«Это круговая порука»: как алкогольный синдикат убивает людей в России
Крупнейшее отравление произошло в декабре 2016 года в Иркутске, где несколько негодяев купили 160 литров метилового спирта, крайне опасного для человека. И разлили его в флаконы средства для принятия ванн «Боярышник». Тогда умерло 76 человек. 123 пострадали. Не думаем, что преступники, которые разливали смертельный яд в Оренбургской области, действительно собирались отравить десятки людей. Но метанол производится на определенных предприятиях. То есть можно проследить, откуда он пришел.
Под арестом — семеро. Это дилеры или продавцы контрафактной водки, из-за которой в Оренбургской области умерли более 30 человек. У всех — отравление метанолом.
«Вы знали, что разливали в бутылки?» — задают вопрос одному из задержанных.
«Как сказать…» — отвечает мужчина.
«То, что там находился метанол, вы знали?» — следующий вопрос.
«Нет», — отрицает арестованный.
Смертельное угощение
Поселок Джасай. Здесь скончались четверо. Еще трое — в больнице, в тяжелом состоянии.
Пили алкоголь, купленный в этом магазине. Жертвы отравления — гости небольшого корпоратива. Нехитрое угощение и крепкие напитки. С метанолом. Но об этом, конечно, никто не знал.
Бакун – один из тех, кто тоже покупал водку в том магазинчике. Но его удалось спасти: выпил совсем немного. Теперь показывает пластиковую емкость из-под алкоголя, которую сжег. Местная продавщица сейчас под стражей, как и несколько посредников, которые развозили суррогат по всем окрестным деревням и поселкам. На грузовиках, в багажниках легковушек, на перекладных — как угодно, лишь бы продать.
На небольшом кладбище поселка Красный Чабан свежие могилы. С тремя семьями простились накануне. Сергея Греченко и его сына Дмитрия похоронили рядом.
«Сестра его будит: «Я встать не могу — у меня желудок». Тошнит, ему все хуже и хуже. Сестра вызвала скорую, его сразу забрали и не смотрели ничего», — рассказывает Алексей, сын погибшего.
А в этом доме погибли муж и жена.
«Сегодня их привезут. Мурата и Айслу. Пятеро детей, пятеро! Я все понимаю… Вдвоем, говорят, выпивали», — поведала местная жительница.
«Это круговая порука»
Дома отравленных и отравителей — бок о бок. Вот один из магазинов, в которых местные покупали суррогат. Принадлежит главе местной администрации. Он сдал его в аренду другу детства — предпринимателю.
«Это же его дело, его магазин. Он крышевал их, не давал их… Какая-то проверка приедет, он на себя берет, уводит и это. Все это делал он. Он предоставил помещение», — рассказывает Сулдан Нартуганов, местный житель.
Сам чиновник заверил: он и не знал, что в его магазин привезли отраву. Почему контрафакт открыто продается в магазине?
«Я бы не сказал, что открыто. Мы выявляем с участковым. Люди сами не говорят — привезли с города и все», — пояснил глава муниципального образования Красночабанского сельсовета Мурат Суенбаев.
Впрочем, односельчане ему не очень верят. Говорят, что про контрафактный алкоголь здесь знали почти все.
«Это круговая порука, есть район отдельно взятый, в этом районе существует цех по нелегальному разливу суррогатного алкоголя, туда завозят спирт, завозят еще компоненты, концентраты, бутылки, оборудование, которое пробки накручивает, этикетки наклеивает», — говорит собеседник.
Алкогольный синдикат
Но откуда взялся смертельно опасный метанол? Самый настоящий край России. Вот здесь заканчивается Оренбургская область, а вот там уже — Казахстан. Границу преодолеть несложно. Причем не только по погранпереходам. В степи есть много дорог, которые известны только местным. И даже в нелегкие ковидные времена здесь не прекращается поток фур. В них зачастую везут продукцию, которую потом превращают в некое подобие алкоголя.
Вот коньяк из Казахстана, а это — водка «Родник Сибири», производить которую легально перестали еще в 2010 году. Оба напитка — контрафакт, разлитый на территории склада — на окраине Орска.
Сотрудница торгово-закупочной базы Анастасия отвечает на вопрос — много ли брали алкоголя?
«Ну как помногу… Ну ящик, два», — пояснила женщина.
Карта Оренбуржья в эти дни, как карта боевых действий. Погибшие по всей восточной части области. Акжарское, Красный Чабан, Ясное, Домбаровка, Адамово. Во все эти точки суррогатный алкоголь доставляли из Орска. Именно он и приграничный Соль-Илецк считаются столицами контрабандистов.
«Из Казахстана в Россию поступают тонны, вагоны суррогатного алкоголя. Алкогольный синдикат работает, как любой другой преступный синдикат: по принципу «агрессивный бизнес, ничего личного». Они в угоду своим финансовым интересам готовы этот метиловый спирт даже в чистейшем виде продавать», — добавляет Султан Хамзаев, депутат Госдумы.
Раньше они везли казахстанскую водку. Поллитра от 130 рублей. Но сейчас все чаще — спирт, в котором может содержаться метанол.
«Наступает глубокая потеря сознания, нарушение рефлексов, дыхания… и смерть», — говорит главный нарколог Ленинградской области Евгений Крупицкий.
В оренбургских больницах остаются десятки жертв массового отравления. Многие в тяжелом состоянии. Врачи прогнозов не дают: предсказать последствия употребления метанола невозможно. Знали ли об этом торговцы суррогатом? Скорее всего. Но, видимо, рассчитывали на схему, которая до этого не подводила. И позволяла хорошо зарабатывать, передает РЕН ТВ.
The post «Это круговая порука»: как алкогольный синдикат убивает людей в России appeared first on FNT - новости питания, торговли, производства продуктов.