«Как девочка я не подготовилась». Ирина Скворцова, сидевшая с Путиным в президентской ложе на открытии Сочи-2014
Бывшая бобслеистка Ирина Скворцова в 2009 году была вынуждена закончить со спортом из-за аварии на санно-бобслейной трассе, а во время церемонии открытия Олимпийских игр 2014 года в Сочи сидела в президентской ложе бок о бок с Владимиром Путиным.
Своими воспоминаниями она поделилась в интервью сайту «Фонтанка.ру».
«Честно говоря, эмоции были немного двоякие, потому что все-таки я не очень хотела ехать на открытие, да и вообще на Олимпиаду. Почему? Потому что я планировала на ней выступать, отобраться как спортсмен. А здесь я должна была приехать как зритель. Естественно, это было больно. Короче, я не собиралась на церемонию. Но так сложились обстоятельства, что я на нее попала. И забегая вперед, могу сказать сразу, что я не пожалела. И если бы сейчас стоял бы выбор, я так же бы поехала.
На открытии у меня были двоякие чувства: изнутри ты хочешь плакать, тебе больно, что ты сейчас как зритель, но в то же время — это такое счастье! И да, действительно была и гордость, когда наши спортсмены выходили под гимн, под песни. То есть ты смотришь, какое волшебство разворачивается на главном стадионе, и… Не знаю, если бы у меня была возможность, я бы кричала вместе со зрителями и прыгала, поддерживала бы ребят. Но я немножечко не могла себя так вести по понятным причинам. Приходилось сдерживаться. Но это все равно было потрясающе! Это действительно те чувства, та энергетика, которая тебя изнутри разрывает, когда у тебя полное единение со стадионом и когда у вас один праздник на всех.
То, как я оказалась рядом с президентом, — это отдельная история. Как я уже сказала, я не должна была ехать на Олимпиаду, я отказывалась. Не то что отказывалась — я не планировала. Я не смотрела ни билеты, ни гостиницы — ничего. Но случайно так получилось: я оказалась в больнице и мне нужно было оттуда слинять, что ли, — выписаться под официальным предлогом. И как раз мне буквально за несколько дней до открытия поступило приглашение на открытие Олимпийских игр. Только под этим предлогом меня и отпустили из клиники.
Чтобы вы понимали: я не знала точно, где буду сидеть. Мне сказали — в президентской ложе с президентом. Все. Но ложа большая, и там помещалось около 50 человек точно, если не ошибаюсь. Поэтому сидеть рядом с президентом — это не значит, что бок о бок. И уже только за 20 минут, наверное, до начала Олимпиады от соседей я узнала, с кем я сижу рядом. Я не поверила — я с третьей попытки, наверное, только поняла, что это не шутка.
А дальше просто прикинула в голове, что меня ждет: если я сижу рядом с президентом, это значит, камеры все время будут показывать и меня тоже, потому что Олимпийские игры, потому что открытие и вообще трансляция идет на весь мир. И как девушка, я единственный вопрос задала соседям: «Хорошо ли я выгляжу?» Потому что сборы были в три часа утра в Москве и это было из серии «да ладно, и так сойдет». Я думала: «Господи, приеду, посмотрю открытие и уеду». То есть я вообще нигде светиться не планировала. Но получилось немного по-другому. Поэтому я вообще не ожидала — для меня это был сюрприз, так же, как и для моих друзей и знакомых, которые увидели меня по телевизору и начали мне названивать, писать. Слава богу, я отключила телефон.
В остальном все было спокойно. Я не нервничала совершенно. Да и чего нервничать? Президент — это тот же человек. Да, кто-то может потерять сознание при виде популярных людей, но я не знаю, что должно со мной произойти, чтобы я потеряла сознание. Если только от нехватки кислорода. Я же после аварии общалась и с журналистами, и со звездами, и с дипломатами, с чиновниками — вообще с людьми разного уровня. И наверное, немного привыкла, натренировалась. Поэтому — ну да, президент, ну и что. Честно говоря, мне больше было, наверное, некомфортно от камер, от столь пристального внимания, на которое я не рассчитывала. Потому что как девочка я не подготовилась. Меня никто не предупреждал, поэтому макияж, прическа, одежда были выбраны, скажем так, спустя рукава. Вот это меня смущало, а остальное — нет.
С охраной президента я не общалась, инструктаж со мной никто не проводил. В этом смысле все было довольно спокойно. С президентом у нас было несколько коротких диалогов: как я себя чувствую, как у меня дела. И немного обсудили то, что творилось на стадионе.
А из того, что творилось на стадионе, мне больше всего запомнились наши талисманы: то, как они двигались, как приветствовали зал. Я себя несколько раз ловила на мысли: «Господи, что вы с ними сделали, ведь они выглядят как живые!» Точно помню, что меня это прямо поразило. И естественно, запомнилось, как выходили наши ребята-спортсмены. Мне кажется, этого и ждали больше всего, не считая интриги с зажжением факела. Для меня стало большим сюрпризом, что зажигали два спортсмена, а не один.
С наших мест еще отлично смотрелось нераскрывшееся кольцо — тот самый курьез, который потом все обсуждали. Я это даже сфотографировала, не удержалась. Я на самом деле сначала подумала, что так и должно быть, что это такая задумка. А оказалось, что это был сбой, но при этом — потом я уже узнала, что по телевизору все было в порядке, — быстро картинку другую пустили, где все открылось. Поэтому это осталось только в памяти людей, кто видел это вживую.
Путина в тот момент, кстати, еще не было, насколько я помню. Он пришел сразу после этого. Это, если я не ошибаюсь, все-таки 10 лет уже прошло. Но слушайте, косяки бывают, ни одно открытие Олимпиады не проходит без них. Организаторы еще молодцы, что потом на закрытии это обыграли. Было очень здорово. Так что я считаю, что это даже не косяк, а изюминка открытия Олимпиады.
О том, что было потом, все эти допинговые скандалы и остальное, я даже думать не хочу. Конечно, мне никогда не понять тех спортсменов, которые оказались втянуты во все это. Скорее всего, им было нелегко, но я просто не хочу об этом думать. У меня остались те воспоминания, которые у меня были тогда со мной. И я хочу, чтобы они у меня так и остались», — сказала Скворцова.