Сибирь. Реалии: Во многих регионах России из аптек исчез жизненно важный препарат "Преднизолон"

Препарат "Преднизолон", использующийся в том числе для экстренного снятия опасного для жизни аллергического отека Квинке, исчез из аптек во многих регионах России. По словам жителей Хабаровского и Приморского краев, препарат – 10 ампул стоят в среднем 175 рублей – не поставляется в регион как минимум с весны. Более того: им не обеспечены бригады скорой помощи.

У семилетнего Кирилла Беляева из Комсомольска-на-Амуре практически с самого рождения тяжелые проявления аллергических реакций, астматических приступов и дерматитов. Причем проявиться они могут от чего угодно – в том числе и от запахов. Часто у мальчика случается ангионевротический отек, больше известный как отек Квинке. Во время такой реакции лицо опухает настолько, что начинается удушье. И если не сделать инъекцию препарата вовремя, то ребенок может умереть.

– Прогнозировать случаи такого отека невозможно, – рассказывает мама Кирилла Ульяна Беляева. – Например, единственный известный врачам аллерген, на который у Кирилла такая реакция, – это рыба. И даже когда соседи готовят что-то из красной рыбы, у мальчика случается отек. Иногда к такой реакции приводят совершенно неопределяемые запахи, а так необходимый препарат может не требоваться месяц, а может – несколько раз в неделю. Последний раз отек у нас был буквально вчера. Он просто гулял на улице с папой, и тут началось. Папа, конечно, его срочно в машину, по дороге вызвал бригаду скорой помощи. А они приехали и говорят – преднизолона нет! И так уже давно, даем колоть то, что запасено у меня в холодильнике.

Аналог этого препарата – дексаметазон – есть в распоряжении медиков, уточняет Ульяна. Вот только на него у Кирилла тоже аллергия.

– Первый раз мы столкнулись с тем, что преднизолона нет на скорой, в августе этого года, – вспоминает мама Кирилла. – Отек произошел 6 августа, мы, естественно, вызвали скорую помощь. Еще по телефону я, как и всегда, предупредила, что на дексаметазон у Кирилла аллергия. Но они приехали и просто говорят – а преднизолона нет! Конечно, я дала ампулу из своих запасов, чтобы ребенок остался жив. После того случая у меня осталось всего три ампулы. И мы начали искать препарат в городе, но ни в одной аптеке его не было. Я позвонила в министерство здравоохранения края, но там мне объяснили, что это не их компетенция, и дали номер КГБУ "Фармация", которое поставляет лекарства в госаптеки края. Там мне сказали, что с марта в край преднизолон для инъекций не завозился.

Несколько лет назад с отеком Квинке у сына столкнулась хабаровчанка Валентина Андреева, которая сейчас тоже не может найти раствор преднизолона для инъекций в аптеках краевой столицы.

– Мы с мужем чуть не поседели, когда увидели такой симптом у своего годовалого сына. Резко начало опухать горло, ребенок задыхался и синел на глазах. Тогда бригада вколола препарат, и все, сказали всегда держать в холодильнике ампулу на всякий случай. Но как быть сейчас? Я обошла все аптеки, но его нет, говорят, поставок давно не было. Потом в Минздрав звонила, но там просили позвонить по другому номеру, где мне рассказали, что якобы какой-то завод сгорел и теперь препарата по всей стране нет, – рассказывает Валентина Андреева.

Согласно утвержденному правительством России в конце 2018 года перечню жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов для медицинского применения на 2019 год (ЖНВЛ), преднизолон относится к гормональным препаратам системного действия. Он выпускается в форме таблеток, мазей и инъекций – и все эти лекарственные формы прописаны в списке, а значит, должны быть доступны. Вот только в случае отека Квинке, когда время идет на минуты, подходят только инъекции: мази действуют долго, а дать таблетку ребенку в таком состоянии практически невозможно.

– Но у нас сейчас и в таблетках не найти его, – добавляет Ульяна Беляева. – Когда я снова обратилась в краевой Минздрав, мне прямым текстом сказали – это ваша обязанность как матери обзвонить все аптеки России и найти препарат! Потом они просто не отвечали на мои звонки, бросали трубку.

После этого семья обратилась к родственникам из Владивостока – там тоже оказалось, что преднизолон есть только в одной аптеке – несколько последних ампул. Ульяна написала обращение в прокуратуру Хабаровского края, в Минздрав и уполномоченному по правам ребенка. Но получила от всех только отписки.

Между тем, по данным сайта госзакупки, большая часть аукционов по закупке преднизолона для комсомольских больниц признана несостоявшимися – не было подано ни одной заявки от потенциальных поставщиков. В попытках вернуть в аптеки жизненно важный препарат Ульяна создала петицию на сайте Change.org с требованием обеспечить аптеки Дальнего Востока преднизолоном. На сегодня петицию подписали уже больше 82 тысяч человек.

– После петиции мне позвонили и из Минздрава – передали через родственников еще 6 ампул. Но потом мы поехали на море, и там, в деревне, случилось три отека – пришлось использовать половину. По родственникам, друзьям, знакомым и знакомым знакомых собрали еще несколько ампул – и сейчас у меня запас на 30 инъекций. Мне обещали, что преднизолон появится в аптеках, но его так и нет. И это я собрала отовсюду, а что делать тем, кто рассчитывает на скорую помощь? А на самом верху нам говорят, что преднизолон в стране есть, но до аптек он не доходит, – говорит Ульяна.

"Самый верх" – это министр здравоохранения России Вероника Скворцова, которая объясняет происходящее тем, что преднизолон не включен в минимальный ассортимент лекарственных препаратов, необходимых для оказания медпомощи. А значит, аптеки не обязаны иметь это лекарство в наличии, и решение о покупке препарата принимают самостоятельно.

– Сейчас в Москве есть один миллион упаковок преднизолона! – уверяет она – Лекарство лежит на складах, а потом сроки выходят, и все выкидывается. Все дело в минимальном ассортименте товаров, которые обязаны иметь аптеки. Преднизолона в инъекциях в этом перечне нет. Мы можем поднять вопрос о расширении минимального ассортимента в аптеках. Но даже нынешний перечень не все сети приняли легко. Он же их ограничивает в работе. А преднизолон как производился, так и будет производиться, как поступал в страну, так и будет поступать, – обнадежила министр.

Но вот в ответе Ульяне Беляевой министр здравоохранения Хабаровского края Александр Витько почему-то говорит, что преднизолон в инъекциях отсутствует на российском фармацевтическом рынке с июня 2019 года. И поставки от производителей возобновятся только в конце 2019 года.

Александру из Владивостока 22 года. У него – болезнь Бехтерева, разрушаются тазобедренные суставы, позвоночник.

– Позвоночник становиться подобен бамбуковой палке. Мышцы стягиваются и атрофируются, в несколько раз быстрее, чем допустимо по возрасту. Человек перекашивается, сгибается крючком. Болезнь не лечится, нуждается в постоянном приеме лекарств. Запрещены поднятия тяжестей, переохлаждения, – рассказывает мать Александра Надежда.

Парню тоже прописан преднизолон. Запасы его у семьи стремительно таят. В официальном комментарии сайту Сибирь.Реалии в местном министерстве здравоохранения подтвердили, что "в настоящее время на территории всей Российской Федерации регионы испытывают проблемы с поставкой преднизолона. Не исключение и Приморский край".

Сообщения об отсутствии преднизолона поступают на протяжении нескольких месяцев из многих российских городов и регионов: Сочи, Алтайского края, Благовещенска, Карелии, Ивановской области и других.

Ежегодная потребность в преднизолоне в виде таблеток в России – более двух миллионов упаковок в год. При этом, по данным RG, единственный производитель препарата в стране "Компания "Гедеон Рихтер" выпускает 1,4 миллиона упаковок, другие компании поставки прекратили. Дефицит усугубился еще и из-за неизбежного ажиотажного спроса: многие пытаются купить препарат про запас.

Основная причина подобных событий, которую чаще всего называют эксперты фармрынка, – это низкая отпускная цена на препарат, установленная государством. По российскому законодательству цены на все жизненно важные лекарства жестко регулируются, потому их производство балансирует на грани рентабельности, а то и вовсе является убыточным. В такой ситуации в первую очередь вымываются с рынка лекарства низшего ценового сегмента.

Именно это произошло с преднизолоном. В начале октября прошло совещание с участием представителей Минздрава и фармкомпаний. На нем было решено, что методологические центры во всех федеральных округах должны будут рассчитать годовую потребность по всем жизненно важным лекарствам, в том числе и преднизолону. В теории это должно помочь определить поставщиков и заранее договориться с ними об объемах. Как будет на практике – предсказать невозможно.

Пенсионерка Светлана Касимова из Новосибирска, извиняется и просит секунду, чтобы отдышаться. "А это я только один этаж прошла", – говорит она. С тех пор, как врачи поставили диагноз "бронхиальная астма", ей был также назначен преднизолон. Вот только купить его в городе-миллионнике негде.

– Ни в одной аптеке найти не могу. Говорят, что у поставщиков нет. А мне каждый день по полтаблетки пить надо. Без него дышать я не смогу. Хорошо, сестра мужа из Приморья прислала. Она там где-то нашла в старых запасах. А что дальше делать будем? Не знаю даже. У нас в Новосибирске стоит завод, ну что, он преднизолон производить не может? Может, конечно. Только он стоит в аптеке 100 рублей. Невыгодно им его изготавливать. – говорит Светлана.

В середине октября были опубликованы результаты "Национального индекса тревожностей". Исследование ранжирует фобии россиян на основе анализа СМИ и социальных медиа. Согласно его данным, дефицит лекарств вышел на одно из первых мест среди страхов, испытываемых жителями России.