Леуан Лагулаа: «Мы получаем анклав, в который нет доступа гражданам Абхазии»
0
102
Министр экономического развития России Максим Решетников побывал в Абхазии, встретился с руководством республики и посетил ряд объектов, в том числе комплекс «Москва резорт», который строится в Гагрском районе. Этот визит прокомментировал Леуан Лагулаа, пресс-секретарь штаба по противодействию принятию закона об апартаментах. Он уверен, что этот и подобные ему проекты не служат развитию республики, бонусы в виде рабочих мест и новых строек он считает весьма спорными.
– Леуан, поскольку вы следили за публикациями о визите в Абхазию Решетникова – министра экономразвития России, сформулируйте ваше общее впечатление от того, что вы услышали из СМИ?
– Я увидел материал в Instagram, там был репортаж о посещении нескольких объектов, в том числе, которые восстанавливаются по комплексному плану. Мое внимание привлек эпизод, когда министр экономического развития совместно с представителями Абхазии и представителями строящегося «Москва Resort» посетил этот санаторно-курортный объект, как известно, Ткачева, который был презентован пару лет назад в Абхазии. Эта экскурсия меня привлекла, потому что там звучали, например, такие слова и фразы, как «анклав», «у посетителей этого комплекса не будет необходимости покидать его территорию». А мы знаем, что там есть собственный пляж порядка двух километров, его общая площадь составляет более 45 гектаров земли.
По первоначальному проекту говорили о более чем 1000 апартаментов, но месяц назад, презентуя его заново, уже говорят о более чем 2300 апартаментов плюс отель на 400 номеров и еще отдельные коттеджи. Мне кажется, что самое важное в этой презентации было то, что девушка, менеджер проекта, рассказывала о том, что туристы там будут находиться фактически изолированно. У меня в голове сразу нарисовалась картина будущего, когда в Абхазии будут такие анклавы на десятках и сотнях гектаров, где будут проживать иностранные граждане, где будет создана такая экосистема, в которую местное население никак не будет вовлечено, потому что, как объясняет менеджер, у них будет все, что им нужно. Мы знаем, что есть такие объекты за границей по системе «Ультра все включено», но мы, как общественность, желающая своей стране хорошего будущего, мы должны думать о том, как использовать абхазские активы во благо всех граждан Абхазии. А здесь мы получаем анклав, в который нет доступа гражданам Абхазии, и фактически потерю части территории и части активов. И за все это нам говорят, что будет плата за аренду земли и рабочие места, которые тоже никак не регулируются. Я думаю, что это не то будущее, ради которого столько всего было сделано многими поколениями в Абхазии.
– Какова была реакция на это самого Решетникова? Она была позитивная или негативная?
– Когда ему сообщают о том, что у нескольких тысяч посетителей этого комплекса все, что им нужно, будет внутри, и без особой необходимости покидать территорию им не нужно, это удивило министра, который сказал о том, что нельзя приехать в Абхазию и не посетить ее достопримечательности. Он назвал и Рицу, и Новый Афон, и Сухум. И он даже несколько раз перебил менеджера, которая рассказывала ему о таком славном будущем. Это было удивление с негативным оттенком. Потом она сказала, что у них есть собственная турфирма, то есть все коммуникации для проживающих и отдыхающих на этом объекте. Они все будут внутри экосистемы, которая будет создана владельцами этого санаторно-курортного объекта. Можно сказать, что у них будет минимальный контакт с абхазской действительностью. Это, по моему ощущению, легло на слух и на восприятие Решетникова, и он, кстати, об этом сказал.
– Леуан, скажите, пожалуйста, а высказывания Решетникова по энергетике, по сухумскому аэропорту вы как-то можете оценить?
– К сожалению, я акцентировал внимание именно на посещении этого объекта и не готов сейчас комментировать остальное, потому что акцент у меня был именно на этом эпизоде с «Москва Resort». Если я скажу, что я внимательно следил и за остальной частью визита, это будет неправда. Это была такая демонстрация того, что нас ждет в случае, если Абхазия каким-то образом позволит пройти законопроекту об апартаментах. Здесь будут образовываться минигородки и минианклавы, по количеству живущих в них людей они будут сопоставимы или даже будут превосходить местное население.
Например, мы знаем, что жителей Пицунды – четыре с небольшим тысячи человек, а этот объект Ткачева, который тоже будет расположен в Пицунде, с более чем двумя тысячами апартаментов, с гостиничным комплексом на 400 номеров и еще с отдельными коттеджами, это население, как нам говорят, эти «туристы», их количество будет превосходить количество жителей Пицунды. Я думаю, что эту угрозу мы все должны реально себе представить, потому что за этими фантиками о богатстве, о заработках и так далее мы можем потерять самое ценное, что у нас есть, в том числе наш суверенитет и стабильность. А последнее очень важно, потому что, когда увеличивается иностранное население, здесь может быть внутри общества напряжение. То есть очень много факторов, и мы говорим об угрозах демографических, мы видим, что экономически конкурировать с таким бизнесом нереально. Наш бизнес не может конкурировать с объектами, в которые вкладываются десятки миллиардов рублей, у нас нет банков, которые могут так поддерживать местных бизнесменов, то есть здесь очень много угроз, и это просто один эпизод, который может помочь представить себе эти угрозы более реально.
– Вот вы, Леуан, сказали про фантики. А о фантиках что-нибудь можете сказать? Где эти фантики-то вообще?
– Нам говорят, что будут рабочие места на этих объектах, что на стройках будет задействовано местное населения. Но если говорить откровенно, то это не похоже на правду, потому что, например, сейчас тоже есть потребность в строителях, но мы знаем, что строители у нас в огромном количестве из разных республик, есть даже корейцы, я уже не говорю про людей из Узбекистана, Таджикистана, о вьетнамцах, то есть очень много иностранной рабочей силы привлекается, хотя запрос на строителей есть. И потом, если говорить о крупнейших объектах санаторно-курортного обслуживания, там мы тоже видим даже по Сухуму, не говоря уже о Гагре и других местах, что привлекается большое количество иностранной рабочей силы. И мы даже видели объявление, где говорится о том, что принимаются сотрудники со славянской внешностью. Вот эти факторы имеют место уже сейчас, когда идет естественный рост интереса к Абхазии. Нам фактически предлагают завалить Абхазию стройкой, забетонировать все, что можно и нельзя забетонировать по примеру Адлера и Сочи. Такая перспектива кажется мне не очень радужной, особенно для местного населения.
Возможно, для инвестора это выгодно, потому что застройщики этих апартаментов окупают свой проект уже на стадии строительства. Я бы даже сказал, что для местного населения и для абхазского государства выгод нет совсем, если, конечно, кто-то не считает выгодой потерю суверенитета, потерю значительной части территории и потерю активов. Если кому-то это выгодно, тогда мы по-разному смотрим на развитие страны. Самое главное мое впечатление – это то, что я сам для себя представил, как это все будет происходить в Абхазии, если мы не остановим этот процесс в зародыше. Мы должны это регулировать и сделать все, чтобы это было в интересах в первую очередь абхазского государства и граждан Абхазии. Задача всего общества именно за это бороться. На примере «Москва Resort» мы видим, что интересов Абхазии там будет минимум. Эти вливания, которые неизбежно идут в Абхазию, потому что мы знаем, что из-за санкций российский бизнес не имеет доступа на многие рынки, нам нужно отрегулировать исходя из наших интересов.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Facebook
Telegram
Instagram
Twitter
Youtube
– Леуан, поскольку вы следили за публикациями о визите в Абхазию Решетникова – министра экономразвития России, сформулируйте ваше общее впечатление от того, что вы услышали из СМИ?
– Я увидел материал в Instagram, там был репортаж о посещении нескольких объектов, в том числе, которые восстанавливаются по комплексному плану. Мое внимание привлек эпизод, когда министр экономического развития совместно с представителями Абхазии и представителями строящегося «Москва Resort» посетил этот санаторно-курортный объект, как известно, Ткачева, который был презентован пару лет назад в Абхазии. Эта экскурсия меня привлекла, потому что там звучали, например, такие слова и фразы, как «анклав», «у посетителей этого комплекса не будет необходимости покидать его территорию». А мы знаем, что там есть собственный пляж порядка двух километров, его общая площадь составляет более 45 гектаров земли.
По первоначальному проекту говорили о более чем 1000 апартаментов, но месяц назад, презентуя его заново, уже говорят о более чем 2300 апартаментов плюс отель на 400 номеров и еще отдельные коттеджи. Мне кажется, что самое важное в этой презентации было то, что девушка, менеджер проекта, рассказывала о том, что туристы там будут находиться фактически изолированно. У меня в голове сразу нарисовалась картина будущего, когда в Абхазии будут такие анклавы на десятках и сотнях гектаров, где будут проживать иностранные граждане, где будет создана такая экосистема, в которую местное население никак не будет вовлечено, потому что, как объясняет менеджер, у них будет все, что им нужно. Мы знаем, что есть такие объекты за границей по системе «Ультра все включено», но мы, как общественность, желающая своей стране хорошего будущего, мы должны думать о том, как использовать абхазские активы во благо всех граждан Абхазии. А здесь мы получаем анклав, в который нет доступа гражданам Абхазии, и фактически потерю части территории и части активов. И за все это нам говорят, что будет плата за аренду земли и рабочие места, которые тоже никак не регулируются. Я думаю, что это не то будущее, ради которого столько всего было сделано многими поколениями в Абхазии.
– Какова была реакция на это самого Решетникова? Она была позитивная или негативная?
– Когда ему сообщают о том, что у нескольких тысяч посетителей этого комплекса все, что им нужно, будет внутри, и без особой необходимости покидать территорию им не нужно, это удивило министра, который сказал о том, что нельзя приехать в Абхазию и не посетить ее достопримечательности. Он назвал и Рицу, и Новый Афон, и Сухум. И он даже несколько раз перебил менеджера, которая рассказывала ему о таком славном будущем. Это было удивление с негативным оттенком. Потом она сказала, что у них есть собственная турфирма, то есть все коммуникации для проживающих и отдыхающих на этом объекте. Они все будут внутри экосистемы, которая будет создана владельцами этого санаторно-курортного объекта. Можно сказать, что у них будет минимальный контакт с абхазской действительностью. Это, по моему ощущению, легло на слух и на восприятие Решетникова, и он, кстати, об этом сказал.
– Леуан, скажите, пожалуйста, а высказывания Решетникова по энергетике, по сухумскому аэропорту вы как-то можете оценить?
– К сожалению, я акцентировал внимание именно на посещении этого объекта и не готов сейчас комментировать остальное, потому что акцент у меня был именно на этом эпизоде с «Москва Resort». Если я скажу, что я внимательно следил и за остальной частью визита, это будет неправда. Это была такая демонстрация того, что нас ждет в случае, если Абхазия каким-то образом позволит пройти законопроекту об апартаментах. Здесь будут образовываться минигородки и минианклавы, по количеству живущих в них людей они будут сопоставимы или даже будут превосходить местное население.
Например, мы знаем, что жителей Пицунды – четыре с небольшим тысячи человек, а этот объект Ткачева, который тоже будет расположен в Пицунде, с более чем двумя тысячами апартаментов, с гостиничным комплексом на 400 номеров и еще с отдельными коттеджами, это население, как нам говорят, эти «туристы», их количество будет превосходить количество жителей Пицунды. Я думаю, что эту угрозу мы все должны реально себе представить, потому что за этими фантиками о богатстве, о заработках и так далее мы можем потерять самое ценное, что у нас есть, в том числе наш суверенитет и стабильность. А последнее очень важно, потому что, когда увеличивается иностранное население, здесь может быть внутри общества напряжение. То есть очень много факторов, и мы говорим об угрозах демографических, мы видим, что экономически конкурировать с таким бизнесом нереально. Наш бизнес не может конкурировать с объектами, в которые вкладываются десятки миллиардов рублей, у нас нет банков, которые могут так поддерживать местных бизнесменов, то есть здесь очень много угроз, и это просто один эпизод, который может помочь представить себе эти угрозы более реально.
– Вот вы, Леуан, сказали про фантики. А о фантиках что-нибудь можете сказать? Где эти фантики-то вообще?
– Нам говорят, что будут рабочие места на этих объектах, что на стройках будет задействовано местное населения. Но если говорить откровенно, то это не похоже на правду, потому что, например, сейчас тоже есть потребность в строителях, но мы знаем, что строители у нас в огромном количестве из разных республик, есть даже корейцы, я уже не говорю про людей из Узбекистана, Таджикистана, о вьетнамцах, то есть очень много иностранной рабочей силы привлекается, хотя запрос на строителей есть. И потом, если говорить о крупнейших объектах санаторно-курортного обслуживания, там мы тоже видим даже по Сухуму, не говоря уже о Гагре и других местах, что привлекается большое количество иностранной рабочей силы. И мы даже видели объявление, где говорится о том, что принимаются сотрудники со славянской внешностью. Вот эти факторы имеют место уже сейчас, когда идет естественный рост интереса к Абхазии. Нам фактически предлагают завалить Абхазию стройкой, забетонировать все, что можно и нельзя забетонировать по примеру Адлера и Сочи. Такая перспектива кажется мне не очень радужной, особенно для местного населения.
Возможно, для инвестора это выгодно, потому что застройщики этих апартаментов окупают свой проект уже на стадии строительства. Я бы даже сказал, что для местного населения и для абхазского государства выгод нет совсем, если, конечно, кто-то не считает выгодой потерю суверенитета, потерю значительной части территории и потерю активов. Если кому-то это выгодно, тогда мы по-разному смотрим на развитие страны. Самое главное мое впечатление – это то, что я сам для себя представил, как это все будет происходить в Абхазии, если мы не остановим этот процесс в зародыше. Мы должны это регулировать и сделать все, чтобы это было в интересах в первую очередь абхазского государства и граждан Абхазии. Задача всего общества именно за это бороться. На примере «Москва Resort» мы видим, что интересов Абхазии там будет минимум. Эти вливания, которые неизбежно идут в Абхазию, потому что мы знаем, что из-за санкций российский бизнес не имеет доступа на многие рынки, нам нужно отрегулировать исходя из наших интересов.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Подписывайтесь на нас в соцсетях
Telegram
Youtube