92-летний агроном из волгоградского хутора работала в Верховном Совете

Она хорошо помнит Хрущева, Ворошилова, Буденного и Гагарина. А еще – тяжелый труд в родном колхозе «Путь Ленина» Суровикинского района, за который ее и избрали членом Верховного Совета СССР. Домна Ивановна Просвирова – даже имя ее говорит о том, что она человек труда. Сейчас ей 92 года, у нее пять внуков, десять правнуков и даже есть один праправнук! «Таких, как я, мало осталось», – говорит она, а мы и не спорим, потому что так оно и есть. О судьбе этой удивительной женщины из сельской глубинки расскажет наш коллега Александр Литвинов.

Хуторской агроном

Домна Ивановна родилась в 1927 году в хуторе Карпушкине, в то время Бударинского, а ныне Новоаннинского района. Отец девчушки, Иван Фролович Колесников, был человек мастеровой – трудился в сапожной мастерской. В сорок первом ушел на войну, прошел путь от Сталинграда до Берлина. Домой вернулся с орденом Красной Звезды.

Сама же Домна, совсем юная в пору военного лихолетья, училась в сельхозтехникуме.

Получив диплом агронома, по распределению поехала с подругой на работу в Бурацкую МТС, что при станции Чир.

В дороге проезжала через Сталинград, город стоял еще в руинах…

– Худенькая я была, не боевая, – вспоминает Домна Ивановна. – Меня оставили работать участковым агрономом в местном колхозе «Путь Ленина». Колхоз был полеводческий, но было в нем и животноводство – и коровы, и свиньи, и куры, и овцы. Кроме пшеницы, мы сеяли лен, сажали тыквы, кормовые арбузы выращивали. Длинные такие – их топором рубили на куски и на корм отдавали скоту.

В этом колхозе она всю жизнь и проработала. Первые 33 года – участковым агрономом, а последние семь лет – председателем исполкома Бурацкого сельсовета.

Здесь со своим будущим мужем познакомилась, Петром Анисимовичем Просвировым, он в то время работал в колхозе учетчиком. Но трудиться в сельсовете ей не нравилось – по душе было работать в поле.

Поначалу, когда Домна была помоложе, колхоз выделил ей двуколку – двухколесную повозку. Дни напролет она на ней моталась по полям, следила за посевами, наблюдала за тем, как они растут. Контролировала полевые работы – как где пашут в колхозе, как сеют. Потом, со временем, колхоз выдал ей мотоцикл – большой черный «Урал».

Из Бурацкого – в столицу

– Колхоз наш, – продолжает Домна Ивановна, – хоть и небольшой был, но передовой по многим показателям. Особенно урожайными были шестидесятые годы.

Тогда же, в 1962 году, за многолетний ударный труд ее избрали депутатом Верховного Совета.

А до этого она успела побыть депутатом от  Суровикинского района.

– Незадолго до того, как отправиться в Москву на первую сессию всесоюзного парламента, я была в Калаче-на Дону на встрече с избирателями, – рассказывает Домна Ивановна. – В обед взяла в столовой яблоко и тут же надкусила. Меня одернули руководители: «Домна Ивановна, вы теперь депутат Верховного Совета, на вас люди смотреть будут! Яблоко надо брать со стола аккуратно и ножичком отрезать по кусочку!»

Депутатом Верховного Совета Домна Ивановна проработала четыре года.

В Кремль в столицу на сессии ездила два раза в год.

– Во время сессий, – рассказывает она, – мы, депутаты, жили в гостинице «Москва». В столицу я ездила с мужем и дочерей с собой брала. Во время сессии сама сидела в зале, а муж – на балконе. Дочки же у родственников оставались.

По всем вопросам, вспоминает, голосовали за все, видела и советское правительство, и даже общалась с ними. Хрущев тоже во время сессий в президиуме сидел.

«С кукурузой мы намучились»

– Каким был Хрущев? – задумывается Домна Ивановна. – Невысокий лысый мужик. Очень бойкий. При нем мы начали в своем колхозе сеять кукурузу. Как же мы с ней намучились! Целая бригада при посеве кукурузы возле одного трактора работала, и все равно она у нас не вырастала, потому что места у нас засушливые, а ей влага нужна.

А вот выступить на сессии ей так ни разу и не довелось: один раз хотела, но ей почему-то так и не дали слова.

– Потом Хрущева сняли, и я побыла депутатом при Брежневе, – говорит она. – Но он мне как-то ничем не запомнился, Хрущева я запомнила гораздо лучше. От нашей области было избрано всего пять депутатов. Все в основном деревенские были, все для нас в Москве было в диковинку. На сессии, в перерывах, вместе с нами посмотреть Кремль выходили и члены президиума.

В памяти у нее остались Климент Ворошилов и Семен Буденный. Ворошилов, говорит, выглядел довольно скромно – среднего роста, в обычной одежде, зато Буденный в военной форме и с роскошными усами, оба в президиуме рядом сидели.

Домна Ивановна вспоминает, как встречали в Кремле космонавтов. Их в то время было немного, но самым известным был, конечно, Юрий Гагарин.

– Один из наших депутатов, Николай Захаров, молодой и шустрый волгоградский сталевар, увидев Юрия Гагарина, не растерялся, оттеснил его от толпы и попросил сфотографироваться, – рассказывает Домна Ивановна. – И вот тогда я видела его ближе, чем вас сейчас…

«Жить хуже не стали»

Муж Домны Ивановны многие годы работал парторгом в колхозе.

Всей семьей они жили в казачьем курене – это был самый старый в хуторе Бурацком дом, которому перевалило за сто лет.

Но такой надежный, что во время войны в нем жили немцы.

– В 50‑е, 60‑е годы работы было непочатый край, и вся она была тяжелой, – вспоминает Домна Ивановна. – На полях трудилась молодежь, люди постарше на войне погибли или были ранены. Техники не было почти никакой. Если и были тракторы, то только колесные – женщины, молодые девчонки трудились на них. Детей бросали на весь день, а сами с утра до ночи были в поле. Вот так и прожили жизнь.

Для себя ничего не нажили, отдавали все силы работе.

У Домны Ивановны как у бывшего депутата была персональная пенсия – аж 99 рублей!

Лишь однажды за всю свою жизнь она была в санатории, в Сочи. Но зато у нее есть орден Трудового Красного Знамени и несколько других наград. На пенсию ушла в 1983 году.

– Сейчас много легче работать, – рассуждает она. – Вместо колхоза – племобъединение. Люди хуже жить не стали, почти у всех свое хозяйство, фермерам есть куда сдать молоко.

У Домны Ивановны две взрослые дочери, пять внуков, десять правнуков и даже есть один праправнук!

– Таких, как я, мало осталось, – сказала нам на прощание Домна Просвирова. – Но помирать не собираюсь, есть у меня еще дела на этом свете…

Читайте еще в рубрике «Выбор редакции»:

Камышинские супруги-отшельники на Крещение омывались из колодца-«бутылки»

Волгоградцы увидели редкие фотографии сталинградских детей