Актриса Елена Цыплакова: Иногда в шутку я борюсь со Станиславским
Актриса Елена Цыплакова — человек удивительной судьбы. Она стала популярна, еще будучи школьницей, благодаря участию в фильме «Не болит голова у дятла» режиссера Динары Асановой. Затем были популярные «Школьный вальс», «Счастливая Женька» и много других разножанровых проектов. Казалось бы, востребованной актрисе была уготована накатанная, комфортная киноколея, по которой можно было спокойно двигаться, наслаждаясь жизнью.
Но неожиданно актриса кардинально сменила курс и, получив второе профессиональное образование во ВГИКе, занялась режиссурой. Но и тут она не следует общепринятой линии, и все, что она снимает и снимала, отличается от многих проектов сущностным, духовным содержанием.
По большей части Елена Цыплакова не играла в пустых и глупых фильмах, а сегодня она как режиссер не снимает бездуховных и бессодержательных картин. Многие уже отметили, что ее работы меняют сознание людей. А это в киноиндустрии очень сложный путь, порой неблагодарный и уж точно неприбыльный, но от своих позиций Елена Цыплакова ни на шаг не отступит.
— Единственный принцип, которого я придерживаюсь: делаешь ли что, говоришь ли что — делай как перед Богом, — говорит она.
— Елена Октябревна, кинопраздник вызвал у всех без исключения невероятные эмоции. Всем гостям и зрителям понравилось, как вы оценили картины, как отозвались о них, как вручали призы на сцене.
— Это действительно был потрясающий праздник. Приехали творцы из двадцати девяти стран, было очень много молодых режиссеров, которые получили призы. Хочется их поздравить с наградами и надеяться, что фестиваль «Антарес» даст дорогу в кино. Мы обсуждали по вечерам фильмы, они были чудные. Нас впечатлил китайский фильм «Завтра будет новый день». Девочка, которая убедительно сыграла больного ребенка, по праву заслужила похвалу и получила главный приз как лучшая актриса. Она настолько точно сыграла, что в зале во время просмотра было трудно найти зрителя, который бы не плакал. Картина поднимает очень серьезные вопросы. О том, чего сегодня нам сильно не хватает, — о милосердии.
— Вы наградили замечательные китайский и индийский фильмы. На пресс-конференции по копродукции, которая проходила в рамках фестиваля, говорилось о том, что сегодня в нашем кинематографе наступил период успешного совместного сотрудничества с киностудиями разных стран. А у вас было желание поработать, например, с Индией или Китаем?
— Я всегда иду от проекта, а не от технической стороны. Для меня важен сценарий. Если есть интересная история — дальше будем рассматривать, где и как снимать. Я готова работать совместно и с Китаем, и с Индией, если увижу перспективы.
— Я просто не считаю, что на исчерпавших себя фестивалях надо завязывать события. Одни ушли, другие пришли — и сравнения ни к чему. В прекрасном месте родился новый фестиваль, и дай Бог ему процветания. Это замечательно, когда из разных стран, и даже недружественных, кинематографисты прислали свои работы и не побоялись (и с удовольствием!) приехать сами. Будем надеяться, что в следующем году в кинозалы придет больше зрителей, потому что эти картины надо смотреть. Они качественные и актуальные. Зрителю было бы их интересно и полезно увидеть. Это звучит как пожелание…
— На вашем юбилее, который проходил в Доме кино, было озвучено пожелание многих кинематографистов: чтобы вы заняли пост председателя Союза кинематографистов. Ведь вы в свое время стояли у истоков создания Гильдии актеров России. А как вы относитесь к этому решению, если большинство проголосует за вашу кандидатуру?
— Я работала целый год заместителем председателя Союза кинематографистов, об этом меня попросил Игорь Федорович Масленников. Он что-то снимал и попросил его на время заменить. Потом была такая странная ситуация с этими выборами. На должность председателя были претенденты: Эльдар Рязанов, Глеб Панфилов, Станислав Говорухин. И они почему-то неожиданно все сняли свои кандидатуры. Мне позвонили и сказали: «Лена, понятно, что тебя не выберут, но это не очень прилично, когда нет кандидатур. Мы просим тебя выдвинуть свою кандидатуру». Я ответила: «Ну пожалуйста».
Во время голосования в Доме кино я вышла на сцену и сказала: «Вы знаете, единственный принцип, которого я придерживаюсь: делаешь ли что, говоришь ли что — делай как перед Богом». И ушла. Все происходит так, как происходит. Я знаю, что какой-то процент людей за меня проголосовал. И что я могла, то и делала, работала по совести. Но, если честно, сейчас у меня очень большая занятость. У меня два проекта, в которых я снимаюсь как актриса. В мае состоялась премьера большого 16-серийного фильма, в котором я сыграла одну из главных ролей. Он называется «Свет в окне». Этот год у меня пошел актерский, и работы очень много. Что касается режиссерского направления, то сейчас ищу проект.
— А может, у вас есть желание сделать перерыв в работе над женским кино и взяться за какую-то комедию?
— Я не очень люблю название «женское кино», несмотря на то что предпочитаю жанр мелодрамы. Сама комедия меня не интересует, я не снимаю в этом направлении, это не мое. Могу какие-то комедийные элементы внести в свой сюжет, но в чистом виде мне это не очень интересно. А вот в комедийных проектах снимаюсь с удовольствием. Сейчас выйдет сериал «Лютик и Анютик», где мы с Ириной Розановой играем историю с юмором. Очень люблю Ирочку, давно с ней дружим. Играем двух пенсионерок, которые занимаются расследованиями. И там такие сюжетные повороты, что дух захватывает. У нас получилась почти клоунская парочка, с которой не соскучишься.
— Не так давно в киновузах делались опросы. Молодых артисток-студенток спрашивали, знают ли они имена актрис — представительниц старшего поколения. Например, Нонна Мордюкова, Людмила Гурченко, Клара Лучко. И почти никто из начинающих эти имена не знал. Ведь это не очень хорошо, когда в актерской среде нет достойных примеров для подражания.
— У каждого поколения свои герои, раньше не было интернета и такого количества всевозможных картин и сериалов. А сегодня можно включить и посмотреть любой фильм. В советское время были кинотеатры и телевизор, и мы смотрели только то, что нам показывали, поэтому знали всех актрис и актеров. Сегодня у молодежи огромный выбор. Они действительно знают больше зарубежных актеров и смотрят иностранное кино, но это, скорее, политика. Во всяком случае, когда я училась (а я дважды училась во ВГИКе — на актерском и режиссерском факультетах), у нас был предмет «История кино». Нам показывали классику, мы изучали старое кино и всех знали прекрасно.
А что касается подражания — подражать никому не надо. Любой фильм, который ты смотришь, — это лично твой профессиональный опыт. Безусловно, это формирует твое мировоззрение. Кино — это опосредованный жизненный опыт для любого человека, не только для актера. Когда зритель смотрит ту или иную историю, у него все равно вырабатывается какое-то мнение по поводу происходящего на экране. Вот почему кино включает сознание людей.
Взять, к примеру, фильм «Школьный вальс», который полюбили зрители и о котором меня постоянно спрашивают. После него очень много женщин не сделали аборт благодаря истории моей героини. Мне много лет писали и звонили, чтобы поблагодарить и сказать добрые слова. Однажды в прямом эфире мне в подарок принесли огромный букет крокусов из цветного воска. Молодой человек, который их прислал, написал: «Я считаю вас своей крестной, потому что моя мама посмотрела «Школьный вальс» и сохранила мне жизнь». Есть такая замечательная фраза: «Слова назидают, примеры влекут».
— Надо отдать должное тому, что с появлением интернета современные зрители смогли увидеть хорошие советские фильмы, а молодые актеры имеют возможность больше сниматься в разных проектах и получить популярность.
— Мне, честно говоря, молоденьких актрис жалко, потому что сейчас для них сложное время: приходится отказываться или играть такие роли, после которых бывает тяжело. Когда я снимала «Семейные тайны», у меня там были сложные сцены, приходилось уводить актеров в другую комнату и молиться, чтобы с них снялась вся информация. Иногда в шутку я борюсь со Станиславским. В том смысле, что оправдывать можно не все.
Что такое грех? Это нарушение порядка, неправильное поведение? Поэтому если ты оправдываешь своего героя, который творит ужасные вещи, то это становится твоей личной ответственностью. Кино — это те примеры поведения, которые иногда в сложных ситуациях могут поддержать человека, изменить его сознание, направить на верный путь, но могут и соблазнить… Поэтому ответственность у актеров и режиссеров есть, и о ней не нужно забывать. Искусство должно воспитывать человека, помогать ему разобраться в себе, в своих проблемах. И в этом его огромная ценность.
— По поводу сериала «Семейные тайны» вы рассказывали о том, что он изменил многим людям жизнь.
— После сериала ко мне подошла женщина-юрист и сказала: «Лена, ко мне три дня шли люди и забирали иски о разделе имущества». С одной стороны, забавно. А с другой стороны — это замечательно, когда таким способом укрепляются отношения. Юрист спросила, почему они забирают иски. Ей ответили, что посмотрели «Семейные тайны» и опомнились. Люди подумали: «Ну что мы делим?»
И когда я снимала этот сериал, то молилась про себя и говорила, что понимаю, что не могу изменить сознание людей, но, может быть, кто-то подумает и решит больше не ссориться и не судиться с родными. Мне непросто было работать, потому что духовные темы в сериальной продукции довольно сложно воспринимаются продюсерами. Но для меня такая работа — это служение Богу и людям. Я считаю, что кинематограф, особенно сериалы, как ни странно, имеют возможность говорить со зрителем и могут сказать людям нечто важное.
Формируя группу, я всегда начинаю со слов: «Ребята, нас Господь собрал на этот срок, чтобы мы все принесли пользу. Каждый. Своим дарованием, своим сердцем и своей любовью. И для того, чтобы мы собрали плод перед Богом, перед людьми и перед собой». И мне легко работать с людьми, которые воспринимают мои слова.