них разная культура, разный исторический опыт, разный уклад.
В материалах районной газеты Ленского района, где находится Шиес, вы ничего не найдете о кампании протеста, о которой говорит вся страна. Табу и в региональных, подконтрольных администрации, СМИ.
У местных властей, и это общая для регионов России проблема, нет никакого опыта и знаний для реальной работы с общественным мнением. Они могут, как в случае с Шиесом, игнорировать реальность, но люди не идиоты.
Не работают никакие политические и партийные инструменты. Офисы «Единой России» — профанация почти везде. Местами исключение — работа ячеек КПРФ, принцип кадрового подбора которой наиболее правильным образом отражает расклад на местах, в муниципалитетах. Если мы посмотрим почти везде по районам и малым городам, то у «ЕР» на местах обязательно мутные личности, из вороватых, коррумпированных бюрократических активов и аффилированного с ними местного бизнеса. «Бонзы», один вид которых вызывает отторжение у людей.
У коммунистов по-другому. В руководстве местных отделений, как правило, крепкие хозяйственники старого формата. Уважаемые, авторитетные, нередко еще с советским управленческим опытом, с крепкими связями с населением. Они умеют настраивать неформальные механизмы влияния в период предвыборных кампаний, пользуясь широкими связями на местах.
Но весь инструментарий, который так или иначе связан с региональными муниципалитетами, в регионах повсеместно не работает. Нет мониторинга общественного мнения, не знают о локальных лидерах общественного мнения и среды. Ужасающая работа местной прессы, отсутствие работы с общественным мнением. Могли ли власти Архангельской области, где профильные департаменты возглавляют люди, у которых вообще не было опыта работы на федеральном уровне, предсказать Шиес и его последствия?
Круг этих вопросов важен не только в преддверии судьбоносных для России выборных кампаний. Реализовать «майский указ», национальные, федеральные и региональные проекты в условиях отсутствия коммуникации с населением невозможно. А вся инструментарная надстройка, которую для этого создавали не одно десятилетие в виде «Единой России», местных администраций, Росмолодежи, «Молодой Гвардии», СМИ, не нужна. Это миллиарды рублей, которые будут продолжать выливать в песок без всякого видимого эффекта.
Планируется, что мусорный полигон в Шиесе принесет в бюджет Архангельской области до шести миллиардов рублей в год. Строительному комплексу города Москвы, который является инициатором проекта гиперсвалки, представляется, очевидно, что это хороший бонус для области и населения. Но это не так.
В России после десятилетий разгула коррупции и беззакония в принципе нет доверия к власти. Во-вторых, Архангельск для юго-востока области — это действительно где-то очень далеко. А здесь море проблем, с которыми общественная активность, какой бы она мощной она ни была, не справится.
Ленский район, один из лидирующих в масштабах всей страны муниципалитетов по темпам депопуляции. После распада СССР и до настоящего времени численность населения упала более чем наполовину.
Население видит, как разрушаются жемчужины русской культуры, ценнейшие памятники архитектуры. Здесь поблизости Сольвычегодск — город-памятник. Но каждое ценное в историческом смысле здание этого города разрушается.
Государство ни разу за четверть века не заявило ни о каких планах или идеях реставрации и реконструкции национального богатства, которое сосредоточено именно здесь, в регионах Русского Севера.
В Архангельской области на самом деле очень мало программ поддержки локальных общественных инициатив в области сохранения культурного наследия или реставрационных проектов. Музей под открытым небом, который представляют из себя восточные районы области, гибнет.
В соседней Вологодской области ситуация несколько лучше. Власти региона на протяжении всех последних десятилетий предпринимали усилия по сохранению наследия и традиционной культуры. Но опять-таки на региональном уровне. Из федерального центра никакой поддержки не было. Ценнейший в смысле культурного богатства регион не обладает никаким особым статусом. Можно не сомневаться — для большинства современных политических и управленческих деятелей словосочетание «Русский Север» пустой звук.
И в это время здесь, на юго-востоке Архангельской области, так и не дождавшись помощи, получают помойку из московского мусора. Явный перебор.
Очень жаль, что так не случилось, но Шиес мог стать первым в России прецедентом разработки настоящего общественного контракта между федеральной властью и региональным общественным активом. Порядок действий мог быть такой.
Власть и гражданское общество создают карту потребностей района расположения полигона и окрестных территорий. Определяются не с абстрактным финансированием в бюджет области, а с финансированием конкретных и, что важно, курируемых не некомпетентными местными властями, а гражданскими активистами проектов.
Проще говоря, территория должна получить прямые и понятные программы финансирования в обмен на реализацию проекта. Это не обязательно, кстати, могут быть только проекты в области сохранения и восстановления культурного наследия. Конкретно здесь, в восточных районах Архангельской области, большие проблемы с износом жилого фонда. Деревянные многоквартирные дома горят как спички, а бытовые условия во многих случаях не выдерживают никакой критики. Одним словом, поле для помощи большое.
И Шиес в этом смысле хороший для федеральных властей урок на будущее. Это первый в стране прецедент, когда невозможно реализовать проект без прямого диалога с населением и без прямого финансирования задач непосредственно вокруг локации, где будет реализован тот или иной проект.
И это только начало. Рано или поздно локальные комьюнити по всей стране, а в этой статье мы говорим только о сельской местности и малых городах, потребуют прямого диалога с федеральным центром и прямого финансирования в решении их проблем. Это прямо следует из разочарования местными властями. Их некомпетентность, отсутствие воли, желания работать делают по всей стране их лишним звеном в диалоге власти и общества. А с другой стороны, никакие системы политического представительства на самом деле не работают. Поэтому каждый раз последствия следующих «Шиесов» будет разгребать Москва.
Антон Кивенюк, специально для EADaily