Михаил Хазин: "Победа Трампа бъет по российским прихватизаторам"

Победа Трампа в противостоянии с либеральными финансистами (которая выразилась в том, что глава специальной комиссии Мюллер вынужден был признать, что никаких признаков сговора Трампа с Россией не существует) привела к тому, что российская либеральная команда вновь оказалась в сложной ситуации. Михаил Хазин, экономист После прихода к власти Трампа в ноябре 2016 года казалось, что вот он, прорыв, и символом проблем российских либералов стало «дело Улюкаева». Но… начала работать комиссия Мюллера, отношения США и России сильно ухудшились, контролируемый либералами Конгресс принял жестко антироссийское законодательство и российские либералы вновь подняли голову. И, как следствие, в России продолжился экономический спад. Кто-то меня спросит, а почему я так не люблю российских либералов, вроде же они за «демократию» и «свободу». По крайней мере экономическую. Про «демократию» я ничего говорить не буду, а вот про свободу давайте порассуждаем. Дело в том, что именно российские либералы (ну, или, давайте аккуратнее, либеральная часть российской элиты), вместе со своими кураторами из администрации тогдашнего президента США Клинтона, устроили в России приватизацию. В рамках которой колоссальное количество успешных даже на мировом уровне предприятий было отдано за копейки совершенно сомнительным персонажам. Поскольку доступ к миллиардам долларов был открыт только через конкретных статусных либералов (наиболее известным из которых был Чубайс), получили собственность не те люди, которые показали свои успехи через предпринимательство, а те, которые наиболее ловко (как у нас в народе говорят «без мыла») умели проникнуть в правильные кабинеты. И, как следствие, миллиардерами и мультимиллионерами стали люди, которые сами управлять полученными активами не умели. А что это значит с точки зрения результатов деятельности таких «прихватизаторов»? А это значит, что они начали активно бороться со своими более успешными конкурентами (которые развивали собственный бизнес, пока прихватизаторы бегали по властным кабинетам). В том числе, путём рейдерских захватов их бизнесов. А если ещё учесть, что прихватизаторы почти всегда работали в убыток, и для компенсации этих убытков коррумпировали чиновников, чтобы не совсем законно получать бюджетные деньги, то получается совсем грустная картина. Поскольку и коррупция, и рейдерство (то есть захват чужого бизнеса с помощью коррумпированных чиновников, в том числе из силовых органов и судей) суть последствия той модели приватизации, которую организовал Чубайс «со товарищи» под чутким присмотром Ларри Саммерса с его друзьями. Именно потому, что я не люблю коррупцию и рейдерство, я не питаю любви к прихватизаторам. Но сейчас я очень опасаюсь, что, почувствовав реальную опасность, они начнут резко активизировать свою деятельность. Просто потому, что не исключено, что в последний раз. И вот здесь я вернусь к одному из типичных кейсов, истории ТольяттиАзота. Дело в том, что он находится под серьезной угрозой рейдерского захвата со стороны одного из видных прихватизаторов, Дмитрия Мазепина. Краткая история последнего типична для этого типа людей. До 2002 года числился сотрудником Российского фонда федерального имущества, потом перешёл в Газпром. Оттуда был с позором изгнан за фактическое обескровливание серьёзного актива «Сибур». Средства он просто выводил на подконтрольные фирмы. Первый камень его химической империи стал АКХ «Азот», выведенный Мазепиным из «Сибура» как убыточный актив. Потом – о чудо: на невесть откуда взявшиеся деньги он обыгрывает сам Газпром в конкурсе на приобретение Кирово-чепецкого химкомбината. И повсюду за Мазепиным тянется токсичный шлейф. Это – и странное перекредитование под залог приобретённых предприятий, и чудовищные экологические проблемы из-за нежелания инвестировать в современные технологии. Экологическая и социальная катастрофа в Воскресенске. Никакой модернизации установленного ещё в 60-х года прошлого века оборудования. Результат – заражённые грунтовые воды в черте города, знаменитая «белая гора» отходов фосфорного производства и отказ потребителей приобретать некачественную продукцию. Массовое увольнение сотрудников градообразующего предприятия – региональная социальная проблема. В декабре 2018 года в строящемся стволе шахты ПАО «Уралкалий» в Соликамске произошёл пожар, погибли люди. При этом явно кредитные средства СБ и ВТБ расходуются Мазепиным на финансирование нацистской партии в Латвии, стране НАТО и ЕС, где Мазепин получил гражданство. А сам его холдинг «Уралхим» – в стопроцентной Кипрской оффшорной юрисдикции. При этом по итогу 2018 года «Уралхим» показал ок. 5 млрд убытков, а принадлежащий Мазепину «Уралкалий» - более 25 миллиардов. А очередные кредиты Мазепин получает, закладывая в банки доли собственности в этих (убыточных!) предприятиях, видимо в очередной раз представляя заведомо невыполнимый план реконструкции. Вот поэтому ему требуются всё новые активы. И самый лакомый – ТоАЗ. Это – признанный флагман отечественного производства аммиака-базового сырья для производства удобрений. А доля ТоАЗа в мировом рынке – до 10 процентов. Битва за этот актив ведётся Мазепиным уже 12 лет, с момента, когда он приобрёл миноритарный пакет предприятия. В ход были пущены самые грязные методы. В своём первом тексте на эту тему я упоминал и про организацию фиктивного террористического тайника на территории предприятия, и о подлоге уставных документов. Причём один из инициаторов иска к руководству ТоАЗа получил за эту махинацию уголовный срок. Но наши прихватизаторы из-за такой мелочи не останавливаются. Собственно, интерес вызывает то, как именно Мазепин будет активизировать свою рейдерскую деятельность, используя коррумпированных им (и его либеральной командой) чиновников. Именно по этой причине я напомнил этот кейс, он невероятно типичен и крайне интересен в своём развитии. Но со своей стороны отмечу, что если государство, воспользовавшись резким ослаблением либеральной команды (и коррумпированных ею чиновников), начнет наступление на рейдеров, то это может куда более эффективно подстегнуть экономический рост, чем все усилия нашего правительства. А вот если оно этого не сделает, то даже те зачатки «разумного, доброго, вечного», что выросли за эти годы, будут ликвидированы российскими прихватизаторами, которые вышли «в последний поход». И даже то, что оин выжмут из предприятий, который в процессе этого умрут, не останется у нас, а будет вывезено за рубеж — например, на Кипр или в Латвию. Так что я буду следить за этим кейсом! Полная версия материала - на сайте Михаила Хазина.