О чём КГБ договорился с ворами в законе перед Олимпиадой в Москве
В СССР сотрудничество с ворами в законе шло не только по линии милиции, но и по линии Комитета госбезопасности. Одной из целей такого взаимодействия было установление контроля над криминальными авторитетами. Но здесь имелась и подоплека – война, развернувшая между МВД и КГБ в начале 1980-х.
По утверждению историка Алексея Мухина, санкционированные контакты сотрудников органов госбезопасности с ворами в законе участились с середины 1980-х годов. Взаимодействовали как с отмотавшими свой срок авторитетами, так и с находившимися на зоне. В сфере интересов кагэбешников были практически все главные тюрьмы СССР, в том числе Тулунская (Иркутск), Владимирский централ, колония «Белый лебедь» (Соликамск).
После договора с представителями воровского мира оперативники обычно изымали из архивов все компрометирующие их документы, составляя свою собственную картотеку. Отныне вор был у них на крючке, становясь идеальным объектом для всяческого манипулирования. Коллаборация чаще всего носила взаимовыгодный характер: в обмен на помощь Комитет обещал авторитетам послабления.
По мнению исследователей, в той или иной форме с КГБ работали не менее 70% воров в законе. Первые зафиксированные подобные контакты имели место накануне московской Олимпиады-80, в преддверие которой Комитет не только вычищал столицу, избавляясь от криминальных элементов, но и просил их лидеров обеспечить порядок в своих рядах на столь серьезном международном мероприятии.
В самом начале 1980 года глава КГБ Юрий Владимирович Андропов дал указание прощупать криминальную среду на предмет установления связей с авторитетами. Для этого был создан специальный оперативный отдел. В КГБ должны были выяснить, можно ли рассчитывать на сотрудничество с представителями преступной элиты в преддверии Олимпиады. Впрочем, некоторые эксперты полагают, что предстоящие Олимпийские игры были лишь предлогом для внедрения «конторы» в ту область, которая традиционно контролировалась милицией. Говорят, что Андропов, имевший зуб на министра внутренних дел Николая Щелокова, намеревался отобрать некоторые функции у МВД.
Криминальные лидеры, почуяв проявляемый к ним интерес со стороны КГБ, как ни странно, поспешили инициировать переговоры, отправив на них одного из самых авторитетнейших воров Черкаса, участника Великой Отечественной войны Анатолия Черкасова. Встреча прошла на конспиративной квартире, подробности ее неизвестны, но видимо воры вняли голосу Комитета – никаких инцидентов во время московской Олимпиады зафиксировано не было.
В КГБ продолжили налаживать отношения с Черкасовым, от которого вскоре узнали о готовящихся терактах против крупных государственных деятелей. Ветеран воровского цеха также поведал кагэбешникам о своей озабоченности по поводу активизировавшегося в Центральной России кавказского криминалитета. Он был уверен, что грядет большая этническая война, цель которой передел сфер влияний в крупных городах СССР, не только в криминальной среде, но и в политической. Черкасовым, несомненно, двигали корыстные мотивы: он хотел с помощью КГБ ограничить влияние конкурентов, представлявших Кавказские республики. Хотя взамен он был готов идти на любое взаимодействие с властями. Авторитет, видимо, собирался убедить блатных, что лояльное отношение к органам госбезопасности принесет свои дивиденды. Многие уверены, что именно Черкасову принадлежит идея обложить налогами теневой, в том числе и криминальный бизнес, который к середине 1970-х имел общий годовой оборот, выражавшийся в сотнях миллионов долларов.
В самый канун 1982 года на квартиру известной московской артистки цирка Ирины Бугримовой был совершен налет. Украли ее коллекцию бриллиантов, при этом грабителям удалось обойти довольно сложную систему сигнализации. Преступлением заинтересовался КГБ. Андропов на свой страх и риск вторгся в зону интересов МВД и поручил своему заместителю Семену Цвигуну использовать уже наработанные связи в московском криминальном мире.
Именно через воровскую братию спецы отдела Цвигуна узнали, что сокровища Бугримовой в течение недели будут вывезены за рубеж через аэропорт Шереметьево. Прошло всего два дня, как оперативники вышли на пассажира, у которого была выявлена искомая партия бриллиантов. В лефортовском изоляторе курьер все выложил начистоту. Из признательных показаний следовало, что кражу совершили профессиональные воры-рецидивисты. Выяснив их приметы, оперативники снова обратились к столичным «законникам». Цепочка подсказок в конце концов вывела сотрудников службы безопасности на оперного певца Бориса Буряце, который состоял в любовных отношениях с дочерью Генсека Галиной Брежневой. Дальше копать было себе дороже.
Взялись основательно
В сентябре 1982 года Щелоков, заручившись поддержкой Леонида Брежнева, решился на арест на тот момент уже бывшего главы КГБ Юрия Андропова. Но сотрудники органов госбезопасности оказались готовы к такому повороту: дело дошло до перестрелки, но до Андропова доблестная милиция так и не добралась. Юрий Владимирович уже в ранге секретаря ЦК КПСС быстро нанес ответный удар, арестовав ряд коррумпированных лиц в аппарате МВД.
В конце 1983 года новый председатель КГБ Виктор Чебриков издал указ, касающийся оперативной разработки лагерных авторитетов. Это была новая волна профилактической работы с воровской элитой. Однако в данном случае, взяв под свой контроль лидеров преступных группировок, КГБ намеревался использовать выведанную информацию для борьбы с дискредитацией некоторых воров в законе. Это стало продолжением войны с МВД. Целью данного указа было разрушение связей, которые милиция успела установить с «законниками», и, как следствие, подрыв авторитета самой структуры МВД и ее руководства. Комитетчики активно внедряли в зоны группы оперативного контроля, а также вербовали уголовников.
При работе с последними действенным инструментом устрашения стала печально известная колония «Белый лебедь», которая предназначалась преимущественно для воровской элиты. Любое упоминание этого словосочетания повергало преступников в ужас. Они были готовы выполнить что угодно, только бы не оказаться в этом гиблом месте. Правда, на уловки "конторы" велись не все.
Так, в начале 1986 года после одной из бесед с сотрудниками КГБ в своей камере был найден задушенным известный криминальный авторитет Вася Бриллиант. КГБ обвинил администрацию лагеря в отсутствии бдительности, однако по слухам уголовник просто отказался предавать блатные законы, за что и поплатился.
"Воры в законе" всегда противопоставляли себя государству. Они отрицали социальные институты и признавали только собственные законы. Но во время Великой Отечественной войны даже некоторые из этих маргиналов встали на защиту родины и воевали так, что получали награды.