Зорий БАЛАЯН: ФОРМУЛА АРИСТОТЕЛЯ, или НИКУДА НЕ ДЕНЕШЬСЯ ОТ ИСТОРИЧЕСКОЙ ПРАВДЫ

0 44

8 ноября 2019, 23:25

Месяц назад в Сочи состоялось очередное XVI Ежегодное заседание Международного дискуссионного клуба «Валдай». В нём приняли уча-стие действующие российские министры, руководители регионов РФ, а также международные чиновники, политические и общественные деяте-ли, ведущие зарубежные и российские эксперты в области международ-ных отношений. Основной темой дискуссий было «Влияние Востока на мировое политическое устройство». В завершающий день сочинского фо-рума выступил президент Азербайджана Ильхам Алиев. В своей речи он назвал Карабах «исконно азербайджанской землёй». Далее он напомнил о резолюциях Совета Безопасности ООН, которые, по его словам, не вы-полняются уже более 25 лет. Через неделю, 11 октября, состоялся саммит глав СНГ в Ашхабаде, где Ильхам Алиев вновь коснулся армяно-азербайджанских отношений.

И на этот раз, говоря о Нагорно-Карабахском конфликте, Ильхам Алиев иска-зил его суть и смысл. Боюсь, что нынешнее поколение как армян, так и азер-байджанцев, мало что знает об истории советского Азербайджана, а также о сути и смысле Карабахского движения.

Накануне образования СССР, а именно 5 июля 1921 года, благодаря вмеша-тельству Сталина, занимавшего в то время пост наркома по делам националь-ностей в Совнаркоме РСФСР, Нагорный Карабах в качестве автономной обла-сти был передан Закавказским Бюро РКП (б) новоиспеченному Азербайджа-ну, успевшему в апреле предыдущего года переродиться из так называемой Азербайджанской Демократической Республики. Для понимания хочу приве-сти два очень важных свидетельства. К ним довольно часто прибегают иссле-дователи азербайджано-карабахского конфликта. Первое принадлежит глав-нокомандующему Западным и Юго-западным фронтами в Первую мировую и Гражданскую войну генералу Деникину Антону Ивановичу: «Всё в Азербай-джанской республике было искусственным, «не настоящим», начиная с назва-ния, взятого заимообразно у одной из провинций Персии. Искусственная тер-ритория, обнимавшая лезгинские Закаталы, армяно-татарские Бакинскую и Елизаветпольскую губернии, а также русскую Мугань и объединённая турец-кой политикой в качестве форпоста пантюркизма и панисламизма на Кавказе... Искусственная государственность, так как на этих землях, лежавших на пути великого переселения народов и подвергавшихся воздействию разнообразных культур сменявшихся завоевателей, жили всегда разрозненные мелкие племе-на, враждовавшие друг с другом и доныне ещё сохранившие черты кочевого быта. Наконец, искусственно держалось и азербайджанское правительство — первоначально волею Нури-паши, потом ген. Томсона и в дальнейшем — просто по инерции…».

Второе свидетельство принадлежит Александру Исаевичу Солженицыну, с которым мне во время учёбы в Рязанском медицинском институте (ноябрь 1962 года) посчастливилось коротать вечера за интересными беседами. Речь шла о том, что в первые дни образования СССР границы были условными, время от времени из рук в руки передавались целые исторические террито-рии, исконно принадлежавшие тому или иному народу. «Да ведь в те годы считалось: это совсем не важно, где границы проводить, — говорил Солже-ницын, — ещё немножко, вот-вот все нации сольются в одну. Проницатель-ный Ильич первый называл вопрос границ «даже десятистепенным». Так Ка-рабах отрезали к Азербайджану, какая разница – куда? В тот момент надо бы-ло угодить сердечному другу Советов – Турции».

А теперь об истории, точнее — об исторических землях. Ровно 206 лет назад, в октябре 1813 года, был подписан известный в российской историографии Гюлистанский договор между Персидской державой (Ираном) и Российской империей. Вслед за ним и Туркманчайский трактат 1828 года, который под-тверждал территориальные приобретения России по Гюлистанскому мирному договору 1813 года при царе Александре Первом. В эти территориальные приобретения России входили и восточные области исторической Армении, на большей части которой уже в ХХ веке в результате Московского (март 1921 года) и Карского (октябрь1921 года) договоров была образована абсо-лютно новая, по сути, турецкая республика Азербайджан. На этой территории находились древние армянские церкви, многочисленные памятники истории и культуры. Такой территорией, приобретённой Россией в девятнадцатом веке у Персии по результату мирного договора, был и Арцах. Поэтому как бы азер-байджанские лидеры ни коверкали и ни искажали давно известные историче-ские факты, по формуле древнегреческого философа Аристотеля — истина конкретна, в том числе, конечно, и историческая.

Правда, к историческим фактам как аргументам в территориальном споре, к сожалению, что называется, почтения нету. Таковы особенности реальной по-литики. Беда ещё и в том, что любые исторические исследования или факты, приводимые армянскими авторами, в Азербайджане воспринимаются в шты-ки. Там никак не могут смириться с конкретными фактами своей реальной ис-тории. Причины такой неудовлетворённости кроются, конечно, в геополити-ке. В той самой пантюркистской доктрине, которая до сих пор живуча и во-площается в жизнь в новых геополитических условиях.

А ведь вовсе не случайно о необходимости отстаивания исторической истины уже в 2006 году начал разговор президент Российской Федерации Владимир Путин. Этим он громко обозначил защиту отечественной истории, как жиз-ненно важную программу. Ибо ещё раньше на Западе началась агрессивная кампания по переписыванию истории в ущерб России. В частности, это каса-лось борьбы с фашизмом и победы над ним в 1945 году. К сожалению, по-добная кампания продолжается и сегодня. К ещё большему сожалению, опре-делённая часть российской общественности довольно неадекватно восприняла идею отстаивания исторических истин, по сути, признавая, как должное, про-цесс манкуртизации — утраты исторических и культурных связей, нравствен-ных и духовных ориентиров.

Вот и в Баку, пренебрегая мудростью древнегреческого мыслителя, «забыва-ют» о том, что конфликт возник вовсе не потому, что армяне Нагорного Ка-рабаха изъявили мирное желание в пределах СССР воссоединиться с Армени-ей, как с матерью-родиной, а потому, что в ответ на этот демократический порыв народа в советском Азербайджане были организованы фактически ге-ноцид «сумгаита», «баку», «кировабада» и многих других армянонаселённых городов и сёл. Не говоря уже о Нахиджеване. А уже после развала СССР Азербайджан навязал армянскому народу Карабаха самую настоящую войну, которую, по сути, и проиграл в 1994 году. Это, собственно, и лишает покоя реваншистски настроенную часть азербайджанского истеблишмента.

Что же касается якобы равных прав азербайджанцев и армян в тогдашней ав-тономной области, то, надо сказать, что именно нахиджеванский «синдром азербайджанизации» подстегнул арцахских армян на борьбу за предотвраще-ние «белого геноцида» армянского населения.

В сентябре 1990 года в Москве академик Виктор Амбарцумян и я (как народ-ные депутаты СССР) приняли большую группу наших соотечественников из Нахиджевана. Они рассказывали о том, как там крушили и уничтожали всё армянское. Речь шла не только о надгробных хачкарах в Джуге, но и о том, что все города и сёла перестали там быть армянскими. Со временем, говорили взахлёб наши гости, стало ещё хуже: армян убивали только потому, что они армяне, и уже не тайком ночью, а средь бела дня разрушали шедевры армян-ской культуры.

Об этом говорили, писали. Отправляли официальное обращение к генераль-ному директору ЮНЕСКО Фредерико Майору с требованием создать между-народную комиссию для спасения древнейших нахиджеванских памятников истории и культуры армян, в том числе шедевров мировой христианской храмовой архитектуры. Молчание ЮНЕСКО, наша недостаточная активность позволили полностью разрушить последние три тысячи хачкаров Джуги, ко-торые были раздроблены и вывезены по железной дороге в открытых вагонах. Получается: нет шедевров – нет проблем?

Следуя примеру прибалтийских республик, Азербайджан 30 августа 1991 го-да принял решение о выходе из Советского Союза вместе с Нахиджеваном и Карабахом. Кстати, это как правовой нонсенс в своём выступлении отметил на съезде народных депутатов СССР Анатолий Собчак. Через 48 часов на со-стоявшейся в Степанакерте совместной сессии Областного Совета народных депутатов НКАО и Шаумянского районного Совета лидерами Карабахского движения Робертом Кочаряном и Шагеном Мегряном было объявлено, что на вполне законных основаниях, в соответствии с Конституцией и законами СССР принимается Декларация о создании Нагорно-Карабахской Республики.

Истина конкретна. В 1923 году была образована Автономная область Нагор-ного Карабаха (АОНК), название которой вовсе не отражало этническую её принадлежность. Армяне в автономной области составляли тогда 94,3 % населения. Но уже к 1979 году демографическая картина резко изменилась: армяне составляли теперь 75,9 %, азербайджанцы — 23,0 % от общей числен-ности населения. И дело тут вовсе не в естественном приросте, поскольку у карабахских армян рождаемость была ничуть не хуже азербайджанской. Про-сто Баку игнорировал интересы армянского населения: сдерживалось соци-ально-экономическое развитие области, проводилась политика превращения её в сырьевой придаток Азербайджана; осуществлялись неэквивалентные по-ставки товаров между областью и союзной республикой; то и дело перекраи-вались границы автономии в угоду соседним с нею азербайджанским районам; перестраивалось административно-территориальное устройство прилегающих к НКАО армянонаселённых районов (имеется в виду Северный Арцах); вся-чески ущемлялось значение армянского языка и литературы в Карабахе, уни-чтожались памятники армянской культуры; практически были ликвидированы все культурные связи с Арменией, а связи экономические цинично подверга-лись осуждению, лишая Арцах хозяйственной самостоятельности. Так что высокий темп роста азербайджанцев в Нагорном Карабахе был обусловлен именно невыносимыми жизненными условиями, которые и приводили к мас-совой миграции армян – в Армению, Россию.

В 1991 году на законных основаниях, не противоречащих ни тогдашнему Со-юзному законодательству, ни международным нормам права, появилась на карте мира Нагорно-Карабахская Республика. После всем известного Биш-кекского протокола и последующего Соглашения о прекращении военных действий между Азербайджаном и НКР, а также после многочисленных пере-говорных процессов в рамках Минской группы ОБСЕ — и Республика Арцах в границах, закреплённых собственной Конституцией. Закреплённых, понят-ное дело, де-факто. И что с того, если в пределах этих самых закреплённых границ люди живут тоже де-факто. Живут, чтобы жить, невзирая ни на что.

Как возвестил с трибуны «Валдая» Алиев, их «в Азербайджане беспокоит вы-борочный характер имплементации резолюций»? Речь о четырёх Резолюциях СБ ООН, в которых осуждалась эскалация военных действий в зоне нагорно-карабахского конфликта. Спрашивается: с чьей стороны эскалация?

Лучше всех на этот вопрос ответил в своей книге «Мир Карабаху» професси-ональный дипломат, в 1992-1996 годах глава российской посреднической миссии по политическому урегулированию конфликта Владимир Казимиров. «Баку был первым и неоднократным нарушителем четырёх резолюций Совета Безопасности ООН, принятых в самый разгар боевых действий (апрель-ноябрь 1993 г.): полно и своевременно не выполнял ни одного из их требова-ний и призывов, — свидетельствует Казимиров. — Начиная с самого главно-го, ключевого – немедленно прекратить огонь, военные действия и враждеб-ные акты. Азербайджан был основным носителем силового подхода к реше-нию карабахского конфликта. <…> Баку, постоянно взывающий ныне к резо-люциям СБ ООН, сам первым нарушал их главные, ключевые требования и не выполнял никаких других – буквально ни одного». Думаю, комментарии тут излишни.

В 2004 году в Будапеште, где в рамках миротворческой программы НАТО проводились занятия молодых военнослужащих из разных стран мира, азер-байджанский офицер нанёс удар топором, отрубив голову своему спящему коллеге. Убил только потому, что тот был армянином. В Будапеште, на су-дебном процессе бакинский адвокат, представляющий интересы убийцы, вы-двинул в защиту своего клиента циничный по своей сути и смыслу тезис: «Пока карабахский конфликт не будет урегулирован, подобного рода случаи будут повторяться впредь». Об этом 10 марта 2004 года сообщило азербай-джанское издание «Зеркало».

Не удивительно. Ведь адвокат, как выяснилось, являлся одним из избежав-ших наказание участников другого кровавого злодеяния – «сумгаита». В сво-ей книге «За державу обидно» очевидец событий русский генерал Александр Лебедь, тогдашний командир Тульской дивизии, констатировал: «Тогда, в феврале-марте 1988 г. началась писаться непредсказуемая, неожиданная, ди-кая, кровавая, местами предельно подлая, страница Отечества и моей личной биографии. Самое печальное заключается в том, что подлость, нечистоплот-ность, неразборчивость в выборе средств проистекали от людей, занимавших высшие посты в государстве». 29 февраля 1988 года, через три дня после начала сумгаитских погромов, состоялось заседание Политбюро ЦК КПСС. Председательствующий на заседании Генеральный секретарь ЦК КПСС М.С. Горбачёв обращается к министру обороны СССР Д.Т. Язову: «Расскажи, Дмитрий Тимофеевич, как убивают?». «Двум женщинам груди вырезали. Од-ной голову отрезали. А с девочки кожу сняли. Вот такая дикость. Некоторые курсанты, увидев такое, в обморок падали», — рассказал Язов.

Сегодня уже никто не помнит, как в те дни убивали армян и русских, убивали даже азербайджанцев только за то, что они прятали в своих домах армян. Прошло более тридцати лет, и за это время официальный Баку ни разу не упоминал о жертвах варварских погромов и убийств. Будто не было этих лю-дей. Будто более 250 тысяч армян не были насильственно изгнаны из родных краёв. Кстати, после январских событий 1990 г. за последующие два года из Баку выехало неимоверное число русских и евреев. И об этом сегодня мол-чат.

Однако, если бы дело было только в упомянутом выше адвокате… Не могу тут не вспомнить строки великого Шираза: «Мир видел всё. Но остался ка-менным. Мир видел всё и молчит до сих пор». Молчит даже тогда, когда осуждённый в 2006 году венгерским судом на пожизненное заключение пре-ступник уже через шесть лет был экстрадирован из венгерской тюрьмы в Азербайджан, где его помиловали указом президента. Убийца был удостоен всяческих почестей и наград, повышен в воинском звании. Ему также была выплачена вся его зарплата за время пребывания в венгерской тюрьме. В школах вывешивались его портреты как национального героя, а женщины вручали убийце цветы.

С тех пор прошло пятнадцать лет. Спрашивается, кто-нибудь и где-нибудь помнит об этом жестоком и низменном убийстве? Мир молчит.

Мне хочется спросить: чего хотят добиться азербайджанские политики, впрыскивая в души современных азербайджанцев яд ненависти к соседям? Не даром уже в Ашхабаде, на саммите глав СНГ, армянский участник форума попенял азербайджанскому президенту за то, что тот спекулятивно использо-вал формат встречи «для искажения истории и внесения напряжённости в ат-мосферу заседания». «Слова президента Азербайджана, — сказал глава ар-мянского правительства Никол Пашинян, — являются неуважением не только к народу Армении, но и к главам государств, присутствующим на заседании, и народам этих государств».

Свою книгу «Между адом и раем», своеобразной летописи Карабахского движения и Карабахской войны, я завершил словами: «Мир – это когда мате-ри не хоронят своих сыновей. Армянские матери и азербайджанские мате-ри…».