Как будет отбывать наказание казанский стрелок Галявиев: пожалеет, что выжил

Ильназа ждет либо специальная психбольница, либо колония для «пожизненников».

Будущее казанского «стрелка» Ильназа Галявиева сейчас волнует многих. По разным причинам. Решение, которое примет по отношению к нему суд, с одной стороны, должно удовлетворить потребность общества в мщении, с другой – продемонстрировать, что мы все-таки живет в цивилизованном государстве, где принцип гуманности стоит на первом месте. Мы попробовали спрогнозировать развитие событий вокруг преступника, о котором в последние дни говорят едва ли не все.

Собственно, пути у «стрелка» всего два – или он попадет в закрытую психиатрическую клинику на принудительное лечение, или получит пожизненный срок в одной из семи существующих в России колония для «смертников».

Итак, вариант первый (в случае признания «стрелка» невменяемым) – закрытая больница с интенсивным наблюдением. Больше всего маньяков и серийных убийц на сегодняшний день содержимся в Сычевской спецлечебнице, что в Смоленской области. На руках практически каждого из них кровь десятков жертв. Здесь есть не только насильники, но и людоеды.

Больница охраняется не хуже колонии, если даже не сильнее. Три зоны с колючей проволокой, надзиратели ФСИН по периметру. Но внутри это обычная лечебница со своей вполне размеренной жизнью. Какие-то заключенные-пациенты живут в корпусах, откуда их выводят только на прогулки, но есть и те, кто спокойно передвигается по территории и даже работает в лечебно-трудовых мастерских. На последних надеты   сигнальные жилеты, чтобы их можно было различить и вообще увидеть издали. Они в основном ходят в сопровождении санитаров, которые всегда в зоне риска – при себе нет ни оружия, ни наручников.  Впрочем, в кармане лежит кнопка вызова охраны ФСИН, на которую жмут в крайних случаях.

День пациента закрытой психиатрической больницы, попавшем туда за совершение тяжких преступлений, довольно уныл и тосклив. Проснулся, позавтракал, принял лекарства, погулял, посмотрел телевизор, снова принял лекарства… И так до отбоя. Свидания с родными и близкими – редкие, и на это требуется разрешение лечащего врача.

– В таких больницах стараются разделять новичков и старожилов, – рассказывает бывший сотрудник «Сычевки». – Первое время человек лежит в палате, которая запирается круглые сутки. Там зачастую даже телевизор посмотреть нельзя. За ним наблюдают, анализируют его поведение, реакции. Вдруг он по-прежнему опасен для окружающих? Кстати, в той же «Сычевке» был случай, когда один больной убил и расчленил медсестру. Женщину долго не могли найти… Но сейчас такое уже невозможно, слава Богу, потому что кругом видеокамеры.  В общем сначала пациент под усиленным надзором, а потом комиссия принимает решение о переводе его в отделение с более ослабленным режимом.

Вариант второй (если экспертиза признает его хоть и с психическими отклонениями, но вменяемым) – колония для пожизненно осужденных. Современная Россия, увы, уже сталкивалась с трагедиями массовых расстрелов, и почти все их виновные (за исключением ивантеевского стрелка, который получил не пожизненный срок, а семь лет колонии) находятся в таких заведениях. Один и них – экс-полицейский Денис Евсюков, расстрелявший людей в супермаркете. Он отбывает наказание в «Полярной сове» поселка Харп Ямало-Ненецкого автономного округа. Другой –  «русский Брейвик» Дмитрий Виноградов, убивший коллег в офисе, содержится в  тюрьме «Белый лебедь», расположенной в городе Соликамске Пермского края.

Сотрудники ФСИН предполагают, что казанского «стрелка» определят в Соликамск.

– «Полярная сова» по режиму более жесткая, ее вообще все «пожизненники» боятся, – говорит наш источник во ФСИН. – Возможно, это связано с тем, что она находится в крае вечной мерзлоты, куда добраться очень тяжело. «Белый лебедь» ближе  к цивилизации, а нынешний закон говорит, что осужденные должны отбывать наказание в регионе проживания или как можно ближе к нему. Причем, это касается и «пожизенников». Так что «Белый лебедь» более вероятен. Но, с другой стороны, еще ближе у нас две колонии для пожизненно осужденных  в Мордовии – это ИК №1 и ИК № 6. Там «стрелков» раньше вроде не было, но хватало киллеров и лидеров ОПГ.

И все же знающие люди делают ставку на «Белый лебедь». Напомним, что Дмитрий Виноградов, отбывающий там срок, 7 ноября 2012 года расстрелял коллег в офисе аптечной сети в Москве, где работал юристом (тогда шесть человек погибли, один раненый выжил). Так вот, накануне убийства Виноградов выложил в соцсети манифест о ненависти к человечеству, который уже сравнивают с обращением казанского «стрелка» в его телеграмм канале. Не думаю, что Виноградову это сравнение бы понравилось… Он себя Богом не считал, о преступлении сожалеет, говорит о состоянии аффекта.

Есть ли шанс, что казанского «стрелка» поместят в одну камеру с Виноградовым? Чисто теоретически, да. Вообще размещая в колонию осужденных, стараются исходить из принципа психологической совместимости, а не из того, насколько похожие преступления люди совершили.

В любом случае вот что ждет «стрелка» в тюрьме для пожизненников. Камера на трех-четырех человек, кругом (на окнах, на дверях) решётки, кровать и стол железные. Совершенно голые стены, никаких предметов интерьера типа штор или картин. Телевизор в камере будет, но включают его на несколько часов централизованно.  Интересно, что розетки тоже включат в определенные часы, так что попить чай, вскипятив его кипятильником или в чайнике, когда захочешь, нельзя.  Читать можно только в отведенное для этого время, прогулки один раз в день. Если повезет, то разрешат работать на швейном или деревообрабатывающем производстве. Никакой живности в колонии нет. Помню, как Виноградов мне рассказывал (я была в колонии как журналист «МК»): «Птицы иногда подлетают к окну. Прилетают и улетают. Чтобы сохранить себя как личность и не упасть духом, лично я старюсь много читать». Виноградов – образованный молодой человек, его тяга к знаниям была всегда очевидна. А вот что будет делать в колонии казанский «стрелок», который так и не закончил колледж, – сложно сказать. Но что совершенно точно, – покончить с собой ему не дадут. В каждой камере видеонаблюдение, так что любая попытка будет тут же пресечена. Может, для этого это прозвучит как успокоение. Ведь убийц совсем молод, а значит всю свою долгую жизнь проживёт как «день сурка», в унынии и серости.

Ева Меркачева

“Московский Комсомолец”