Малкин — о коронавирусе в США, Овечкине и завершении карьеры
0
19
Русский великан из «Питтсбурга» ответил на вопросы Тины Канделаки
Одно из главных хоккейных событий четверга — обстоятельное интервью форварда «Питтсбург Пингвинз» и сборной России Евгения Малкина генеральному продюсеру «Матч ТВ» Тины Канделаки.
— Как сейчас живут спортсмены в Америке?
— Думаю, все спортсмены сейчас сидят дома. Придерживаемся всех правил от клуба и лиги. НХЛ к нам обратилась 12 марта, нам отменили игру с «Коламбусом». У игрока НБА нашли положительный тест на коронавирус. В Америке клубы разных видов спорта играют на одних стадионах, поэтому тут же после решения НБА то же самое выпустила и НХЛ. Уже месяц сидим дома, многие разъехались по своим странам. Ты можешь находиться в любой точке мира. Тебе придет сообщение, когда нужно вернуться.
— Почему вы не полетели в Москву?
— У меня семья, ребенок, не стал рисковать со всеми аэропортами и лететь в Москву. У нас есть квартира в Майами. Поехали сюда. Потом вообще закрыли авиасообщение. Плюс у нас ребенок на тот момент сломал руку. У нас рядом с домом есть пляж, все выходят и гуляют. Ребенку есть где побегать и погулять.
— Как люди реагируют на пандемию?
— Все зависит от каждого человека. В Нью-Йорке очень сложно. Многие пишут, что там не хватает персонала и медицинского оборудования. Кто знает, что будет через неделю или две, многие закупаются продуктами и водой. Я не паникую, рассчитываю на свое богатырское здоровье.
— Как вы думаете, что будет после коронавируса?
— После карантина мир изменится. Кризис уже ударил, многие люди потеряют деньги. Но, думаю, со временем все изменится. Надеюсь. Все государства, сообща, найдут способ помочь малому и среднему бизнесу. Нам пока зарплаты не сократили, это будет зависеть от срока коронавируса. Если продолжится в течение двух месяцев, то нам сократят на 30%. Плюс это скажется и на следующем сезоне. У меня есть финансовая подушка, поэтому для меня все не так критично.
— Вы вкладывались во что-нибудь в последнее время?
— Мой единственный бизнес — это хоккей и спорт. У меня были небольшие проблемы, когда я вложился в одно сложное дело. Я дал себе слово, что буду вести бизнес только после завершения спортивной карьеры. В это нужно самому погружаться, а не доверять кому-либо. Думаю, мне осталось лет пять-шесть играть. Посмотрим, как я буду чувствовать себя. Есть высокая планка твоей карьеры, не хочется просто доигрывать. Надо уходить на пике, а не быть человеком третьих-четвертых ролей.
— Меня всегда интересовал вопрос: как вы, спортсмены, можете в реальном времени переворачивать ход матчей?
— Мне кажется, все идет с детства. Мы с ранних лет занимаемся одним видом спорта, ты живешь этим и уже так себя настраиваешь, чтобы после побед и поражений по-любому выходить на свой уровень. Люди думают, что мы проиграли канадцам 3:7 и забыли сразу. Нет, ты думаешь об этом, тебе снится это. Это на всю жизнь. Сейчас появилось время, начинаю вспоминать Сочи, Ванкувер и все остальное. Это нелегко. Люди говорят, что вот, спортсмены получают большие деньги. Отдавайте своих детей! Это тяжелый труд.
— У нас на «Матч ТВ» часто рассказывают о технологиях, которые могут с раннего возраста определить потенциал ребенка в спорте. Верите в такие вещи?
— Не верю, что в раннем возрасте можно что-то определить касательно вида спорта для ребенка. Я был маленький, а в лет 15-16 резко вырос. Я занимался спортом, уставал, был хороший аппетит. Мама говорит, что я ел в два раза больше брата. Но мы с ним одного роста и строения тела. Так что я бы не стал определенно советовать всем очень много есть. У нас семья была, можно сказать, бедная. Макароны ели почти каждый день. А макароны по-флотски — вообще мое любимое блюдо. И ребенок мой просит.
— Вы лично сдавали тест на коронавирус?
— В наш дом сегодня вызвали врачей, мы сдавали тесты на коронавирус. У меня ничего не было. Мы живем отдельно на острове, сейчас его будут весь проверять. Но уже четверо зараженных есть. Это может пойти по нарастающей. У нас несколько ресторанов работает на доставку. Передаются пакеты и контейнеры. Видно, что люди опасаются, держатся подальше друг от друга.
— Чем занимаетесь на карантине?
— Я никогда не думал, что нужно столько энергии для поиска новых занятий ребенку. Осознал всю тяжесть отцовства. Еще как-то подсел на сериалы. Сейчас смотрю документальные фильмы про гонщиков «Формулы-1». Еще смотрел сериал «Сотня». Довольно часто гуляем, выезжаем на велосипедах. Я не забываю тренироваться, бегаю, так что у нас особо нет времени на фильмы. Смотрю Дудя и Собчак. Смотрел интервью Юрия с актрисой Ириной Горбачевой и Собчак с Гудковым, он очень позитивный человек. Тина, когда позовешь меня сниматься в кино?
— А какую роль хотите? Хоккейную?
— Нет, это мне самого себя играть, что ли? Хочу что-нибудь интересное. Как у вас сейчас вообще протекает кинопроизводственный процесс?
— В основном пишем сценарии и всякое такое.
— Да, правильно. Часто ведете эфиры? Мне кажется, более интересны гости из других сфер.
— Почему же?
— Людям не интересен особо массовый спорт сейчас. Включаю «Матч ТВ», там одни повторы.
— Да, но мы показываем разные события! Легкую атлетику, киберспорт.
— Да, видел. А киберспорт вообще поднимется, это развивается.
— Общаетесь сейчас с Овечкиным и другими российскими игроками НХЛ?
— Переписываемся между собой. Знаю, что Радулов вернулся в Москву. Все сидят дома. Особо не расспрашиваем друг друга. Собираемся в видеозвонках. У нас недавно было командное совещание в Zoom, тренер нам даже показывал некоторые игровые моменты. Это важно, чтобы у нас сохранялись хоккейные инстинкты и мы в любой момент могли продолжить тренировки. Сейчас такой образ жизни. Посмотрим, как люди из этого выйдут. Думаю, у психологов станет больше работы. Обидно, что люди не могут нормально это перетерпеть. Я вообще с женой до коронавируса чаще ссорился, все время были разъезды и работа. А сейчас семейная идиллия. Я запомнил все мультфильмы, ребенок просит включать. «Маша и медведь» — суперский мультик. Как «Ну погоди!» в наше время.
— Как переносите тренировки в домашних условиях?
— Без массажа тело болит. Ты же продолжаешь тренироваться, а восстановительных процедур нет. Все мышцы очень болят. Массажер немного помогает, но это не то. Надеюсь, мы перетерпим все это. Вирус показал нам многое. Планета настолько загрязнена, что нам надо вымыть ее.
— Почему некоторые страны лучше справляются с пандемией?
— В Китае медицина на высоком уровне, они справились. А Италия нет, может, ЧС не ввели вовремя. В Нью-Йорке сейчас реальная катастрофа, в Манхэттене все сжато. Там трупов привозят даже в их знаменитый центральный парк. А некоторые люди смотрят на это и не верят, думают, что фейк. Мои друзья там не выходят на улицу. К нам все идет через новости. Когда ты видишь, как трупы складывают друг на друга — это кошмар.
— У нас всегда была сильная вратарская школа. Кто самый сильный в последние годы?
— Про Георгиева и Шестеркина рано говорить. А Бобровский и Василевский — важные кандидаты, среди них выбираю 50/50. Я думаю, они лучшие в мире.
— Было ли что-нибудь, когда тренер делал что-то жесткое в раздевалке?
— Как-то после поражения у нас было собрание на три-четыре часа. Мы тогда смотрели нашу игру всю, и каждый считал свои ошибки. Посчитали. А он сказал, что неправильно и заставил заново смотреть. Мы сидели злые. Это было очень долго и нудно, я запомнил. Как-то он еще вошел в раздевалку и кинул пульт в плазму. Тренеру тяжело, ему нужно находить химию у 20 игроков, которые различаются по характеру и требуют особенного подхода. Под конец сезона вообще все уже уставшие друг от друга, поэтому тренеру приходится быть психологом.
— Американцы так же матерятся?
— Конечно, но на своем. Я матерюсь по-русски, ха-ха!
— Почему в России мало центрфорвардов?
— Сложный вопрос. Все хотят играть в нападении, забивать голы, а не отрабатывать в защите. Не сказал бы, что у нас прямо есть такая проблема. Всегда у нас были хорошие центры.
— Вы играете в одной команде с Кросби. Чем он уникален?
— В первую очередь он уникален своим даром от бога. Очень трудолюбивый человек. Я наблюдаю за ним каждый день, приходит раньше всех, уходит позже всех. Он помешан на хоккее, ко всему профессионально относится.
— Смотрели фильм «Лед»? Такие же страсти в реальном хоккее?
— Смотрел. Конечно, в фильме немного наиграно. Но есть разные хоккеисты. На некоторых смотришь, у них глаза горят все время.
— Сможет Овечкин побить рекорд Гретцки?
— У Овечкина такое здоровье, которого я вообще не видел. Он пропустил очень мало матчей. Так что оно его не подведет, он хорошо идет. У него все есть, чтобы побить этот рекорд.
— Назовите пятерку мечты.
— Не буду ставить Кросби, потому что я с ним уже наигрался. Я большой поклонник Макдэвида, он уникальный игрок, многого добьется в НХЛ. Один раз всего довелось в сборной сыграть с Пашей Дацюком, хотелось бы еще. Это тоже уникальный игрок. У него такое неподходящее строение тела, одна нога ниже и всякое такое, но его интеллект и работоспособность сделали его уникальным. В защиту поставил бы Бернса и Хару. Вратарь — Василевский, он сейчас номер один.
— Важно ли вам стать олимпийским чемпионом?
— Конечно! Но я не могу биться там, если нас не будут отпускать на игры. Если я буду готовым, ОИ будут разрешены для всех игроков, то с удовольствием буду сражаться.
— Вы с таким упоением рассказываете про своих конкурентов.
— Я просто адекватный. Вижу сильные и слабые стороны каждого игрока, наблюдаю за ними. Хоккей — это тяжелый вид. Тебе нужно забыть про тусовки и алкоголь, отдать 20-30 лет своей жизни. Самое страшное, когда ты за это время не смог ничего достичь.
— Какой вопрос вас больше всего достал?
— Не то, что достали. Есть популярный вопрос: почему не выиграли Олимпиаду. Тут же нет однозначного ответа. Сейчас никто не может ответить на этот вопрос.
Источник: Sport24