Людмила Скорик: «У нас эта инфекция распространяется с молниеносной быстротой»
0
89
За минувшую неделю в Абхазии было обследовано на COVID-19 около 500 человек, из них 42 – положительных. Госпитализировано 19 человек, два пациента умерли. Главный санитарный врач Абхазии Людмила Скорик подвела итог прошедшей недели, по ее оценке, инфекция распространяется в Абхазии молниеносно. И если население не будет соблюдать все ранее рекомендованные меры защиты, то ситуация будет только ухудшаться.
– Людмила Вильбертовна, подведите, пожалуйста, итог недели. Сколько было протестировано человек в Абхазии, сколько выявлено новых ковидположительных, сколько было госпитализировано и сколько человек у нас на самоизоляции?
– Я вам дам сводку с 23-го по 30-е число, это как раз получается неделя. Новых ковидположительных было выявлено за это время 42 человека. На 31-е число госпитализировано в ковидный госпиталь 19 пациентов, 483 человека были протестированы за эту неделю. На данный период времени в 14.00 скончался еще один пациент 78 лет, у него было поражение 80% легочной ткани, и он скончался именно от коронавирусной инфекции. Этот пациент находился в палате с коронавирусным больным, то есть он получил инфекцию в лечебном учреждении из-за того, что контактировал с ним. И когда его перевели в ковидный центр, уже ничего сделать было невозможно, потому что у него резко развилась сердечная недостаточность. Итого на сегодня у нас уже три пациента с летальным исходом.
– Из тех, кто госпитализирован, есть тяжелобольные?
– Да, два человека находятся в тяжелом состоянии, они тяжело переносят коронавирусную инфекцию. У них присутствуют осложнения заболевания, они из основной группы риска по своим сопутствующим заболеваниям. У них есть хронические сердечно-сосудистые заболевания.
– Среди заразившихся у нас есть медики? Сколько человек из числа медперсонала заразились и где они находятся?
– Сегодня у нас с положительной коронавирусной инфекцией шесть человек медицинского персонала. Все медицинские работники оставались дома на самоизоляции, потому что они контактировали со своими близкими и родственниками. Но при усугублении состояния здоровья медицинские работники, естественно, тут же отзваниваются врачам коронавирусного центра и госпитализируются туда. Естественно, они мониторят ситуацию у своих родственников и иногда отправляются туда всем семейством.
– Есть среди заразившихся медиков тяжелобольные?
– Пока что состояние медработников под контролем. Ввиду того, что это медицинский персонал, они контролируют свое состояние здоровья, и они не отягощают его до того момента, когда необходима реанимация. Они отправляются в центр только для того, чтобы изолировать очаг, поэтому я и сказала, что они отправляются туда семьей.
– Сколько человек у нас на самоизоляции?
– Я сейчас не могу вам сказать, сколько человек на самоизоляции, потому что у нас на самоизоляции еще те, кто был в контакте в семье. И эти данные у меня знают только территориальные санитарные врачи. Я такой информации пока не имею.
– Как вы оцениваете ту ситуацию, которая у нас сложилась за эту неделю? Это эпидемиологическая вспышка или вторая волна? Что вы можете сказать об этом?
– Это новая вспышка, причем одномоментная, но в разных городах. У нас есть отдельный очаг в городе Гагре, у нас есть отдельный очаг в городе Гудауте, у нас шесть очагов в городе Сухуме. Я не могу сказать, что это – новая волна. Это были завозные случаи инфекции, завезенные первичными пациентами, и они уже приобрели характер местного заболевания. То есть вовлечены в это заболевание те жители, которые не выезжали, а были просто в контакте с носителями этой инфекции. Она проявляется в течение 14 дней, поэтому это заболевание и опасно. Если раннего выявления носительства нет, то за 14 дней, пока проявится его симптоматика, оно уже успевает распространиться. А у некоторых заболевших бывает здоровое носительство, как это было у наших курсантов, которые приехали извне. Мы их локализовали на 14 дней в обсервацию в «Айтаре», мы у них выявляли здоровое носительство, то есть они переносили эту инфекцию очень легко, потому что их иммунная система была достаточно крепкой. Сейчас во вспышку вовлечены и пожилые люди, и дети, потому что сначала у медиков было носительство, а теперь из-за того, что мы на ранней стадии у них не выявили это заболевание, не поставили диагноз, вспышка приобрела масштабный характер. Как я вам сказала, у нас довольно большие пределы очагов.
– Как сейчас санитарно-эпидемиологическая служба отслеживает контакты? Насколько это сложно происходит и каков круг, по вашей оценке, контактировавших людей?
– Ввиду того, что наши граждане забыли, что это карантинная инфекция и нужно соблюдать период изоляции 14 дней, они продолжают перемещаться, хотя знают, что были в контакте и должны оставаться дома 14 дней, звонить по «горячей линии» Минздрава, вызывать мобильные бригады для забора проб. У нас эта инфекция распространяется с молниеносной быстротой, мы не успеваем отслеживать контакты. Т.е. заболевание проявляется у контактных быстрее, чем мы успеваем сделать забор и поставить лабораторное исследование.
– Людмила Вильбертовна, если возможно сделать какой-то прогноз, сможете вы что-то сказать? Как, по-вашему, будет развиваться ситуация?
– Если мы опять не вспомним март-май 2020 года и не будем соблюдать тех требований, которые мы с вами соблюдали в эти месяцы, то заболевание приобретет нерегулируемый характер. Оно будет распространяться по экспоненте, т.е. оно будет расти молниеносно. Мы должны опять все понять, что нужно надеть маски, перестать посещать массовые мероприятия, мы опять должны заходить в общественные места с соблюдением социальной дистанции, т.е. не толпиться в магазинах, не контактировать с близкими, не протягивать руки, не обниматься, не ходить в рестораны, не присутствовать в столовых. Мы должны вспомнить все те требования, которые в те месяцы мы четко выполняли, потому что здоровые носители – как я их называю – это люди, уже заболевшие, но не знающие об этой инфекции, и они ходят, перемещаются. А каким образом эта инфекция перейдет к вам – через рукопожатие или просто при разговоре с больным человеком, – это уже врачам-эпидемиологам не определить. Т.е. все те мероприятия, которые были введены в республике в то время, приносили положительный результат, и у нас распространение из локальных очагов не происходило. Сейчас население Республики Абхазия уверовало, что инфекция придумана, что ее нет, что она обойдет нас стороной. Мы вышли, расслабились, перестали соблюдать все требования, мы забыли, что нужно обрабатывать руки дезинфектантами, мы забыли, что нужно носить маски, а это все очень негативно сказывается на теперешней ситуации.
– Вы отслеживаете ситуацию в соседнем с нами Сочи? У нас определенная часть населения требует, чтобы открыли границу, чтобы впустили сюда туристов. Скажите, пожалуйста, как, по-вашему, есть у вас такая информация: после того как туристам разрешили посещать курорты Сочи и Адлера, как-то эпидситуация у них изменилась? Можете вы дать оценку, как это происходило в Сочи после приезда туристов?
– В Российской Федерации намного больше специалистов заняты данной проблемой, у них очень хорошие инфекционные стационары, у них очень хорошо работает Роспотребнадзор, у них очень хорошо налажена диагностика коронавирусной инфекции, большое количество лиц, которые четко исполняют законы. Во всяком случае, ношение масок у них, когда заходишь в общественные помещения, обязательно – это во-первых. Во-вторых, они соблюдают хотя бы элементарную социальную дистанцию. По диагностике, скажем так, количество выявляемых коронавирусных больных там снизилось, но только из-за того, что там снизилось количество самих исследований, т.е. люди, которые приезжают на отдых, не бегут в лабораторию, чтобы сдать анализ на коронавирусную инфекцию. Если раньше было до двух тысяч исследований в день, то сейчас количество забранных проб снизилось до 700-800. Статистика по выявляемости у них положительная, т.е. 10-20 коронавирусных в день. Для Российской Федерации это маленькие цифры, это просто минимум. Для Республики Абхазия такая ситуация просто непрогнозируемая, потому что те люди, которые приедут к нам на отдых, будут поступать точно так же – они не пойдут в лабораторию обследоваться на коронавирусную инфекцию. Они будут просто здоровыми носителями и передадут инфекцию большому количеству нашего населения, которое здесь получит эту инфекцию и передаст своим родным и близким. И вот что мы с вами потом будем делать с этой ситуацией – это большой вопрос, в том числе и для меня...
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
– Людмила Вильбертовна, подведите, пожалуйста, итог недели. Сколько было протестировано человек в Абхазии, сколько выявлено новых ковидположительных, сколько было госпитализировано и сколько человек у нас на самоизоляции?
– Я вам дам сводку с 23-го по 30-е число, это как раз получается неделя. Новых ковидположительных было выявлено за это время 42 человека. На 31-е число госпитализировано в ковидный госпиталь 19 пациентов, 483 человека были протестированы за эту неделю. На данный период времени в 14.00 скончался еще один пациент 78 лет, у него было поражение 80% легочной ткани, и он скончался именно от коронавирусной инфекции. Этот пациент находился в палате с коронавирусным больным, то есть он получил инфекцию в лечебном учреждении из-за того, что контактировал с ним. И когда его перевели в ковидный центр, уже ничего сделать было невозможно, потому что у него резко развилась сердечная недостаточность. Итого на сегодня у нас уже три пациента с летальным исходом.
– Из тех, кто госпитализирован, есть тяжелобольные?
– Да, два человека находятся в тяжелом состоянии, они тяжело переносят коронавирусную инфекцию. У них присутствуют осложнения заболевания, они из основной группы риска по своим сопутствующим заболеваниям. У них есть хронические сердечно-сосудистые заболевания.
– Среди заразившихся у нас есть медики? Сколько человек из числа медперсонала заразились и где они находятся?
– Сегодня у нас с положительной коронавирусной инфекцией шесть человек медицинского персонала. Все медицинские работники оставались дома на самоизоляции, потому что они контактировали со своими близкими и родственниками. Но при усугублении состояния здоровья медицинские работники, естественно, тут же отзваниваются врачам коронавирусного центра и госпитализируются туда. Естественно, они мониторят ситуацию у своих родственников и иногда отправляются туда всем семейством.
– Есть среди заразившихся медиков тяжелобольные?
– Пока что состояние медработников под контролем. Ввиду того, что это медицинский персонал, они контролируют свое состояние здоровья, и они не отягощают его до того момента, когда необходима реанимация. Они отправляются в центр только для того, чтобы изолировать очаг, поэтому я и сказала, что они отправляются туда семьей.
– Сколько человек у нас на самоизоляции?
– Я сейчас не могу вам сказать, сколько человек на самоизоляции, потому что у нас на самоизоляции еще те, кто был в контакте в семье. И эти данные у меня знают только территориальные санитарные врачи. Я такой информации пока не имею.
– Как вы оцениваете ту ситуацию, которая у нас сложилась за эту неделю? Это эпидемиологическая вспышка или вторая волна? Что вы можете сказать об этом?
– Это новая вспышка, причем одномоментная, но в разных городах. У нас есть отдельный очаг в городе Гагре, у нас есть отдельный очаг в городе Гудауте, у нас шесть очагов в городе Сухуме. Я не могу сказать, что это – новая волна. Это были завозные случаи инфекции, завезенные первичными пациентами, и они уже приобрели характер местного заболевания. То есть вовлечены в это заболевание те жители, которые не выезжали, а были просто в контакте с носителями этой инфекции. Она проявляется в течение 14 дней, поэтому это заболевание и опасно. Если раннего выявления носительства нет, то за 14 дней, пока проявится его симптоматика, оно уже успевает распространиться. А у некоторых заболевших бывает здоровое носительство, как это было у наших курсантов, которые приехали извне. Мы их локализовали на 14 дней в обсервацию в «Айтаре», мы у них выявляли здоровое носительство, то есть они переносили эту инфекцию очень легко, потому что их иммунная система была достаточно крепкой. Сейчас во вспышку вовлечены и пожилые люди, и дети, потому что сначала у медиков было носительство, а теперь из-за того, что мы на ранней стадии у них не выявили это заболевание, не поставили диагноз, вспышка приобрела масштабный характер. Как я вам сказала, у нас довольно большие пределы очагов.
– Как сейчас санитарно-эпидемиологическая служба отслеживает контакты? Насколько это сложно происходит и каков круг, по вашей оценке, контактировавших людей?
– Ввиду того, что наши граждане забыли, что это карантинная инфекция и нужно соблюдать период изоляции 14 дней, они продолжают перемещаться, хотя знают, что были в контакте и должны оставаться дома 14 дней, звонить по «горячей линии» Минздрава, вызывать мобильные бригады для забора проб. У нас эта инфекция распространяется с молниеносной быстротой, мы не успеваем отслеживать контакты. Т.е. заболевание проявляется у контактных быстрее, чем мы успеваем сделать забор и поставить лабораторное исследование.
– Людмила Вильбертовна, если возможно сделать какой-то прогноз, сможете вы что-то сказать? Как, по-вашему, будет развиваться ситуация?
– Если мы опять не вспомним март-май 2020 года и не будем соблюдать тех требований, которые мы с вами соблюдали в эти месяцы, то заболевание приобретет нерегулируемый характер. Оно будет распространяться по экспоненте, т.е. оно будет расти молниеносно. Мы должны опять все понять, что нужно надеть маски, перестать посещать массовые мероприятия, мы опять должны заходить в общественные места с соблюдением социальной дистанции, т.е. не толпиться в магазинах, не контактировать с близкими, не протягивать руки, не обниматься, не ходить в рестораны, не присутствовать в столовых. Мы должны вспомнить все те требования, которые в те месяцы мы четко выполняли, потому что здоровые носители – как я их называю – это люди, уже заболевшие, но не знающие об этой инфекции, и они ходят, перемещаются. А каким образом эта инфекция перейдет к вам – через рукопожатие или просто при разговоре с больным человеком, – это уже врачам-эпидемиологам не определить. Т.е. все те мероприятия, которые были введены в республике в то время, приносили положительный результат, и у нас распространение из локальных очагов не происходило. Сейчас население Республики Абхазия уверовало, что инфекция придумана, что ее нет, что она обойдет нас стороной. Мы вышли, расслабились, перестали соблюдать все требования, мы забыли, что нужно обрабатывать руки дезинфектантами, мы забыли, что нужно носить маски, а это все очень негативно сказывается на теперешней ситуации.
– Вы отслеживаете ситуацию в соседнем с нами Сочи? У нас определенная часть населения требует, чтобы открыли границу, чтобы впустили сюда туристов. Скажите, пожалуйста, как, по-вашему, есть у вас такая информация: после того как туристам разрешили посещать курорты Сочи и Адлера, как-то эпидситуация у них изменилась? Можете вы дать оценку, как это происходило в Сочи после приезда туристов?
– В Российской Федерации намного больше специалистов заняты данной проблемой, у них очень хорошие инфекционные стационары, у них очень хорошо работает Роспотребнадзор, у них очень хорошо налажена диагностика коронавирусной инфекции, большое количество лиц, которые четко исполняют законы. Во всяком случае, ношение масок у них, когда заходишь в общественные помещения, обязательно – это во-первых. Во-вторых, они соблюдают хотя бы элементарную социальную дистанцию. По диагностике, скажем так, количество выявляемых коронавирусных больных там снизилось, но только из-за того, что там снизилось количество самих исследований, т.е. люди, которые приезжают на отдых, не бегут в лабораторию, чтобы сдать анализ на коронавирусную инфекцию. Если раньше было до двух тысяч исследований в день, то сейчас количество забранных проб снизилось до 700-800. Статистика по выявляемости у них положительная, т.е. 10-20 коронавирусных в день. Для Российской Федерации это маленькие цифры, это просто минимум. Для Республики Абхазия такая ситуация просто непрогнозируемая, потому что те люди, которые приедут к нам на отдых, будут поступать точно так же – они не пойдут в лабораторию обследоваться на коронавирусную инфекцию. Они будут просто здоровыми носителями и передадут инфекцию большому количеству нашего населения, которое здесь получит эту инфекцию и передаст своим родным и близким. И вот что мы с вами потом будем делать с этой ситуацией – это большой вопрос, в том числе и для меня...
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия