Ничья с двумя привозами: Россия упустила победу над Перу в Петербурге
Россия привычно начала с владения — 77 процентов по первым пятнадцати минутам, почти весь мяч в центре, но ноль прогресса вперёд. Перуанцы стояли глубоко, не выдвигались из пятёрки защитников и закрывали линии передач. Пруцев и Умяров держали структуру, но двигали мяч поперёк, а Сергеев в одиночку терялся между центральными защитниками. Ситуация разрешилась почти случайно, но всё-таки благодаря прессингу. Вратарь Перу Гальесе вместе с защитником Араухо разыгрывали мяч у своих ворот, но Миранчук вовремя накрыл в штрафной. Алексей успел перехватить, покатить Головину — и капитан спокойно вкатил мяч в пустые ворота.
Только тогда трибуны ожили, а у Карпина на лице появилась улыбка. Но ненадолго, момент выглядел курьёзно даже по меркам товарищеских матчей. Больше осмысленных атак до перерыва не было. Помимо гола, Россия нанесла всего один удар, и тот пришёлся выше перекладины. Остальное время — бесконечный перепас, попытки Батракова ускорить темп, редкие смещения Миранчука с мячом и нервное молчание Сафонова, которому не дали ни одного повода вмешаться в игру.
Меньше идей, меньше давления
После перерыва Карпин сделал перестановки, но характер матча остался прежним. Вместо Вахании вышел Бевеев, позже появились Круговой и Черников, затем Тюкавин. Однако свежие ноги не добавили скорости. Россия словно застряла между желанием контролировать и страхом потерять. Самое неприятное, что у команды будто не было структуры в атаке.
Пространства хватало, но в финальной трети всё рушилось. Сергеев, отрезанный от партнёров, терял мячи. Миранчук часто уходил вглубь, чтобы хоть как-то ускорить комбинации. Батраков, пожалуй, единственный, кто предлагал нестандартные решения, дважды разрезал передачей линию обороны. Сперва вывел Сергеева один на один, потом нашёл Миранчука в штрафной. Но оба момента реализовать не получилось. Гальесе частично искупил свою ошибку и вытащил оба удара.
К 70-й минуте уже сами перуанцы начали ощущать, что шанс есть. Игра постепенно переместилась в центральную зону, где россияне стали терять концентрацию. Отскоки, подборы — всё уходило к гостям. С каждой минутой появлялось ощущение, что концовка может закончиться не по плану.
Ошибка Сафонова и разочарованный Петербург
На 82-й минуте случилось именно то, чего не должно происходить на уровне сборной. Алекс Валера, нападающий клуба «Университарио», оказался с мячом в тридцати метрах от ворот, особо не поднимал голову и решил пробить. Удар был плотный, но не фантастический — и точно не сложный для вратаря. Сафонов на подшаге оступился, потерял ворота, среагировал поздно и лишь кончиками пальцев задел мяч, который влетел в укол. Ошибка не катастрофическая, но она бы не стала результативной, будь сборная собраннее в предыдущие 80 минут. Ну и, конечно, символизм просто уникален. Когда у Карпина в «Динамо» и так всё рушится, а сборная пропускает от Валеры — ну это уже похоже на злую шутку.
Оставшиеся минуты прошли в рассеянных попытках вернуть преимущество. Россия снова прижала соперника к штрафной, но за шесть компенсированных минут не создала ни одного момента. Концовка получилась вялая — словно и игроки, и зрители понимали, что сценарий уже не повернуть. Финальный свисток встретили аплодисментами — больше из вежливости, чем из радости.
Проблема конкретного матча точно не в счёте, а в содержании игры. Россия была медленной, предсказуемой, с минимумом импровизации. Когда не было Головина на мяче, сборная сразу замедлялась. Ну и Матвей Сафонов окончательно подтвердил тезис, что без игровой практики вратарю трудно держать тонус. Его реакция на дальний удар — визуальный символ всей игры.
Да, это всего лишь товарняк, но даже такие встречи, кажется, отражают атмосферу в команде. Не переносятся ли нервы и проблемы Карпина из «Динамо» в сборную? Почему пропал темп предыдущих матчей, настолько ли лучше соперник в этот раз? Возможность ответить — совсем скоро, против ещё более организованной команды Чили в Сочи.